Страница 49 из 91
Глава 12
Для начала я выяснил, что в семье Потёмкиных все без исключения были щитовиками. То есть использовали защитную магию. И это меня насторожило. Причём ни в одном поколении Потёмкиных не было того, кто владел бы иной магией.
Хотя далее в одной обрывочной летописи я всё-таки нашёл упоминание двух наследников, которые всё-таки владели магией огня. Но они были посредственными магами, о чём и писалось в документе, и оказались не очень плодовитыми. Двум дочерям, которые появились на свет в результате браков с местной элитой, не передались их способности. То есть антимагией тут и не пахнет.
Затем я узнал о затяжном конфликте Потёмкиных с Астафьевыми, который перерос в самую настоящую войну родов. Причём, что удивительно, отпрыски этих семей тайно встречались. Об этом говорилось в газетной статье, которая находилась между документов, как и многие другие.
И в результате Анастасия Астафьева родила ребенка, который, судя по сведениям, также погиб в войне родов. Удивительно, что отец из вражеской семьи полностью принял отпрыска за день до своей смерти.
Магией Анастасия Астафьева обладала редчайшей. Она владела антимагией. Неужели? Нет, тогда не сходится, ведь написано, что ребенок погиб.
Но сведения могут быть ложными, или ребенок вовсе мог быть не один.
После этого осознания я принялся рыть информацию, как разъярённый экскаватор. Казалось, что я уцепился за ниточку и осталось только потянуть..
Но информации, кроме той, что девушка с редким даром погибла в родовой войне, я больше не нашёл. О причинах конфликта конкретно не говорилось, но думаю, этот союз отпрысков послужил дополнительным поводом.
Полученная информация меня настолько взбудоражила, что я изучил папку Астафьевых, где, естественно, не было никакого упоминания о ребенке Анастасии. Затем взглянул в общие документы тех времён и вырезки из газет. Но потом стало ясно — я просто трачу своё время. Ничего я больше не нашёл.
Я огляделся, не обнаружив рядом ни одной камеры, затем достал телефон и сфотографировал нужные мне документы, отправив их обратно на стеллаж.
Вернувшись к смотрителю архива, я поблагодарил его и вышел из помещения.
Домой вернулся через минут сорок. Пришлось заскочить в магазин неподалёку от дома и прикупить готовый обед. Выбрал набор: борщ, картофельное пюре с котлетами и овощной салат. И взял вдобавок ещё десяток яиц, на ужин.
Добравшись до подъезда, я столкнулся с той бабулей, которая мне недавно все уши прожужжала на кошачью тему. Вот же засада! Будто меня и дожидалась.
— О, добрый день! — радостно воскликнула она. — А я тут решила выгулять своих прохвостов.
— Доброго дня, — ответил я.
Я взглянул в сторону детской площадки, где яростно дрались два кота, ещё четыре кошки лазали по дереву, пытаясь добраться до жирного голубя. Но тот перелетал с ветки на ветку, будто поддразнивая их.
— Лизик! Кнопа! А ну фу! — закричала она котам. — Как вы себя ведёте⁈
Я бы удивился, если бы коты тотчас прекратили свой конфликт. Но произошло ровно наоборот, он разгорелся с новой силой. И кричать они стали гораздо яростней.
— Ах вы ж негодники! — пробормотала бабуля, ухватившись покрепче за свой костыль.
— Ничего, помирятся, — бросил я в ответ и направился к подъездной двери.
— А вы сегодня зайдёте к нам? Уж очень хочется посмотреть на вашего котёнка, — услышал я позади и остановился, скорчив лицо.
Обернувшись, я улыбнулся. Вот этого я как раз и не хотел. Надо бы как-то и тут отмазаться. Что бы придумать?
— Я всё-таки решил повременить с гостями, — ответил я. — Оказывается, это очень редкая порода, которая нуждается в изоляции. Нужны прививки, — ляпнул я, что вспомнил, — анализы, ещё по ветеринарам походим.
— Ох, бедняжка. Как ему непросто. И что же это за порода? — удивилась бабуля.
— Ежистый страйт-блэк, — наобум ляпнул я то, что пришло в голову.
— Вот как, тогда он очень редкий. Я ведь знаю все породы котов, но про эту слышу впервые, — в глазах бабули загорелся интерес.
Блин, что же я делаю? Теперь она хочет увидеть моего питомца ещё сильнее.
— Да я сам не слышал раньше о ней, — хмыкнул я.
— Тогда я сегодня обязательно зайду. Хотелось бы на вашу красоту посмотреть, — напористо произнесла бабуля.
— Нельзя, у моего питомца карантин, — ответил я на её словесную атаку. — Очень рисковый период.
— Серьёзно? — расстроенно ответила бабуля. — И сколько длится этот период?
— У кого-то месяц, у кого-то полгода, — пожал я плечами. — Я ещё сам не знаю.
— Ох, какой бедненький котик. Без социализации, на карантине, — чуть ли не всхлипнула бабуля. — Если как-то помочь нужно, я могу посодействовать.
— Я сам справлюсь, спасибо, — ответил я.
— Ежистый.. как вы сказали? — пробормотала соседка.
— Страйт-блэк, — ответил я. — Ежистый страйт-блэк.
— Я поспрашиваю, — закивала бабуля. — Помогу вам, чем смогу.
Я кивнул и зашёл в подъезд. Расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, вздохнул. Блин, как на допросе побывал. Не удивлюсь, если у бабули сынок следователь или прокурор какой-нибудь. А может, даже сотрудник спецслужб.
Когда я открыл дверь, понял, что происходит нечто из ряда вон выходящее. С порога просматривалась кухня и холодильник, дверь в котором на данный момент была открытой нараспашку. И оттуда раздавался характерный хруст.
— Хрум! Ты как туда забрался⁈ — воскликнул я, разуваясь на ходу и направляясь на кухню.
Ёжик услышал меня, ведь хруст прекратился. А затем дверца холодильника закрылась. Во дела! Это что ещё за представление⁈
Я добрался до этого белого ящика, открыл дверцу. На нижней полке сидел Хрум с набитыми едой щеками, а из его гипертрофированной пасти торчала последняя морковь из купленного ранее килограмма. Он выплюнул её, принимаясь пережёвывать то, что уже разгрыз.
— А ну иди сюда, — поднял я на руки колючий комок, который тут же прижал иголки к тельцу. — Ты что, морковь любишь есть?
Хрум кивнул, справившись с едой.
— А как же корм? Он тебе не нравится? — удивился я. — Зря покупали?
Ёжик сморщился, высунув раздвоенный язык и слегка прикусив его. Понятно, значит, всё-таки зря. Но корм не пропадёт, я знал, куда его отдать.
— Держи, — я достал из холодильника оставшуюся половину моркови, которую выплюнул Хрум, и когда питомец схватился за неё острыми зубами, положил его на кровать.
Пусть обедает, и я тоже поем. Подогрел борщ в микроволновке, следом второе блюдо и приступил к обеду.