Страница 13 из 15
Рукав ее бежевого блейзера скользит вверх, и я не могу не заметить, что у нас почти одинаковая одежда. Она спросила меня, что я сегодня надену, и я прислала ей фото своей выложенной одежды. Не ожидая, что она напялит то же самое.
Я тоже хватаю свой кофе.
– Ты говоришь об этом так, будто жалеешь, что этого не произошло.
– Разумеется, нет. Я просто удивлена.
Она делает маленький глоток кофе, прежде чем добавить:
– Знаешь, я бы никогда не сдала этот предмет без тебя.
Мы прячемся под общим зонтиком, когда выходим наружу под дождь, и идем на наше первое занятие. Это была целая история, когда я пошла к декану и рассказала о своей интрижке с Майлзом Холландом. Они спорили о том, чтобы заставить меня пересдать его курс, из-за чего мне бы пришлось окончить колледж позже положенного срока. Другие профессора на кафедре прочитали мою работу, чтобы убедиться, что она была достаточно удовлетворительной, чтобы позволить мне учиться дальше. Другими словами, удостоверились, что я не зарабатывала оценки сексуальными услугами. Не то чтобы это вообще когда-либо входило в мои планы.
– Как думаешь, этот тип Реннер будет суровым? – спрашивает Анника, говоря о нашем семинарском профессоре на старшем курсе.
Мы обе изучаем английский как профильный предмет, а писательское мастерство – как второстепенный, и в течение трех лет мы вели своего рода дружеское соперничество.
– Если это так, полагаю, я могла бы просто переспать с ним? – шучу я, но она не смеется.
Наша группа состоит из тех же самых ребят, что были на курсе писательского мастерства первого уровня в прошлом году, может, с одним или двумя другими, кого я не узнаю. Я улыбаюсь и киваю кое-кому, пока мы входим гуськом. Лохлан Реннер – низкий и тучный мужчина в летах с седыми волосами и в бифокальных очках[2]. Он прокашливается, сидя за столом в передней части аудитории, и поправляет очки, когда готовится зачитать список имен в руках. Мы поднимаем руки, сигнализируя о своем присутствии, пока он отбарабанивает их. Когда он добирается до моего имени, то делает паузу, хорошенько меня разглядывая. Вероятно, чтобы убедиться, что да, я – та самая девочка, чью работу ему пришлось оценить, чтобы допустить меня на этот курс. Он продолжает дальше по списку.
– Это семинар для старших курсов, – говорит Реннер, пока пишет это черным маркером на доске. – Курс на два семестра. В ходе этого курса мы будем читать и анализировать книги, и вашим промежуточным и итоговым экзаменами будет рассказ, над которым вы будете работать и который сдадите в конце года. Я выберу лучший, чтобы отправить его на Бостонский конкурс рассказов. Вопросы?