Страница 81 из 251
Не раздумывая, хватаюсь за пучок отростков на ее шее, ставлю ногу на сложенную конечность и прыгаю вверх, устраиваясь между лопатками. Пульс колотится бешено.
Лири выпрямляется. Ее крылья выбрасываются вперед, как светящиеся веера, словно она пытается казаться больше, сильнее, принимая доминантную позу.
Молтенмау тянется к нам, делая глубокий, втягивающий воздух вдох, который гудит в двойных отверстиях на вершине клюва. Еще один.
И еще.
Он мотает головой, фыркает, отступает на пару шагов, замирает и издает низкий рокот, переходящий в визг с открытой пастью в небо. Звук замирает, и далекийхомп-хомп-хомп хлопающих крыльев заставляет меня поднять взгляд вверх.
Два Молтенмау рассекают облака: один — всех оттенков розового; другой, меньше чем в половину размера Лири. Вероятно, слеток, с розовыми и голубыми пятнами.
Семья этого самца…
Я бы сочла это призывом к бою, если бы Лири отступила. Но она не дрогнула. Даже когда они приземляются с вихрем снега рядом с убитым животным. Даже когда они тоже принюхиваются, впиваясь красными глазами в нас, пока самец издает еще один глубокий предупреждающий рокот.
Самка опускает голову и разрывает живот животного, обнажая внутренности. Она отступает назад и садится на задние лапы, кровь капает с клюва, хвост нервно дергается из стороны в сторону.
Слеток, пригнувшись, крадется вперед, стрекочет матери, а затем вонзается в рану, жадно пожирая мягкие внутренности. Все это время самец следит за Лири, распушив оперение, выставляя себя напоказ перед семьей в такой защитной позе, что у меня ноет в груди.
Лири пятится.
Она издает тихий стон, резонирующий во мне; болезненная печаль, пока она отходит все дальше и дальше. Словно сейчас — перед лицом этой прекрасной семьи — она потрясена сильнее, чем когда самец угрожал нас обоих проткнуть своим шипом.
Словно ей… больно.
Она разворачивается с такой силой, что у меня перехватывает дыхание, хлопает крыльями и срывается со снега… устремляясь прочь с такой неистовой яростью, что я могу лишь предположить: она забыла одну важную, довольно проблемную деталь:
Я все еще здесь, на ее спине.
И мы несемся в небо.