Страница 75 из 91
— Я обманывала себя, если когда-нибудь думала, что не смогу впустить этого мужчину, — я качаю головой, осуждая себя. — Я влюбилась в него так быстро, когда мы впервые встретились, что мне следовало знать, что это не займет много времени.
— Ты все еще любишь его? — тихо спрашивает Аррен.
— Каждой частичкой своего существа, — признаюсь я. — И это пугает меня.
— Я думаю, это нормально, — говорит Майя. — Тебе также нужно подумать об Итане, но ты увидишь, — она говорит с такой уверенностью, — эти люди здесь надолго. И я видела, как Кольт относится к тебе, он любит тебя так же сильно.
Я киваю, но беспокойство все равно свинцом лежит у меня в животе.
Мы быстро возвращаемся в дом и обнаруживаем братьев развалившимися в гостиной у ревущего камина, прогоняющего холод. Харпер немедленно подходит к Итану, который сидит, расставив ноги на полу, с открытой книгой с одной стороны и строительными кубиками с другой, и начинает играть с ним, а я нахожу Кольта на диване позади.
Он улыбается, когда замечает меня, выражение его лица смягчается, и взглядом показывает мне присоединиться к нему на месте рядом с ним. Снимая пальто и обувь у двери, я занимаю свое место рядом с ним, и его рука немедленно обнимает меня, притягивая ближе. Он продолжает свой разговор с братьями, но рассеянно гладит меня по руке, его пальцы так нежно касаются моей кожи, что мое сердце тает.
Это все нервы, говорю я себе. Как сказала Аррен, это справедливо, поскольку я так привыкла к одиночеству, а теперь все по-другому. Но Кольт замечает, что я не присутствую на сто процентов, и поворачивается ко мне:
— Ты в порядке, беда?
Сколько раз за один день вам могут задать один и тот же вопрос?
Я киваю:
— Буду.
Это не ложь, и, честно говоря, я не хотела обсуждать это здесь с ним, если вообще хотела. Это мое собственное внутреннее дерьмо, мне просто нужно разобраться в нем, а затем двигаться дальше.
Он хмурится, но кивает, и когда приносят ужин, его рука остается на моей ноге большую часть вечера. Это дает мне почву под ногами, удерживает меня в комнате, а не в моей голове, и он никогда не узнает, как я благодарна ему за это.
И я знаю, что это беспокойство пройдет, как только я пойму, что история больше не повторится.