Страница 15 из 77
— Это древнее зло! — зычно крикнул я. — Демон Жопокол! Он очень коварен, безумен, и не знает пощады! И сейчас я, охотник за демонами, его изгоню!!!
Все зашумели.
— Молодец!
— Так его, гада!
— Прищучь его! Прищучь!
— Он меня укусил вчера! — заверещал женский голос. — Я умру!
— Дура, это комар был! — рыкнул на неё кто-то.
— Сам дурак! Это Жопокол! Он это! Я умираю!
Я дождался, когда народ успокоится, а затем привлёк к себе внимание хаотичными взмахами рук. Громко закричал, как ненормальный и залетел снова в кабинку, хлопнув дверью.
— Ну, что погнали! Петрович, вылезай оттуда и одевай простынь, — начал раздавать я указания. — Пук, достань челюсти и залезай к Петровичу на плечо.
Когда всё было готово и мы собрались выходить к народу, Пук дёрнул меня за воротник:
— А там это, хрр-хрр.. Лежит чего-то на дне, — и взглядом указал в отверстие.
Что может в туалете лежать на дне? В нашем — всё, что угодно, только не то, что в обычном.
— Ну это Петрович, наверное, вовремя не уколол. Что там? — я нехотя всмотрелся вниз.
На дне лежала кучка искрящихся ингредиентов. Это же.. пыльца, которая нужна для моего боевого самогона! Челюсти радостно заклацали и я, погладив их, положил во внутренний карман.
Появление наше было очень эпичным!
Я растопырил пальцы на руках и начал водить ими вокруг демона с чем-то ужасным, шевелящимся на его плече, испускающим едкие испарения.
Точнее, вокруг бредущего мимо Петровича в чёрной простыне и с Пуком на плече, пыхающим папироской, как паровоз. Чтобы было достоверней, Пук подпустил немного газку, и у местных начались лёгкие галлюцинации.
— Жопокол! Сгинь! — я кричал, водил руками и незаметно подталкивал Петровича на выход. — И твой страшный питомец, беспощадный дикий хищник Пукан не напугает меня! У меня с тобой давние счёты! И наконец всё закончится. И людей ты больше не тронешь! Потому что я так решил!
Я посмотрел на толпу невзначай. Она кушала это всё килограммами, вытаращившись в ужасе. И я, конечно, продолжил:
— А сейчас я поведу тебя на смертельное изгнание! Я знаю, живым туда вход воспрещён, иначе мучительная смерть! Но пусть это будет моей жертвой! Главное, что ты оставишь людей в покое!
Мы медленно уходили вдаль. Я уводил жуткого демона от этих бедолаг и кричал, что это мой последний день. А сзади в толпе, плакали женщины и кричали последние ободряющие слова мужики. Ко всему прочему они обещали хорошо бухнуть за мой упокой.
Я вернулся домой и услышал, что в коридоре возле моей комнаты происходят какие-то разборки.
Собралось много недовольных, которые мешали мне пройти в свою комнату. Я попытался протиснуться, и один невзрачный мужичонка спросил у меня:
— У тебя лапти часом не пропадали?