Потеряшки

Глава 18

Глава 18 Ты записался?

«…Согласно национальному реестру Мексики, за последние два года (2020–2022) более 100 000 человек были объявлены пропавшими без вести. Многие пропавшие без вести в Мексике являются жертвами насилия, связанного с организованной преступностью. Реальное число пропавших без вести в Мексике, вероятно, намного выше официального, поскольку о многих похищениях не сообщается, поскольку жертвы опасаются последствий обращения в правоохранительные органы…»

(По материалам СМИ планеты Земля)

Тут, на площади, где я сейчас находился, защищенных мест для ночевки не наблюдалось.

Ну, на ней ведь весь белый свет клином не сошелся…

Здесь я гвоздями не прибит, может их ещё где поискать? Должны же где-то тут быть боксы.

Я и пошел на розыски по одному из проходов. Их с площади куда-то целых девять вело, вот я ближайший и выбрал.

Почему ближайший? А, не всё ли равно? Куда они ведут я совершенно не знал.

Почти через три сотни шагов, а их я зачем-то считал, впереди стали слышны ритмичные сочетания звука и тишины.

Какой-то сигнал? Или — музыка здесь такая?

Нет, что-то это другое…

Слышимое мною как бы звало куда-то, обещало что-то хорошее, завлекало.

Я даже остановился.

Ловушка?

Подойду я туда, а меня цап-царап?

Я немного постоял и всё же решил осторожненько посмотреть, что там это такое.

Ещё почти две сотни шагов, и глазам моим открылась новая площадь. Она была гораздо побольше первой. Людей здесь почему-то не наблюдалось.

Я даже притормозил при входе на неё. Стоит ли мне сюда голову совать?

Так, а это что?

На одной из стен площади синхронно со звуками мигал рисунок. Размером… с экран широкоформатного кинотеатра. На нем с большой степенью достоверности был изображен человек в военном футуристическом комбинезоне. Выражение его лица было далеко от благостного. Скорее всего, его попытались представить злым, но это у кого-то не особо получилось. Имелись некоторые нюансы…

Нет, тут я неправ, не злым. Скорее — суровым, но и это не удалось. Злинка какая-то всё же в работе неведомого автора присутствовала.

А, человек ли человека рисовал?

Скорее — нет. Не по-людски как-то было лицо нарисовано.

Изображенный, ещё и в смотрящего на рисунок тыкал пальцем. Совсем как на том плакате из советских времен, что призывал записаться добровольцем в Красную Армию.

Это, если я ничего не путаю. На выставке, где данный плакат экспонировался, я был давно — ещё в начальной школе.

Тут, тоже в какое-то военизированное формирование приглашали. Ошибиться в этом было трудно.

Может, поэтому на площади никого и нет? Все в ряды вступили и сейчас где-то в казарме ужинают, а потом на бочок под казенное одеялко завалятся?

Мне, как такой вариант?

Из караванщиков — изгнали за ненадобностью, в лагерь не вернуться, тут — не пришей кобыле хвост…

Ночевать негде…

Есть уже снова хочется.

Минусы моего нынешнего положения просто зароились перед глазами.

В это момент рисунок на стене считал меня. Иначе и не скажешь.

А как?! Точно, считал! Изображение же вдруг на самом настоящем русском языке сделало мне предложение записаться в легион!

То оно абракадабру какую-то звуковую настойчиво в пространство выдавало, а тут — ко мне избирательно обратилось. На родном и могучем.

Иди де к нам и всё хорошо у тебя будет.

Оденем.

Обуем.

Накормим.

Напоим.

Ну, и прочее.

Изображение продолжало в меня настойчиво тыкать пальцем и гримасничало. Говорило оно с неправильными ударениями и паузами, как будто подбирало слова.

Обещало, что побываю я в разных интересных местах.

При этом оно мне их ещё и показывать начало!!!

Меня аж в пот при этом бросило.

Мне демонстрировались Москва, Санкт-Петербург и другие города, где я побывал дома до попадания сюда!

Вдруг изображение замерло. Как бы кто-то понял, что накосячил, совсем не то, что нужно показал. После этого замелькали совсем другие локации. Уже явно неземные.

Я же в ошибку, допущенную кем-то неизвестным мне, двумя руками вцепился.

Ага!

На Землю, завербованных в какой-то там легион, посылают! Туда мне и надо!

Или — кого-то к нам, а наших, землян — в дали несусветные?

Ну, где раз ошиблись, там и второй будет.

Я уже не слушал изображение на стене, а оно продолжало золотые горы и бочки варенья сулить. Вещать, что разное интересное с легионером случается, карьерный рост ему обеспечен, эквиваленты обмена служивому девать просто некуда…

— Где, подпись-то свою поставить? — не нашел ничего лучшего сказать я.

Вроде, меня поняли. Изображение на стене замерло, а рядом с ним, справа, что-то типа входа куда-то открылось.

— Мы рады вашему верному решению, — опять же неверно расставляя ударения заверил меня рисунок. Причем, рот у изображенного рекрутера тоже открывался неправильно. Иногда, при произнесении слов он был закрыт, когда же изображенный молчал, он начинал растягиваться чуть ли не до ушей.

Это я видел, но не посчитал важным.

Как потом оказалось — зря. Где в мелочах всё до ума не доводят, там жди проколов и по-крупному.

Однако, в этот момент меня возможным возвращением домой поманили, от этого я и поплыл.

Короче — взяли меня тепленьким.