Страница 16 из 91
— Странный ты человек, Колтен Эйвери.
— Так мне говорили. Много-много раз.
Она садится и еще немного потягивается, пытаясь привести в порядок волосы, а также потирая синяки под глазами, чтобы убрать несколько черных подтеков, оставленных тушью.
— Мне нужно идти, — тихо говорит она мне. — У меня смена в закусочной.
— Если я не вернусь, то получу от Эверетта по третье число, — говорю я, помогая ей собирать вещи в пещере.
— Ты ведь не сказал им, не так ли? — спрашивает она.
— Нет.
Она кивает и отводит взгляд, проверяя, все ли мы убрали.
— Спасибо, — говорит она, стоя ко мне спиной. — Просто люди слишком любопытны, и все они знают, что я уеду, а ты не останешься здесь, так что я действительно не хотела бы быть центром всеобщих сплетен.
— Ванесса, ты не обязана ничего объяснять.
Она выдыхает:
— Прошлая ночь была невероятной, — мне не понравился этот тон: — Я не думаю, что нам стоит делать это снова.
— Если это то, чего ты хочешь, — выдавливаю я слова, и они ощущаются у меня на языке, как кислота.
Она что-то бормочет себе под нос, прежде чем произнести громче:
— Это к лучшему.
Мы молча возвращаемся к причалу той же дорогой, по которой шли прошлой ночью, и быстро прощаемся.
Она ни разу не оборачивается, оставляя меня смотреть ей вслед, пока я не скроюсь из виду.
Возможно, она права. Даже если это кажется неправильным.
Я медленно иду обратно к дому Торина, доки этим утром заняты: лодки уже заходят с утренним уловом, а туристы отправляются на воду, чтобы заняться спортом. Тепло, небо ясное, безмятежно-голубое, но внутри меня бушует буря.
Я уже почти у дома, когда меня ловит один из местных рыбаков.
— Эй! — он окликает меня.
Я оборачиваюсь и вижу бегущего ко мне пожилого джентльмена с седыми крапинками в волосах и бороде.
— Могу я вам чем-нибудь помочь? — мой тон ровный, неприветливый, и он резко останавливается, слегка съежившись.
— Я хотел узнать, как дела у Торина, — он теребит воротник рубашки. — Мы не видели его несколько дней, с тех пор как...
— Он похоронил жену и сына? — заканчиваю я.
— Да.
— Он отдыхает и скорбит. Могу ли я чем-нибудь помочь?
— Нет, нет, — качает он головой, — просто передай ему наш привет.
— Будет сделано.
Я поворачиваюсь обратно к дому.
— О, подождите! — он кричит: — На самом деле кое-что есть.
— Что?
— Какие-то парни приехали в город на раннем пароходе и искали его.
Это возбуждает мой интерес:
— И что?
— Ну, они выглядели как люди, которых лучше всего избегать, — говорит он. — Я не сказал им, где он был, но они не покидали город.
— Куда они делись? — спросил я.
— Думаю, пошли в город. Наверное, спрашивать у других местных. На их месте я бы сидел в закусочной. Все туда ходят.
Ужас скатывается у меня под ложечкой.
— Я дам знать Торину, — лгу я.
Если я буду иметь к этому какое-то отношение, мой брат никогда не узнает, что его жизнь в опасности. И Эверетт тоже.
Я смотрю, как рыбак возвращается к своей лодке, прежде чем войти в дом.
Все тихо. Спокойно.
На кухне в кофейнике варится кофе, а где-то в доме включено радио, тихо играет музыка.
Я ищу что-нибудь необычное, дом всегда безупречно чист, почти стерилен, так что все, что не на своем месте, будет красным флагом, но дом выглядит как обычно.
— Эверетт! — я выкрикиваю имя моего брата.
Он появляется мгновением позже:
— И где же ты был прошлой ночью? — он ухмыляется, шевеля бровями, как будто у него есть ключ к разгадке.
Его непринужденность выводит меня из равновесия. Эверетт, может быть, и самый игривый из нас троих, но он опытный убийца, один из лучших, и на его лице не было ни единой морщинки беспокойства.
Кто бы ни приехал в город за Торином, сюда они не приходили.
По крайней мере, пока.
Хотя они и придут, я в этом не сомневаюсь, но они не найдут Торина.
Они найдут меня.