Страница 9 из 66
Отец. Ну конечно! Он все предусмотрел и договорился с этим белобрысым цербером заранее. И теперь, даже если я лягу на полигоне звездочкой и откажусь дышать, Тенебрис все равно поставит мне проходной балл и зачислит на свой проклятый факультет. Выхода из этой ловушки просто не было!
И уже через несколько минут я стояла посреди огромного, засыпанного песком тренировочного полигона. Ветер трепал мои сиреневые волосы, выбившиеся из хвоста, а грубая форменная туника царапала кожу. Я настырно пыталась провалиться на экзамене, лишь бы не доставлять удовольствия магистру.
И если на первый взгляд все шло отлично — я методично заваливала тесты, то на второй…
Декан Тенебрис, этот невыносимый блондин с голубыми глазами, стоял неподалеку, прислонившись плечом к ограждению, и откровенно надо мной издевался.
Мы начали с теории. На вопрос о сложных рунических плетениях я с невинным видом выдала рецепт бабушкиного пирога с черникой. Тенебрис только хмыкнул и, сделав пометку в своем блокноте, зачитал вслух:
— Креативный подход к нестандартным ситуациям.
Потом была полоса препятствий. Я нарочно спотыкалась на каждом бревне, картинно вздыхала и висла на канатах, как перекормленная гусеница. Вместо того, чтобы с позором выгнать меня с полигона за отсутствие физической подготовки, декан задумчиво протянул:
— Прекрасная демонстрация необходимости развития выносливости. Вы определенно наш профиль, Ланарит.
Сейчас мы перешли к практической магии. Точнее, к тому, где я должна была продемонстрировать полное отсутствие контроля.
— Итак, абитуриентка. — Голос Эйдана разнесся над полигоном, заставляя меня поморщиться. — Ваша задача предельно проста. Сформировать стандартный огненный пульсар, прицелиться в вон ту мишень. — Он небрежно махнул рукой в сторону каменной плиты на другом конце поля. — И поразить центр.
Задумчиво посмотрев на мишень, я прикинула, что расстояние выходило приличное. Для обычного человека и без долгих тренировок почти невозможное, но для любого дракона, особенно для драконицы моего уровня — просто смешное. Я чувствовала, как требуя выхода магия бурлила под кожей. Но я не собиралась показывать свою силу и, упрямо сжав кулаки, загнала ее обратно.
— Магистр Тенебрис, — томно вздохнула я, приложив тыльную сторону ладони ко лбу. — Вы же прекрасно видите, что я совершенно не предрасположена к таким испытаниям. Я не хочу обжечь пальцы или испортить свежий маникюр.
Его губы тронула легкая усмешка. Декан с дурацкой фамилией не купился на мою актерскую игру.
— Я все понимаю, Ланарит. Не переживайте, в академии есть отличные целительские мази. Создавайте пульсар.
Я мысленно выругалась. Ладно, белобрысый садист, ты сам напросился!
Пришлось колдовать. Я вытянула руку вперед, но вместо того чтобы черпать силу из резерва, зацепила крошку поверхностной энергии. На моей ладони с тихим треском заискрился красноватый шарик, размером не больше перепелиного яйца. Он неуверенно мигал, грозясь потухнуть в любую секунду.
И получившееся безобразие я с самым серьезным видом швырнула в мишень.
Шарик пролетел метра три, печально пшикнул в воздухе и осыпался пеплом на песок, даже не добравшись до середины дистанции.
А я повернулась к Тенебрису с победным видом, разводя руками.
— Ну вот, я же говорила! Полная бездарность. Я абсолютно непригодна для факультета боевой магии. Думаю, мы уже можем закончить этот фарс, и я пойду собирать свои чемоданы?
Эйдан неторопливо отлепился от ограждения и медленно пошел в мою сторону. Его шаги были бесшумными, как у хищника. Он остановился рядом, возвышаясь на целую голову, и посмотрел так пронзительно, что мне на секунду захотелось отойти назад. Но я осталась стоять на месте, упрямо вздернув подбородок.
— Знаете, что меня больше всего удивляет в вас, Ирмина? — в его голосе прозвучали опасные нотки. — Ваша абсолютная уверенность в том, что все вокруг идиоты.
— Я никогда не говорила, что все вокруг идиоты, магистр, — елейно улыбнулась я. — Только те, кто заставляет меня кидаться огнем.
— Вы наследница древнего рода, — проигнорировал он мой выпад, склоняясь ближе. — В ваших жилах течет магия, способная расплавить этот полигон до стеклянного основания. Мы оба знаем, что сейчас вы играете дешевый спектакль. Зачем-то усердно сдерживаете свою силу… от вас буквально искрит в магическом зрении.
— Я просто мирная девушка! — возмутилась я, чувствуя, как щеки начинают гореть. — Почему вы не можете признать, что я вам не подхожу, и выгнать меня?!
— Потому что вы трусиха, Ланарит, — припечатал он, и эти слова ударили больнее пощечины. — Вы боитесь стать той, кто вы есть на самом деле. Прячетесь за сарказмом, дорогими шмотками и глупыми выходками, лишь бы не встретиться со своим внутренним зверем.
— Не смейте говорить со мной в таком тоне! — вспыхнула я. В груди привычно заклокотал гнев, смешиваясь с паникой. Моя магия, отозвавшаяся на эмоции, рванулась наружу, отказываясь подчиняться контролю.
— А то что? — Эйдан издевательски приподнял бровь. — Устроите мне истерику? Бросите в меня пудреницей? Или, может быть, наконец-то покажете, на что способны?
— Вы хотите увидеть, на что я способна?! — прошипела я, растягивая губы в злой улыбке.
В эту минуту я забыла про свой план и перестала играть роль слабой и никчемной аристократки. Новая цель — это стереть самодовольную ухмылку с лица невыносимого декана.
Перестав сдерживать резерв, я стала его использовать на сто процентов. Над моей ладонью мгновенно сформировался огромный огненный шар, аж белый от высокой температуры. Воздух вокруг стал обжигающе горячим, а песок под ногами начал плавиться.
Даже не целясь в каменную мишень, я выбросила всю эту массу энергии вперед и огненный смерч пронесся через весь полигон.
Меня отбросило ударной волной, и я упала спиной назад, задыхаясь от поднявшейся пыли.
Когда грохот стих и дым рассеялся, я приподнялась на локтях, натужно кашляя и пытаясь рассмотреть результат.
Вместо каменной плиты-мишени зияла оплавленная, дымящаяся воронка. Вокруг мерцал защитный барьер полигона, сигнализируя о большом выбросе магии.
И тут до меня дошло, что я наделала. В ужасе от этого осознания своей ошибки, я перевела взгляд на декана.
Эйдан Тенебрис стоял на том же месте, не шелохнувшись. На его мантии осел тонкий слой пепла. Он невозмутимо стряхнул его с рукава, достал свой блокнот и сделал там какую-то пометку.