Страница 60 из 66
Меня словно пронзило тысячей раскаленных игл. Моя внутренняя драконица, только расправившая крылья, взвыла от невыносимой агонии, когда сталь обрубила ее связь с миром. Ощущение было таким, будто мне заживо отрезали часть души. В глазах потемнело, тяжесть браслетов потянула руки вниз, а в груди образовалась черная, леденящая пустота.
Я перестала вырываться, безвольно повиснув в руках стражников. Дышать стало тяжело.
— Тащите ее в машину. Немедленно в столицу, — брезгливо бросил Ланарит, отворачиваясь от меня, как от сломанной куклы.
Мое тело поволокли к выходу. Ноги еле переступали по каменному полу. В коридоре уже собралась толпа испуганных студентов, которых оттесняли охранники.
Когда меня тащили мимо колонн, то Дариен шагнул вперед. Он смотрел на мои скованные руки и на бледное, искаженное болью лицо, в его глазах плескался испуг вперемежку с раскаянием. Гард не думал, что все зайдет так далеко, ведь он просто хотел убрать соперника.
— Ирмина… — Дар протянул руку, словно собираясь коснуться моего плеча. — Это для твоего же блага.
Медленно подняв голову, я посмотрела на него. Магии во мне сейчас не нашлось бы, но ярость и презрение, полыхавшие в моем взгляде, заставили Дариена отдернуть руку и отшатнуться, словно я была ядовитой змеей.
— Ты не дракон, Дариен, — прошептала я, и в каждое слово я вложила всю свою ненависть. — А подлый червяк. Если я стану королевой, то первым указом казню тебя.
Его бросило в дрожь, он отступил в толпу, сливаясь с серыми мантиями студентов. Боевые маги дернули меня вперед, увлекая вниз по лестницам, прочь от академии, от свободы и от Эйдана.
Дверца автомобиля захлопнулась, как крышка гроба, в окне я видела удаляющиеся башни. И хотелось просто рыдать.
Дальше меня привезли в столичный особняк и заперли на втором этаже.
Глухой, металлический скрежет ключа, проворачивающегося в скважине с внешней стороны, поставил точку в моем заточении.
Я подошла к высокому окну и прижалась лбом к холодному стеклу. Плотный магический барьер, мерцающий снаружи, недвусмысленно давал понять — даже мысли о побеге бесполезны. Мой магофон забрали, а все защитные амулеты, которые повесил на меня Эйдан, охранники сняли еще в машине, бросив под ноги отцу.
Мои запястья сковывала антимагическая сталь, эти уродливые кандалы болезненно натирали кожу при каждом движении. А внутри поселилась тишина, что хотелось выть. Я не чувствовала искр и тепла магии. Меня отрезали от мира, от магии и от моего дракона.
Отец думал, что победил. Сделал меня покорной куклой, которая ляжет в постель к принцу и готовой выполнять любой его приказ... Но нет! Я не сдамся!