Страница 4 из 66
«Всё в нем правильно до блеска, — думала Эмма, направляясь к своему столу, где лежали документы турецкой компании. Быстрым движением руки перевернула папку лицевой стороной вниз. — Но что-то меня напрягает в нём. Я не верю, что такой красавец мог обратить на меня внимание. Уверена — у него другие планы. Хотелось бы ошибиться, однако…»
— Здравствуй, Арсений, — ответила ему, одновременно готовя план-график шефу на завтра. — Нет, на свидание не соглашусь.
— Почему? — с отчётливой грустью в голосе спросил мужчина, подходя ближе. Приятный аромат его парфюма, напоминавший почему-то зимний новогодний праздник, начинал кружить голову Эмме. — Но у меня есть надежда?
Она пожала плечами, стараясь немного отодвинуться от него. Её смущало то, что он находился совсем рядом.
— У меня вечер сегодня занят, да и на работе задержусь. Так что, Арсений…
Дверь из кабинета Миллера открылась, и на пороге появилась чем-то недовольная гостья. Сдвинутые к переносице брови делали выражение её лица упрямым. Она едва бросила взгляд на секретаря, задержала его на мужчине, чуть заметно хмыкнула и вышла, не попрощавшись.
— Кто это? — спросил он. — На работу кого-то берёте?
— До свидания, Арсений, — спокойно произнесла Эмма, кивая ему на дверь. — Ещё успеешь догнать и поинтересоваться.
— Ревнуешь? — с надеждой спросил он и улыбнулся.
— Вот уж точно нет. Всё, время посещения закончено, иди, а то застрянешь на выходе. Будешь объясняться с охраной.
На пульте загорелась кнопка, и послышался голос Миллера.
— Бери документы и заходи.
Она сразу встала, взяла в руки папку и ещё раз кивнула, указывая Арсению на дверь.
— Выходи, мне надо закрыть приёмную.
— Даже так? — удивился он. — Ну-ну.
Эмма промолчала, дождалась, когда посетитель вышел, и действительно повернула ключ туда-сюда. Потом подождала, пока не стихли шаги в коридоре, и открыла дверь, которую и не закрывала. Убедившись, что в коридоре никого нет, направилась в кабинет к начальнику.
— Почему так долго? — спросил Вито, появляясь из подсобной комнаты, где мыл чашки. — Опять посторонние возле тебя крутятся? Учти, ты ставила свою подпись под приказом о неразглашении.
— Я помню, — ровно произнесла она и положила папку на его стол. — Я могу идти?
— Нет. В двух словах: на что обратила внимание этих документах?
— В папке сверху лежат несколько листов, там я указала те пункты, которые противоречат друг другу. Кроме того, в договоре прописан аванс, но нет графика его погашения.
Он кивал, соглашаясь с её словами.
— И почему-то свои «командировочные» они в наш договор внесли. Скорее всего, заказчик, то есть завод должен это рассматривать в своём договоре. Так?
— Так, — твёрдо произнёс Вито. — Ладно, я сам посмотрю твои записи. Что выяснила по поводу переводчика?
— У них свой будет на переговорах. Они просили уже в среду назначить встречу.
— Назначай. Посмотрим поближе на этих господ… Спасибо, ты мне очень помогла. До завтра.
Она забрала чашки и вышла, думая о том, что снова осталась без имени.
Миллер, оставшийся в одиночестве, мысленно пролистывал события дня. Он успел вовремя на объект, где нерадивый подрядчик, приобретавший материалы через его компанию, нарушил несколько пунктов договора. За это руководителю организации пришлось ужом вертеться перед Витольдом, но всё же дать задание подчинённым складировать металлические конструкции под навес.
«Завтра с утра надо направить своих инженеров на тот объект, пусть проверят стальное. А мне надо быть умнее: незачем брать на себя ответственность за материал после его поставки. Договорному отделу завтра же — изменить пункты типового договора».
Размышляя, он уже записывал планы на следующий день. Но его раздражало не только увиденное у подрядчика. Насторожило внимание к его персоне гостьи из СМИ. И пришла-то с каким-то нелепым поводом: благотворительная помощь приюту для животных «Кошкин дом». Восторженные взгляды, широкие улыбки — всё это напрягало Миллера. Чувствовал неискренность гостьи. Она представилась:
— Виолетта Малышева, корреспондент журнала «Местная Рублёвка». — Он чуть не икнул, услышав название, но сдержался. Хотя и видел эти печатные издания в различных салонах и магазинах, но ни разу не возникло желания заглянуть под обложку. — Нам стало известно из достоверного источника, что ваша организация выполнила ремонтные работы в кратчайшие сроки в «Кошкином доме». Расскажите о себе.
— С чего бы это? — спокойно спросил Вито. — Не я конкретно оказывал помощь, а наша организация. К тому же вас ввели в заблуждение: мы лишь предоставили материалы для ремонта. Пока только это и сделали.
— Да? — театрально удивилась она. — Ну, в общем-то, это не имеет значения. Важен человек, который думает о братьях наших меньших. У вас есть кошка или собака?
— Виолетта, я уже сказал вам, что наша организация, а не я лично…
— Да-да, я поняла! Но всё же расскажите о себе.
Такая навязчивость очень быстро надоела Миллеру, он «закрылся на все пуговицы» и остальные вопросы просто отбивал неинтересными ответами. Гостья заканчивала любую фразу просьбой рассказать о себе. Вито лишь устало хмыкал, тёр переносицу и помалкивал, всем видом показывая, что у неё ничего не выйдет. Кофе остался нетронутым ни им, ни ей. Разговор не клеился. Дама начала открыто злиться и изображать, что вот-вот уйдёт. А Миллер её и не задерживал. Напоследок же вообще услышал:
— Вы очень интересный мужчина. Но чем больше мне отказывали, тем сильнее захотелось всё узнать о вас, познакомиться ближе, так сказать.
Он лишь приподнял бровь и снова промолчал. С недовольным видом Виолетта произнесла:
— Я вернусь, обещаю вам.
И вышла.
— Да мне как-то… всё равно на твои заскоки, — ответил Вито закрытой двери.
Вспомнив всё это, почувствовал, насколько вымотался за день. Сил на «турецкий договор» не осталось.
— Не буду начинать, а то точно пропущу что-то важное. Завтра, с ясной головой. Записи секретаря надо внимательно изучить. А сейчас лучше всего на йогу. И тогда утром я буду, как новенький, молодой и сильный.