Страница 27 из 75
Глава 8
Звёздная система «Сокровищница Гермеса». Орбита планеты Гермес‑I «Лазурный Трон». Королевская яхта.
Луи лежал на кушетке в своём кабинете, закрыв глаза. Новость, которая пришла сегодня рано утром, его немного озадачила, и он пытался понять, зачем Безымянный сделал такой ход. Он просчитал уже массу вариантов, но так и не пришёл к единому мнению. Было ощущение, что данные неполные.
Открыв глаза, он посмотрел в тёмный угол, где стоял его телохранитель. Луи подал рукой знак, и через секунду телохранитель приблизился.
— Слушаю вас, мой король, — произнёс телохранитель.
Луи внимательно посмотрел ему в глаза, и телохранитель замер, взгляд стал стеклянным.
Король встал и направился к своему рабочему столу, надо было уточнить кое‑какую информацию по этой странной новости. Луи активировал панель управления и голографический экран. Его пальцы с сумасшедшей скоростью забегали по сенсорной поверхности. Через несколько секунд на голографическом экране появилось изображение, пошла запись.
Молодая девушка с безумным лицом сражалась на мечах с молодым парнем. Движения её были отточенными, почти звериными, а в каждом выпаде сквозила холодная расчётливость. Луи увеличил скорость показа, быстро просмотрел всю запись и, откинувшись в кресле, усмехнулся. Теперь всё встало на свои места.
«Выходит, Безымянный подстраховался, и у него бы всё получилось, — подумал Луи. — Но Окику всё сделала по‑своему, чем допустила огромную ошибку, которая теперь сыграет на руку Ратибору».
Пришло уведомление на коммуникатор, и Луи, подняв руку, открыл сообщение. Улыбка расплылась по его лицу. Всё пошло по задуманному им плану. Даже те ходы, которые казались случайными, на деле укладывались в изящную схему, которую он выстраивал месяцами.
Вернувшись на кушетку, король посмотрел на телохранителя. Его глаза ожили.
— Прикажи, чтобы принесли чай и десерты, — сказал Луи и улыбнулся.
Граница звёздной системы «Корона Империи». Флагман «Северная Твердыня».
Я опустил спящего спейс‑майора на пол стелс‑разведчика, Игнат положил рядом спейс‑капитана.
— Милослава, можем отправляться, — произнёс я, глянув на девушку.
Она молча кивнула и пошла в кабину пилота, где Каэль ждал сигнала.
Корабль вышел из стыковочного шлюза «Северной Твердыни» и начал разгон для варп‑прыжка к планете Новгород «Щит».
Спустя двадцать минут стелс‑разведчик опустился на крышу штаба Космического Легиона. Трап открылся, и мы с Игнатом, подхватив спящих контрразведчиков, пошли следом за Максом Отто фон Шмидтом.
Нас встретили штурмовики, которых Макс оставлял на крыше.
— Каэль, Милослава, можете возвращаться, — произнёс я по каналу связи с кораблём.
— Будем ждать вас на «Северной Твердыне», князь, — услышал я ответ Милославы и почувствовал, что корабль стал подниматься, набирая высоту.
Мы двинулись к лифтам и уже через десять минут входили в кабинет Макса.
— Ну что, Макс, ты готов? — спросил я, когда мы закрыли дверь кабинета и я с Игнатом опустили пленных на пол.
— Готов, — Макс поправил форму. — Можем начинать представление.
Я вывел контрразведчиков из сна и, подчинив их тела, заставил подняться с пола. Убедившись, что полностью контролирую их сознания, я посмотрел на Макса:
— Шаттл стоит на средней посадочной площадке штаба.
— Я помню, — кивнул Макс и открыл дверь кабинета, выходя в приёмную.
Секретарь Макса сидела с таким видом, что ей вообще всё равно, что здесь происходит. Я на мгновение проник в её мысли и усмехнулся. Ей действительно было наплевать, чем занимается флот‑адмирал. Главное, чтобы он платил ей кредиты, и чем больше, тем лучше. А ещё она была ему безмерно благодарна за судьбу брата и за подарок в виде личного шаттла.
Мы следовали за Максом, который вёл нас на среднюю посадочную площадку. Она оказалась достаточно далеко от кабинета, и мы потратили больше пятнадцати минут, чтобы до неё добраться. Вообще, штаб Космического Легиона был огромным зданием, и если не знать, куда тебе надо, то тут можно было блуждать часами, даже с учётом того, что здесь везде были указатели.
Шаттл стоял на краю площадки. Мы зашли внутрь, и я усадил за панель управления шаттлом спейс‑капитана. Через две минуты мы уже взлетали, направляясь на планету Москва «Трон» к начальнику контрразведки.
Спейс‑майор под моим контролем отправил ему сообщение, что мы везём флот‑адмирала Исаева.
Путь до планеты занял меньше двух часов. Шаттл скользил сквозь облака, снижаясь к первой досмотровой площадке. Плавно опустившись на площадку перед зданием, спейс‑капитан опустил трап, и я отправил к выходу спейс‑майора, последовав за ним.
К нам подошёл сурового вида спейс‑майор службы охраны с тремя штурмовиками. Он отдал честь и произнёс:
— Спейс‑майор, мы получили уведомление от начальника контрразведки. Вашему шаттлу открыт коридор движения два‑тридцать пять. Вам требуется сопровождение?
— Нет, спейс‑майор, — ответил контрразведчик. — Я со своими людьми. Позаботьтесь, чтобы нас никто не останавливал. Мой начальник ждёт нас уже слишком долго.
— Будет сделано, — спейс‑майор службы охраны снова отдал честь и направился назад к зданию.
Мы вернулись в шаттл. Теперь мы свободно могли продолжить путь на материк, в здание канцелярии императора.
Как только шаттл взлетел и занял коридор движения два‑тридцать пять, я снял бронешлем и посмотрел на Макса:
— Может, тебе тоже улететь с нами на «Северную Твердыню»?
— Нет, князь. Мне надо быть в штабе. Именно оттуда идёт управление всей армией Рюриков. Если меня там не будет, я не смогу контролировать ситуацию, — Макс отрицательно покачал головой.
— Хорошо. Но сначала мы всё равно уйдём на флагман, потом Каэль и Милослава вернут тебя в штаб, — произнёс я и начал надевать бронешлем: мы уже приближались к материку.
Макс молча кивнул, соглашаясь с моим решением.
Шаттл уже двигался над Императорским материком и плавно снижался, приближаясь к канцелярии. Огромное высокое здание располагалось между Императорским дворцом и Сенатом Созвездий. Академия Высших Наук и Всеобщий информационный центр находились намного дальше, но с высоты полёта их тоже было видно — большие здания с высокими башнями.
Вообще весь материк был как один большой город. Все служащие жили здесь и могли годами не покидать материк, не говоря уже о том, чтобы покинуть планету. Этакое закрытое общество, которое не любило посторонних.