Страница 116 из 220
— Удобно до чёртиков. Понаделал себе повсюду маленьких кладбищ — людей можно в них прятать без следа.
— О, я полагаю, на других участках земли CTS и вправду может найтись несколько безымянных могил, — говорит Вектор, — но для великого человека это не главная цель всей его некоммерческой затеи. Мысли у него заняты вещами покрупнее.
— Например?
— Историей и своим местом в ней.
Покачав головой с восхищением, Тротт говорит:
— Когда был молодым, я считал себя довольно ушлым. Теперь вижу, что сильно переоценивал свои возможности. До такой ушлости, как у него, мне сроду не дотянуть.
— Он задаёт очень высокую планку ушлости, — соглашается Вектор.
— И что теперь?
— Звоню Дюроку-Джерси, чтобы нас снарядил. Звоню Сэму Крокетту, чтобы привёз собак. Пока ждём их, попробуем урвать пару часов сна, если выйдет, а на след Виды выйдем с первым светом.
50
Правая рука зла за работой
В своём Lexus, мчась к дому, где живут сводные братья Монгер и Рэкман, Реджис Дюрок-Джерси, вице-президент New World Technology и куратор кеттлтонского проекта, измотан, раздражён и тревожится, что у него вот-вот снова пойдёт кровь из носа. Уже двадцать лет, с десяти летнего возраста, всякий раз, когда он испытывает сильнейший стресс, а это случается слишком часто, его порой настигает носовое кровотечение, которое может длиться хоть пятнадцать минут, хоть два часа. Когда особенно затяжной приступ наконец проходит, комната вокруг оказывается усеяна таким количеством окровавленных бумажных салфеток — более мягких, чем бумажные полотенца, и более впитывающих, чем Kleenex, — что кажется: здесь орудовал серийный убийца, который уже до конца сожрал свою жертву и теперь должен собрать улики, оставшиеся после пиршества.
За последние восемь месяцев главной причиной большинства носовых кровотечений у Реджиса был Гален Вектор. Время от времени Реджису снится кошмар, в котором Вектор — в клетчатых брюках и кричаще-кораллово-розовой рубашке поло, с линзами солнцезащитных очков, чёрными, как схлопнувшиеся звёзды, — хлопочет возле него во время очередного кровотечения и пытается остановить кровь, сперва зажимая ему ноздри зажимными клещами, потом разводным ключом, а под конец — между неподвижной и подвижной губками железной струбцины. В этом сне карандашные усики Вектора тянутся через всю верхнюю губу и спускаются к подбородку, а сам он требует называть себя Мингом Безжалостным — персонажем фильмов о Флэше Гордоне с Бастером Крэббом, выходивших в 1930-е.
Минг. Забавно, как работает подсознание. Старший брат Реджиса, Фостер, — предприниматель в сфере информационных технологий, обладатель многочисленных патентов, связанных с облачными вычислениями, безоговорочно любимый ребёнок их родителей и поклонник старых научно-фантастических фильмов. Особенно он любит именно Минга — возможно, потому, что тот был таким же одержимым властью мерзавцем, как и сам Фостер. Реджису хотелось бы применить зажимные клещи к куда более интимной части анатомии брата, чем нос.
Если адрес, который дал ему Вектор, верен, Монгер и Рэкман живут в красивом двухэтажном викторианском доме с двумя башенками и затейливой архитектурной лепниной. В сказке в таком прелестном доме жила бы чья-нибудь волшебная крёстная, а эти громилы-братья ютились бы под мостом, среди дочиста обглоданных детских косточек.
Следуя указаниям Вектора, Реджис должен встретиться с Венди, которую тот назвал «их женой». Судя по всему, Монгер и Рэкман — опытные туристы: когда они не избивают тех, кого Вектор велит избить, они любят ходить в горы и любоваться тамошней красотой, наверняка распевая «Звуки музыки», пока резвятся по полям и лесам. Венди должна была приготовить для них до отказа набитые рюкзаки, туристические ботинки и нужную одежду.
Их жена.
Реджис не думает, что отношения между братьями-бигфутами и Венди были узаконены священником или мировым судьёй, но не считает себя вправе осуждать других в подобных вопросах. Однако ему
действительно
любопытно, что это за женщина, которая живёт с ними. В его представлении Венди должна быть женским эквивалентом портового грузчика — такая же пышущая похотью, мускулистая и густо покрытая татуировками.
Если он ошибся и перед ним окажется длинноногая красавица захватывающих дух пропорций, он, пожалуй, повесится. Или просто уволится. Всему есть предел. Четырнадцать месяцев, проведённые в Кеттлтоне, заставили его задуматься, имеет ли вообще смысл посвящать жизнь погоне за сотнями миллионов долларов — сколько бы изнурительных усилий это ни требовало, с какими бы невежественными деревенщинами, грубиянами и свирепыми преступниками из глухомани ни приходилось общаться, сколько бы раз ни приходилось целовать в задницы продажных бюрократов и политиков. Уже сам факт, что он способен задаваться таким вопросом, пугает.
Разумеется, оно того стоит.
Кеттлтон — место настолько тоскливое и удручающее, что он слегка тронулся умом, ровно настолько, чтобы задуматься: а не сойти ли с пути к богатству и власти, не забрести ли в сорняки, где большинство людей бредёт по жизни с такой бесцельностью, что навсегда остаётся бессильным. Только не Реджис Дюрок-Джерси. Никогда.
Когда он звонит в дверь дома Монгера и Рэкмана, Венди, невероятная
третья
в этом немыслимом
браке втроём
, открывает ему в состоянии задыхающегося возбуждения.
— Боже милостивый, а вы уже приехали, ну и хорошо, не беспокойтесь ни о чём, я как раз всё собрала, так что входите, входите.
Она меньше всего на свете похожа на портового грузчика, и, хотя она не из тех красавиц, которых печатают на обложках журналов, призванных возбуждать молодых мужчин, глаз она радует чрезвычайно: стройная, с густой массой рыжевато-каштановых кудрей, безупречной кожей, россыпью веснушек и прозрачными голубыми глазами. Она куда лучше, чем просто красавица; большие красавицы часто холодны и недоступны; Венди же настолько мила, что могла бы быть персонажем аниме. Реджис обожает японское аниме именно потому, что там все персонажи милые. В реальном мире милоту находить всё труднее и труднее. Разбуженная ради выполнения текущего поручения, Венди очаровательна в голубой пижаме, сплошь усыпанной розовыми зайчиками.
По мнению Реджиса, она слишком мила, чтобы таскать тяжёлые рюкзаки, но Венди настаивает, что понесёт свою долю снаряжения и сама загрузит её во внедорожник, и оказывается куда сильнее, чем выглядит. Когда Реджис закрывает заднюю дверь, Венди спрашивает:
— Что всё это значит?