Страница 11 из 212
А пока отдельно взятый князь страдал, силясь понять кто из кредиторов опасней и кому надо будет отдавать деньги первыми, запущенная им машина государственного управления всё сильнее и сильнее раскручивалась. Пусть та была слабой и не казистой, но регулярные окрики сверху и постоянное внимание князя, не плохо смазывали поскрипывающие шестеренки системы. Гонцы княжьи уже которую неделю трубили по всем местечкам да хутарам, городкам и деревенькам о наборе в дружину. Кричали знатно, словно опытные зазывалы, молодцы в красных и черных кафтанах не только искали добровольцев в княжьи отроки. Но не только этим занимался занимались гонцы. Послания в города и удельные княжества, доставленные лично в руки градоправителей и наместников, гласили собрать большую дружину не позднее конца этого месяца. Не забыл князь и о преступниках, приказав собрать всех и под охраной отправить в Киев. Что и было выполнено.
И потекли в Киев сначала струйки, а после и полноценные реки людей. Пеших и конных, на ладьях и телегах. Народ смотрел да дивился такому скоплению, стали поговаривать, что князь снова в поход идти собирается. Что было, несомненно, новостью, видь раньше за ним такого не замечалось. Однако старожилы вспоминали, что два последних княжества присоединённых к Киевской Руси стали таковыми уже под властью нынешнего князя.
Подготовка тем временем продолжалась. Мастеровые, получившие обширный заказ загодя, дымили трубами своих мастерских и кузниц. Уже готовые изделия скупали по всему княжеству и отправляли в столицу для вооружения пополнившейся дружины и только собираемых полков воев. Впервые за несколько десятилетий, князь приказал собирать не только городское ополчение, но и сельское. Здраво опасаясь сил Тугарина, Владимир решил перестраховаться, приказав всем уделам и городам выставить свои полки. Сроку дан месяц на сборы, после чего войска начали собираться у Киева.
– То есть ты хочешь сказать, что не знаешь, как действуют эти снадобья?! – чего мне стоило не прикрыть лицо ладонью, сложно передать. – Чем тебя только учили…
– Прости светлый князь. – повинился полностью седом мужичок с глупыми усиками и куцей бородкой. – Не учили нас подобным пользоваться! Суевериями называли!
– Эти суеверия в отличии от вас действуют! – моё раздражение было вызвано тем, что даже с инструкцией от знахарей это коновал не смог разобраться в дозировке и угробил сразу пятерых заключенных. – А вы умудрились напутать в простейших дозировках! Если вы ошиблись здесь, то как же вы будите меня и моё окружение лечить!
–Как же это так княже?! Где же я ошибиться то мог! Всё как было передано! Два раза в день по кубку целому давать на человека!
–Там было сказано не кубок два раза в день, а разбавлять рюмку в кубке! – у меня даже слов нет, одни эмоции.
И злился даже не из-за гибели смертников раньше времени, на это мне было плевать, не велика потеря. Больше всего злости у меня вызывало то, что такую глупую ошибку совершил придворный лекарь! Та самая личность, которая должна по идеи заботиться о здоровье обитателей княжьих палат! Если он не может следовать обычной инструкции, то как лечить собрался?! Вспоминая же один из фильмов, где данный персонаж послужил буксиром всего сюжета, вовсе хочется того где-нибудь по-тихому удавить!
Останавливало меня только понимание своего безальтернативного положения. Ну удавлю я его или просто уволю, что дальше? Где замену взять? Да и замена та вызывает у меня большие сомнения! Черт возьми, сейчас нормальных врачей найти можно разве что у византийцев, с арабами и китайцами! Только вот где и на какие шиши? За просто так специалист удовлетворяющего меня уровня в наши места поехать не захочет!
Эх-х. единственный кандидат приходящий в голову Баба Яга. Персонаж в высшей степени не определенный. То он за зло, то за добро. В одно время лишь жертва обстоятельств вынужденная отрабатывать долг, в другое организатор заговора, в третье помощник и советчик. И что же мне спрашивается делать одному бедному, кого хочешь из моих кредиторов спроси, князю киевскому?! Не понятно…
–Светлый князь, дозволь слово молвить! – постучавшись внутрь вошел один из слуг.
–Что такое? – жестом отпуская лекаря, разворачиваюсь к тому.
–Добрыня Никитич в Киев вернулся. А вместе с ним гонец из Ростова.
Добрыня? Ммм, это хорошо, значит теперь у нас уже два богатыря. Как вовремя, словно вместе с гонцом ехали! Ну да ладно, не стоит терять время, закончим здесь. Отпустив слугу, направляюсь в свой кабинет, одновременно вызывая к себе Муромца.
Первым в мой кабинет прибежал гонец. Отпустив мужчину отдыхать, вскрываю сургучную печать и погружаюсь в чтение. Так-с, что тут у нас. Ммм… всё спокойно… так-с девице, что Любавой кличут уже шестнадцатый годок стукнуло… хм, значит до событий первого фильма осталось всего ничего. А вот и про Алёшу пишут… сын местного попа, богатырской силушкой и статями отличается, воинскому искусству обучен.
Донесение из Ростова успокоили мои нервы. Получив конкретику, мне только и оставалось что действовать. Временные рамки набега приобрели четкие границы. В течении месяца стоит ждать Тугарина. Что ж, нам остается только оказать ему всё полагающиеся гостеприимство.
Богатыри вошли в мой кабинет вместе. Видимо, где-то встретились и дальше пошли уже вместе. Учитывая же, что за это время я успел не только принять гонца, добраться до своего кабинета, но и ознакомился с донесением. Похоже, они успели ещё и переговорить между собой.
–Илья, Добрыня проходите. – подозвав их к себе, обращаюсь к только что прибывшему. – Извини, что срываю с места Добрыня, но ситуация требует полного сосредоточения государственных сил!
–Что же происходит княже?! – развел руками огромный мужчина, на фоне которого бодибилдеры и тяжеловесы моего мира, совершенно не смотрятся. – К чему такая суета! Разве на нас кто-то войной идёт или мы на кого-то?! Почему к Киеву идут вои со всех окрестностей! Да в самом Киеве вооруженного люда очень много стало!