Страница 199 из 209
— Добро и зло — понятия относительные, а потому бессмысленные. Чтобы ускорить вашу декламацию, скажу сразу: оскорбления ко мне совершенно не пристают.
— Это я уже заметил. Короче говоря, я телохранитель Бенджамина, его друг и дружок по судьбе. Сейчас я покажу вам такие способности, что вы поймёте: силы неравны и вам следует отступить, перестать мучить тех, кто нравственно выше вас, и уползти обратно в ту змеиную нору, откуда вы выползли. Если вы не умрёте от сердечного приступа и не сойдёте с ума от того, что сейчас увидите, то всё равно не запомните ни того, что я вам сказал, ни того, что показал. Однако ужас останется с вами и будет гноиться, превращаясь в целый выводок фобий, так что вы уже не окажетесь достаточно дееспособной, чтобы продолжать свои замыслы по переделке мира на ваш вкус.
И снова Урнфилд улыбнулась — улыбкой, острой как бритва и изогнутой, как поварская меццалуна.
— Я ничего не забываю. Я помню каждую обиду, которую лелеяла с колыбели.
— Тогда сердце у вас, должно быть, очень чёрное, — сказал Спайк. — Моё — нет. Вот, сейчас покажу.
Как и в случае с Ф. Аптоном Тероном, он вырвал бьющееся сердце из груди и протянул его ей; кровь закапала на остров.
Урнфилд дёрнулась, но не вздрогнула, откинулась на дюйм назад в кресле, но не отпрянула.
— Что это за фокус?
— Фокус? — сказал Спайк. — Нет, по-моему, всё это очень даже настоящее, но я сейчас присмотрюсь получше.
Его глаза выкатились из глазниц на жгутах из мышц, кровеносных сосудов и зрительных нервов и повисли вокруг пульсирующего сердца, разглядывая его то с одного угла, то с другого.
По-видимому, Ллевеллин Урнфилд была куда дальше от здравомыслия, чем казалось до сих пор. На всё это она смотрела так, словно зрелище было любопытным, но никак не настолько шокирующим и чудовищным, как то, что ей приходилось видеть каждый день. Например, как из водопроводного крана бесконечным потоком выползают змеи. Или как её дневные служащие режут на обед живых младенцев. Или как по полу и стенам кишат огромные тараканы с человеческими головами. Такое видят хронические алкоголики во время белой горячки.
— На Комик-Коне вы соберёте толпу, — сказала она, — но реакция будет куда сильнее, если вы потратите время и придумаете костюм получше, чем та одежда, которая сейчас на вас.
И тут выяснилось, что у неё припасён и свой жестокий сюрприз. Со своей стороны острова, с полки, скрытой под столешницей, она достала пистолет, в патроннике которого уже был патрон, и выстрелила в Харпер Харпер.