Страница 123 из 214
— Ну, знаете, мы могли бы поездить по городу, посмотреть, не бродит ли он где-нибудь. Нам ведь тоже не всё равно. Мы для того и проделали весь этот путь — чтобы увидеться с ним.
— Поездить по городу.
— Да, мэм.
Она приподняла подбородок, словно так ей было удобнее смотреть на него сверху вниз.
— В тех книгах, которые вы написали и желали бы именовать «романами», события, которые вы, полагаю, называете «сюжетом», столь же перезрелы, как и нынешняя ситуация. Не так ли?
— Ну, может быть, в каком-то смысле, не знаю.
— Следовательно, надо полагать, рассматривая эту нелепую ситуацию, вы пускаете слюни от возбуждения при мысли о возможности сделать из неё так называемый роман.
— Когда меня захватывает идея романа, я, вообще-то, не пускаю слюни.
— Надо думать, вам виднее. И всё же, набравшись стойкости прочесть кое-что из вами написанного, я хочу задать вам вопрос — если вы не возражаете.
— Не возражаю.
— Мне не нужен поспешный ответ. Я хочу, чтобы вы ушли и обдумали это так глубоко, как только вообще способны думать. Я полагаю, любой ваш ответ будет захватывающе интересен, но самым показательным, несомненно, станет тот, ради которого вы надорвёте весь свой ум. Что такое литература? Вы понимаете вопрос?
— Вы хотите знать, что такое литература.
— О, я
знаю
, что это такое. Мне интересно, что
вы
ею считаете. Вот это было бы для меня по-настоящему любопытно.
— Я к вам ещё вернусь, — сказал Бобби.
— И ещё одно. Это относится ко всем троим. Если вы забрали тело Эрнеста — моего дорогого мальчика, плод моего чрева — чтобы использовать его в каком-нибудь сатанинском ритуале или предать христианскому погребению, в любом из этих случаев я уничтожу вас всех.
— Да, мэм.
Она встретилась взглядом с каждым по очереди. Когда настал черёд Спенсера, он ждал, что превратится в лёд или в камень, но всё же пережил этот взгляд.
— А теперь, хотя вашему племени, вероятно, и непостижимо, зачем кому-то понадобилось бы получать образование, — сказала Бритта, — в колледже идут летние занятия. Мне выпало приводить эти глупые юные умы в состояние чуть менее абсурдное, чем то, в котором они пребывают сейчас. Помните моё предупреждение и ведите себя соответственно.
Когда Бритта пошла прочь, её пелерина взметнулась, как крылья летучей мыши, хотя день стоял безветренный.
— Как Эрни умудрился вырасти таким хорошим? — спросила Ребекка.
— Доброта была лучшим оружием, какое у него было, — сказал Бобби.
Спенсер взглянул на небо. Когда они вышли из закусочной, оно было ясным и солнечным. После встречи с Бриттой ему уже чудилось, будто над горизонтом вот-вот вздуется прилив тёмных туч, но небо всё ещё оставалось ясным и солнечным. Впрочем, долго солнечным ему не быть. Бритта ещё вернётся, и когда это случится, она явится в сопровождении грозовых туч и летающих обезьян.