Страница 2 из 93
Я скрылся с головой и вынырнул через пару секунд с панической мыслью — «продолбал сапборд!». Алина и Щур заставляли нас пристёгивать к ноге страховочный лиш. Мы дисциплинированно пристёгивались: утонуть в верховьях речки Москвы нелегко, а вот ловить уплывающий по течению сап — так себе удовольствие. Разумеется, я спьяну (и со злости на «Бывалую» и на себя) забыл элементарные меры предосторожности. И вот теперь оказался в воде, с бесполезным веслом в руках, а мой сап-борд держит курс в сторону Северного речного вокзала.
Поминая Великую Мать, я бросился в погоню.
И не сразу заметил, что вода солёная.
СОЛЁНАЯ! В Москве-, мать её, -реке!
Я успел перепугаться, что попал в какой-то адский промышленный выброс, и у меня за десять минут облезет мясо с костей (не спрашивайте, откуда в районе Звенигородской биостанции заводские стоки). Но быстро понял, что это просто солёная морская вода.
Я огляделся и едва не захлебнулся от животного ужаса.
Потому что, когда я летел с сапборда, до берегов, что левого, что правого, были считанные метры.
А теперь во все стороны до горизонта расстилалась морская гладь.
«Хорошо ещё, вода тёплая, а то бы замёрз к морским свиньям за пару минут!»
Это была моя первая связная мысль с момента… чёрт знает, как это назвать! Нырнул в Москве-реке, вынырнул в океане в другом полушарии.
Я перевернулся на спину, почему-то уверенный, что увижу Южный крест.
Знакомых созвездий, северных или южных, я не увидел. Звёзды — если они были — затмевали три огромных шара, образующих разносторонний треугольник. Один шар отливал багровым, второй, маленький, был оранжевым в желтизну, третий, самый большой, излучал трупную зелень, отчего троелуние напоминало флаг какого-нибудь африканского государства.
«Спокойно. Сперва надо добраться до суши. Куда бы меня не занесло, жабры у меня не выросли. А в тёплых морях водятся акулы и другая хищная дрянь…»
Я повернулся в воде на триста шестьдесят градусов, высматривая что-то хотя бы отдалённо напоминающее сушу, и мне повезло. На полпути к горизонту (северному или южному — осталось для меня загадкой) я увидел тёмную громаду, напоминающую остров или риф. Даже если это голая скала, на ней мои шансы выжить увеличиваются.
И я поплыл туда.
Плаваю я неплохо, за что опять-таки спасибо девчонке на роликах. Моё увлечение лонгбордом закончилось тем, что очень «удачно» нае… приземлился, так что сломал обе руки. Неопасно, на правую даже не накладывали гипс, но перелом есть перелом. Мне посоветовали для разработки суставов, для укрепления застоявшихся мышц и связок плавание. Я купил абонемент в бассейн и бултыхался по два часа каждый день. Так что научился и хорошо держаться на воде, и грамотно дышать, и хорошо плавать. Тут, конечно, море, а не бассейн (и лучше не думать, сколько там до дна), но…
…Это ещё что?!.
В прозрачной глубине скользили три длинных фосфоресцирующих тела. Они напоминали морских зверей, котиков или тюленей.
С человеческими руками.
Они плыли целенаправленно ко мне. И явно не для того, чтобы поприветствовать в дивном новом мире Светофорного Троелуния.
* * *
В первый момент я запаниковал и поплыл в два раза быстрее, но быстро оставил эту затею. До тёмной скалы далеко, а долбаные русалки плавают безусловно быстрее меня. Если буду пытаться удирать, только попусту пострачу силы, которые могут пригодиться, чтобы защититься.
Защититься? От хищных морских тварей, которые здесь — буквально как рыбы в воде?
Ну а что делать? Безропотно дать им размотать мои кишки по волнам океана?
Я возблагодарил судьбу, маму с папой и Летающего Макаронного Монстра, что отправился в ночное путешествие в джинсах, а к джинсам у меня был пристёгнут складной нож. Не мультитул с ножничками, отвёрточками, штопорчиком, зубочисточкой и расчёсочкой для бровей, не керамбит с серрейтором для выпендрёжников, не «финка ЛГБТ с кровостёком». У меня был добротный «товарищ», как называли свои ножи гайдамаки. С ухватистой рукояткой, надёжным замком, толстым обухом и хорошим резом.
Конечно, все ТТХ оружия идут лесом, если оно оказывается в кривых руках. Только это был не наш случай. Я уже полтора года занимался в клубе спортивного ножевого боя: там была добротная общая «физуха», а в плане работы с клинком шло натаскивание на простые, но эффективные удары.
Вот сейчас мне предстоит применить навыки к фантастическим тварям в среде, где они обитают.
Я торопливо вытянул нож и разложил его. Ближайшая «русалка» уже тянула ко мне руки. Я успел заметить её вытаращенные рыбьи гляделки и злорадный оскал: «прелестное личико» напоминало морду австралопитека, прабабушка которого согрешила с бульмастифом, а потомки противоестественной связи приспособились к жизни в воде.
Водный бульмастопитек схватил меня за левую ногу пониже колена и вознамерился отхряпать кусок квадрицепса. Я сгруппировался и всадил нож в шею твари, пониже того места, где у людей располагаются уши.
И немного рванул нож в сторону горла, испытывая чувственное наслаждение от того, как клинок рвёт и рассекает упругие мышцы кровожадной бестии.
Стальная хватка мгновенно опала. «Русалка» забилась, из распоротой шеи толчками хлынула чёрная кровь, расплываясь неряшливым облаком. Я поспешно отплыл подальше, держа нож наготове, но водные твари меня не преследовали. Судя по интенсивному барахтанью и всплескам воды в том месте, где я подрезал «русалку», её товарки (или его товарищи — сейчас мне было не до гендерных тонкостей) закусывали мясцом сородича.
Я не стал дожидаться окончания трапезы и заспешил к темневшему впереди острову.