Страница 37 из 100
Я не даю ему договорить. Моя рука летит быстрее, чем я успеваю подумать. Удар в челюсть, резкий, полный гнева. Он отшатывается назад, его стул с грохотом падает на пол. На мгновение в баре воцаряется тишина, но уже через секунду всё взрывается. Его друзья вскакивают, начинают кричать. Один из них бросается на меня, но я уже готов. Грудь сжимается, кровь кипит, а кулаки находят свою цель.
Удары сыплются со всех сторон. Кто-то попадает мне в живот, другой пытается схватить за руку, но я вырываюсь, молотя, как машина. Я не чувствую боли, только ярость. Это мой способ выпустить всё: обиду на Олесю, ненависть к самому себе, разочарование в жизни, которую я так бездарно просрал.
Бармен кричит что-то, но его голос теряется в гуле. Я чувствую, как моё лицо горит, как кровь стучит в висках. Кто-то хватает меня сзади, пытается повалить, но я вырываюсь и толкаю его в сторону. Кулак снова находит цель, и этот звук — звук удара — становится единственным, что я слышу.
Меня наконец хватают за руки, крепко, сильно. Двое из их компании повалили меня на стол, один держит, другой замахивается. Я вижу его кулак, знаю, что будет дальше, но всё равно ухмыляюсь. Это лучше, чем сидеть с этим гниющим внутри чувством.
Удар. Тёмное пятно в поле зрения. Я падаю на пол, слышу, как что-то кричит бармен. Может, он вызвал полицию. Может, сейчас всё закончится. Но я уже не чувствую ничего. Только пульсирующую боль — внутри и снаружи.