Перерождение

Ди покосилась на меня, но смолчала. Вопросов, откуда я узнал, тоже задавать не стала. Мы оба по дороге продолжали отрабатывать техники, и в свой набор я ещё во время тренировок у Алькауса добавил Пульс Жизни — технику для разведки. Ситуативная штука, на несколько секунд расширяющая мою область контроля почти до трёх ли и передающая данные о всех крупных источниках Жизни в этой области. Большим плюсом техники был тот факт, что она пробивала большую часть маскировок, которые обычно основывались на Воздухе. Скоростного исполнения она, конечно, не требовала, но из-за массивности она занимала у меня добрых секунд десять — и это вообще никуда не годилось. Надо было сократить время исполнения хотя бы раза в два. Вот я и пользовался случаем, раз в полчаса отправляя поисковую волну прямо во время бега. Повезло, что успел засечь — так-то за полчаса мы пробегали куда больше, чем три ли.

— Давай-ка слегка замедлимся, нужно Ци под завязку восстановить и подвеску лишнюю оформить.

— Думаешь, за нами?

— Не уверен. Классическая десятка, которые Аус закидывают в качестве диверсантов… но пятеро совсем слабые, даже не Заклинатели.

— Это нормально, — сквозь зубы процедила Диомеда. — Они так молодую поросль натаскивают. Те десятки, которые в сердце наших земель заходят — те сильные, да. Исключительно Заклинатели, да ещё и во главе Второй, а то и Третий Шаг. А вот эти вот шакалы, которые по краям ходят — туда всех подряд берут. Если хорошо себя покажешь, то оплатят Очаги и возвышалки, а после Перерождения возьмут уже в полноценную дружину… откуда у Аус вообще столько денег, чтобы тратить их на такой мусор…

— Понял, — я помолчал, лихорадочно рисуя новую подвеску. — Значит, не за нами.

— Точно нет. За нами бы послали парочку действительно сильных, а не десятку слабаков. Хотя один-два из этой десятки должны быть на хорошем уровне. Надо будет просто выбить их первыми.

— Отговаривать тебя от драки уже бессмысленно, я так понимаю? — невольно покосился я на Диомеду, едва сдерживающую яростный оскал.

— Правильно понимаешь. Это мои земли, Эдри.

— Да я ничего, — пожимать плечами на бегу было бессмысленно, так что я просто продолжил говорить, ещё больше понизив голос. — Если что, бежать уже осталось немного. Видишь три дерева по левую сторону? Которые плотно стоят? Прямо за центральным эти ребята в маскировке притаились.

— Ясно, — кратко ответила Диомеда, едва шевеля губами: мало ли какие там умельцы сидят, вдруг и подслушивать техниками умеют.

— Я метну первым что-то простенькое, чтобы указать точное место, — я шёпотом торопливо начал накидывать план боя. — Тут же бей следом чем-нибудь площадным. Как только маскировка спадёт — наводи суету и продолжай бить чем-нибудь простым и мощным. Пока они будут приходить в себя, я смогу более уверенно оценить их Познанием и выщелкнуть самых сильных.

К этому моменту мы приблизились уже достаточно близко и замолчали окончательно. До боя оставались последние мгновения. Вдох. Выдох.

Синхронная вспышка — я наложил на нас обоих лёгкий воздушный щит. От направленного удара не спасёт, но случайные прилёты поглотит. Да и одежду защитит от чересчур мощных собственных техник.

Всё, теперь счёт пошёл на доли секунды.

Мощным прыжком я ушёл вбок с дороги, чтобы деревья не стояли между мной и врагами. Воздушное лезвие, специально для Диомеды подкрашенное в красный цвет, вырвалось из моей ладони и, тихо свистнув, исчезло в прозрачной пелене маскировки.

— Ааааааааа!

Вопль затих мгновенно — следом за лезвием прилетел знакомый серый Цветок Смерти. Пелена, дрогнув, рассыпалась, обнажив десяток людей. Двое были уже мертвы: в одного, сразу после моего лезвия, прилетел подарочек Диомеды, а второго Цветок захлестнул своими «лепестками». Последние скорее смахивали на щупальца, а сам Цветок, напитавшийся Смертью сразу от двух людей — на жирного спрута, жадно требующего добавки. Но остальные враги находились слишком далеко или успели вовремя отпрыгнуть, так что цветочек лишь яростно хлестал лепестками вокруг, пытаясь дотянуться хоть до кого-нибудь и, за неимением лучших вариантов, начал примеряться к дереву, за которым прятались диверсанты.

Бум! Следом за Смертью Диомеда угостила противников Огнём. Целым морем Огня.

Я же, пользуясь неразберихой, лихорадочно переводил взгляд с одного противника на другого. Человек. Заклинатель… слабый. Заклинатель… очень слабый. Человек… уже труп, очередной огненный шар напарницы буквально испарил ему голову. Человек, человек, человек… Заклинатель, Заклинатель. Все Заклинатели слабые — от силы «тройка» по моей внутренней классификации. Разве что самого первого с большой натяжкой можно посчитать «четверкой». С очень большой.

Долго думать я не стал. Закончив с опознанием, тут же влепил в «четвёрку» заранее подготовленную подвеску — Воздушное Копьё, с кучей влитой Ци, с накрученными сверху конструктами для лучшего пробития энергетических защит и увеличения скорости. Не зря добавлял лишние условия — стоило Диомеде залить всё огнём, как этот немолодой Заклинатель, весь покрытый шрамами, укрылся за толстым щитом Льда. Редкая стихия, и щиты на её основе надо пробивать либо чем-то физическим, либо чем-то мощным.

С угрожающим гудением длинное — метра два, не меньше, — искажение воздуха прошибло насквозь мощный ледяной панцирь, нанизало на себя врага и помчалось дальше. Окончило свой путь копьё лишь в дереве неподалёку, пришпилив к нему свою жертву. Прыжок вперёд, взмах рукой — и контрольный удар лезвием окончательно добил «четверку». Раны в живот, даже такие страшные, для сильного Заклинателя не смертельны, так что оставлять раненых врагов за спиной никогда не стоит. Если, конечно, не брать их в плен, но сильных адептов брать в плен — такая морока…

Кстати, Диомеда…

Обернувшись, я застыл в некотором шоке — живописной полянки больше не существовало. Всё, что не пылало — увядало и рассыпалось в серый прах под действием Смерти. Всё, что не увядало — пылало. И посреди этого мёртвого пепелища моя напарница долбила пылающим мечом каменный кокон, в котором прятался последний оставшийся в живых Заклинатель. Изнутри кокона доносился животный вой, полный ужаса.