Страница 47 из 75
Глава 14
В ответ из меня выскочили магические нити. Множество магических нитей. Они врезались в сетчатую лазерную ловушку, и та замерла над моей макушкой, мерно гудя разрушительной энергией.
Пилы дрожали ещё какое-то время, а затем принялись активно таять.
С каждой секундой через сотни похожих на паутину нитей из меня утекали силы. Карыч без начал подпитывать меня. Видимо, жить и ему хотелось. Подпитка пернатого была незначительной, но в этот момент даже капля энергии бесценна.
В итоге пилы растворились окончательно. Карыч затих в астрале. Я взглянул на ладонь, в которой откуда-то взялся непонятный овальный камень.
— Мы подумали, что тебе это поможет, — тихо пробормотала ассистентка. — Изредка ими пользуются лекари во время операций.
— Но бесперебойник потух почти сразу, — угрюмо заметил Захарыч.
— Спасибо, Настя, — я выбил ногой дверь автомобиля, которая не хотела открываться, выбрался наружу.
Остальные последовали за мной. Настя, бледная как мел. Изумлённый Захарыч. Напряжённый Пуля, прощупывающий ровные тёмные швы на своей шее, которые я успел наложить.
— Вот же твари! Жора, ублюдок! Мамонт! — заревел Пуля, ударив по дымящемуся каркасу седана. Несколько металлических фрагментов с крыши осыпалось в салон, от багажника отвалилось днище.
— Ты уже ничем им не поможешь, — заметил Захарыч. — Надо уходить.
— Ты как? Идти можешь? — услышал я рядом голос Насти.
— Вроде, — скривился я в улыбке, а сам понял, что совсем паршиво себя чувствую.
«Да что с тобой⁈ Ты щас упадёшь!» — воскликнул Карыч. — «Так и скажи — женщина, а ну бегом подставляй плечо!»
«У нас не принято так разговаривать с противоположным полом», — заметил я, принимая ещё немного энергии от Карыча.
«Ну да, вся надежда на птичку, на одну маленькую птичку», — язвительно отозвался пернатый.
«Самую лучшую среди маленьких птичек», — улыбнулся я про себя. — «И вообще ты не настолько маленький».
«Ой, не благодари», — хихикнул Карыч, хотя и в его голосе я почувствовал усталость. Кажется, что скоро он вновь навестит тех барыг, продающих палёные аккумуляторы.
/ПОЗДРАВЛЯЕМ!
Вы смогли выжить!
Зафиксировано успешное применение дополнительной функции особой способности «Нейтрализатор» — «Иссушающие лучи».
Теперь «Нейтрализатор» может истощать враждебную энергию на базовом уровне.
Награда: +50 очков опыта.
..
Операция с обработкой и ушиванием рваной раны в области шеи успешно проведена.
Награда: +100 очков опыта.
Текущий уровень: 3 (480/500)/.
Эх, совсем немного осталось до четвёртого уровня. А что будет там? Новые способности? Или усиление имеющихся? Посмотрим. Всего-то одна небольшая операция или применение способностей — и я стану ещё сильнее.
Ну а пока я шёл следом за Настей по узкому проходу между домами, сворачивая то направо, то налево.
Меня изрядно покачивало, и спасало лишь то, что проход был узкий, и при попытке упасть удавалось удержать равновесие, уперевшись плечом или рукой. Хотя заработанные очки придали мне сил, и Постепенно состояние нормализовывалось.
Примерно через минут пять брожения по каменному лабиринту мы вышли в небольшой уютный двор. Точнее, это Захарыч нас вывел.
Мы поднялись на второй этаж по мокрым после уборки ступеням. Лекарь отворил облезлую дверь и пригласил внутрь.
— Вот здесь пока будете жить, но с района нам надо сваливать, — подытожил Захарыч. — Мамонт не оставит в покое.
Мы устроились в одной из двух комнат, на стульях за овальным потемневшим от старости столом.
— И где нам спрятаться? — вздохнула Настя.
— Я не собираюсь нигде ныкаться, — процедил Пуля.
— А я и не предлагаю этого. В Южный район спокойно переедете, — хмыкнул Захарыч.
— Ну а дальше что? Есть предложения? — взглянул я на него.
— Ещё какие, — довольно ухмыльнулся Захарыч, подмигивая нам. — Начинаем новую жизнь, без долгов и разборок.
— Говори тогда. Чо ты интригу наводишь? — грубо обратился к нему Пуля.
— Спокойней, всё будет в своё время, — остановил его Захарыч. — Я в магазин сгоняю за продуктами, пообедаем и всё обсудим. Как раз нервяк немного отпустит.
Через полчаса лекарь принёс два пакета пельменей, а спустя ещё минут двадцать с кухни потянулся приятный и очень характерный мясной запах, напомнив нам, что поесть всегда полезно.
* * *
Поместье Державиных, в это же время
— Представляешь, в городе банду расстреляли, — заохала матушка за столом, когда они пили чай. — Кошмар просто. Как же небезопасно стало в Москве. Не то, что раньше.
— Раньше было то же самое, — произнесла Софья.
— Откуда ты знаешь? — округлила глаза её матушка, так и не донеся чашку чая до рта. — Тебя ведь тогда ещё не было.
— Мы с Зиминой по истории проходили. Восстания крестьян, бунты полумагов, покушение на царскую династию и революция во главе с бастардом Готом, — перечислила Софья. — И это только за последние полвека. Так что сейчас время спокойней некуда.
— Доченька, не надо тебе выходить в город. Отец прав, — вновь начала прокручивать заново свою пластинку. — Ну ты смотри что делается!
— Уверена, что на этих разборках не пострадал ни один мирный житель, — напустила холода в свой голос Софья. — Так что эти свои оханья, маменька, прошу, оставьте при себе.
— И с чего это мы тон повышаем? — услышала она голос отца из коридора.
— Спасибо за чай, — изобразила улыбку княжна и покинула стол.
— Софья, а ну постой, — услышала она отцовский голос и закатила глаза, остановившись у лестницы. Затем встретилась взглядом с подошедшим к ней князем Державиным. — Ну что опять?
— Ты даже не представляешь, что творится в городе.. — начал князь.
— Да знаю я, отец, — пробурчала Софья. — В новостях уже об этом сто раз сказали.
— Это должно было охладить тебя, — сухо произнёс Державин.
— Да, папочка, я даже уже замерзла немного, — улыбнулась Софья и направилась по ступеням на второй этаж. — Извини, мне надо срочно в уборную.
Отец проводил её взглядом, покачав головой.
Когда Софья осталась одна в своей комнате, она растянулась на просторной кровати.
— Любви и мирного неба! — воскликнула игрушечная фея-будильник, вскидывая палочку над собой. В воздухе над ней рассыпался сноп ярких искорок.
— И тебе тоже, Хелена, — улыбнулась ей Софья.
Эту штуковину она прикупила в одной из своих вылазок в обычном супермаркете. И теперь эта феечка каждый раз напоминала ей о свободе.