Страница 79 из 251
Стиснув зубы, я ползу по веревке медленными, но уверенными рывками, подгадывая каждое движение под удары ее крыльев. Мышцы рук, спины и плеч вопят о пощаде в этой борьбе за каждый дюйм против туго скрученных волокон. Наконец я добираюсь достаточно высоко, чтобы дотянуться до подпруги, перетянутой через ее грудь, и вижу дыру, проделанную шпорой Рекка.
Охваченная яростным приливом сил, я раскачиваюсь — раз, два, три, — прежде чем удается просунуть пальцы под ремень. Хватка достаточно надежная, чтобы рискнуть отпустить веревку, перекинуть левую руку через ее грудь и…
Схватиться за пряжку.
Краду момент, чтобы перевести дух, а затем вкладываю всю силу в правую руку, стараясь сохранять равновесие, пока левой рукой ощупываю путь дальше… Наконец пальцы нащупывают ремни.
Начинаю вытягивать их из отверстий.
Лишь когда все три ослаблены и держатся только на продетых штифтах, я выдыхаю чуть свободнее. Знаю, что поступаю правильно, несмотря на тяжелый ком печали в горле.
Затем я с силой выдергиваю первый ремень.
Хотя Лири продолжает стрелой нестись ввысь, я замечаю, как она изгибает шею. Ее взгляд прикован ко мне, пока я дергаю второй ремень, освобождая его. Схватившись за третий, последний, я смотрю в ее мрачные, сверкающие глаза. Ее лицо гораздо ближе, чем я ожидала. Достаточно близко, чтобы заглянуть в бездонную глубину ее взгляда. Ощущение такое, будто я уже падаю…
Только не так, как ожидала.
Мы пробиваемся сквозь облака навстречу слабым лучам золотого света, и на моем лице расцветает улыбка. Потому что я обещала Лири, что позабочусь о ней. Что никто больше никогда не причинит ей боли. И Создатели — свидетели, я не шутила.
Даже если это означает спасти ее от самой себя.
— Будь свободна, Лири.
Я выдергиваю последний штифт и отпускаю ремень, чувствуя, как подпруга соскальзывает. Седло Рекка освобождается. Последние его следы исчезают.
И уносят меня с собой.
Лири разевает пасть, будто собираясь извергнуть пламя. Но вместо этого издает пронзительный плач…
И облако поглощает меня целиком.