До последнего поцелуя

Эпилог

— Мильна Элвуд!

Вопль декана Харбека Ламата слышала вся Академия. Старшекурсники, валяющиеся на пока ещё зелёной лужайке, сдавленно посмеивались. Первокурсники вздрагивали и прятали головы в плечи от страха. И только я знала, что густой бас из окна деканата лéкарства очень скоро станет привычным делом.

Я выглянула из-за колонны, подпирающей свод террасы между зданиями. За пышными кустами роз меня не было видно, зато я отлично видела объёмную фигуру Ламата, торчащую из окна. Я проигнорировала пять его звонков. Неудивительно, что он решил использовать старый, проверенный способ — вопль.

— Что ещё ты натворила? — прошептал Хальтен у самого уха.

— Ничего!

— Признавайся, проказница, Ламат просто так не орёт.

— Ничего, клянусь! Ну, разве что, декан узнал, кто подсыпал первокурсникам веселящего зелья на празднике поступления.

— Миля… — обречённо вздохнул Хальтен.

— Ирмина и Вивиан тоже участвовали!

— Ты когда-нибудь повзрослеешь? — нахмурился он.

— Зачем? Мне и так неплохо.

— Тогда, — шепнул Хальтен, — у нас осталось минуты три до твоей публичной казни. Хочешь потратить их с пользой?

Я фыркнула. Где-то за розами снова рявкнул Ламат, и даже листья на кустах дрогнули.

— Если под пользой ты имеешь в виду побег в самое далёкое от Академии королевство, то да.

— Почти угадала.

Он взял меня за руку и потянул в сторону крытой галереи между старым лекарским корпусом и библиотекой. Там почему-то всегда пахло яблоками, хотя ни одного дерева рядом не росло. Ранняя осень забралась в Академию незаметно. Трава ещё держалась зелёной, но клёны у тренировочного плаца уже начали ржаветь по краям, а над башнями лениво кружили драконы-старшекурсники, разминая крылья перед тренировкой.

Мне нравились наши короткие тайные встречи с Хальтеном: украденные у мира минуты, неловкие и смешные. Где-то там оставались деканы, лекции, отец с его бесконечными планами на мою «блестящую партию», даже Приграничье, которое до сих пор иногда снилось мне по ночам. А здесь был только Хальтен. Его строгий тёмный костюм, в котором он почему-то умудрялся выглядеть ещё опаснее, чем драконы на строевом дворе, и совершенно неподходящая этому костюму улыбка.

Приграничье решило забыть о случае с их герцогом. Потому что ничего более позорного не случалось ни с людьми, ни с драконами. Целый герцог, дракон королевских кровей, прямо под носом у всех собирал армию брозогов.

Так что пришлось придумать несуществующих бандитов, спустившихся с Северных гор, с которыми мужественно сражался сам Ланред Неммор и героически пал, защищая Приграничье.

Что ж, такая сказка всех устроила.

Хальтен остановился в тени арки и вдруг стал слишком серьёзным. Я сразу насторожилась.

— Только не говори, что Ламат опять что-то придумал.

— Миля.

— Что?

— Я больше не хочу прятаться.

Сердце у меня дёрнулось так, что я сама едва не подпрыгнула. Я не понимала, что скрыто за его словами. Он хочет расстаться? Или чего?

— Хальтен...

— Да, да, знаю. Твой отец, совет Академии, моя должность и бесконечные сплетни. Половина преподавателей упадёт в обморок, вторая побежит разносить новости по факультетам.

— И? — напряглась я каждой клеточкой тела.

— Послушай меня внимательно, проказница, — сказал Хальтен. — Во-первых, если уж меня и увольнять, то не за интрижку. У меня, вообще-то, серьёзные намерения. Во-вторых, я взрослый человек и сам разберусь со своей работой. В-третьих... — Он выдохнул и сунул руку во внутренний карман пиджака. — Я собирался сказать это немного иначе. Без деканского ора на заднем плане.

— Хальтен, не томи. Чего ты хочешь сказать? Я ж тебя сейчас покусаю!

Перед глазами возникла маленькая тёмная коробочка. Хальтен осторожно открыл крышку, демонстрируя кольцо.

Кольцо. С камнем. Большим и блестящим.

— Что-то я не поняла… Так ты не расставаться собрался?

— Мильна Элвуд, — очень спокойно произнёс Хальтен, и от его невозмутимости внутри рассыпалось всё напряжение, — я люблю тебя. И хочу, чтобы ты стала моей женой. Не когда-нибудь потом, когда твой отец найдёт тебе принца, герцога или ещё какого-нибудь надутого павлина. А сейчас. Потому что я устал делать вид, будто ты для меня просто проблемная студентка.

Я открыла рот, набрала побольше воздуха и закрыла.

— Ты... серьёзно?

— Ужасно серьёзно.

Кажется, я даже засмеялась. От счастья и паники одновременно. Потому что я готовилась к расставанию, ведь Хальтен всегда такой правильный и строгий, а получила… Получила то, о чём даже не мечтала!

— Хальтен, ты сумасшедший.

— Есть такое. Так что?

Я не ответила. Просто шагнула к нему и резко повисла у него на шее, что он едва устоял.

— Да, — выдохнула я ему в ухо. — Да. Конечно, да.

Он обнял меня крепко, почти до боли, и я впервые за долгое время почувствовала, как внутри становится спокойно. Теперь не надо прятаться и тревожиться, что нам застукают. Теперь на моём пальце будет кольцо, которое Хальтен пытался натянуть дрожащими руками.

— Я люблю тебя, — повторил он. Каждый звук мёдом заливался в уши.

И я зажмурилась. Потому что, если не зажмуриться, можно было расплакаться, а это было бы чертовски глупо. По крайней мере, не посреди галереи.

— Я тебя тоже, — призналась я. — Даже когда ты ведёшь себя как невозможный зануда.

— Прекрасно. Тогда сразу обсудим главное условие брака.

Я резко отстранилась и подозрительно прищурилась.

— Какое ещё условие?

— Ты окончишь Академию.

— Ты сделал мне предложение, чтобы продолжить мной командовать?

— Именно, — довольно улыбнулся он.

— Господин Подхалим, — сказала я с достоинством, хотя улыбка уже лезла наружу, — это был очень грязный приём.

— Зато сработал.

— Ладно, фиг с тобой, я окончу Академию. И даже, возможно, не взорву ни одной лаборатории до зимней сессии.

— Вот это уже настоящая любовь, — пробормотал Хальтен.

Из окна деканата снова донеслось:

— Мильна Элвуд!

Я застонала и уткнулась лбом ему в плечо. Хальтен тихо рассмеялся, коснулся губами моего виска и переплёл наши пальцы — уже не прячась и не отдёргивая руки, едва заметив кого-то неподалёку.

— Пойдём, моя жена почти официальная, — пропел он. — Начнём новый учебный год с малого. Переживём ор декана.