Страница 24 из 75
— Да ничё б с нами не случилось, — отмахнулась от него кассирша. — Только пугаете.
— Всегда надо перестраховываться, — хмыкнул усатый гвардеец, открывая дверь наружу и выходя из подвала.
Следом за ним потянулись и мы.
Стальные жалюзи поползли наверх, открывая нам дорогу, по которой бодро шагали гвардейцы.
— Вы и правда сжигаете аномалию огнём? — спросил я у усатого гвардейца, когда он собирался на выход.
— Парень, тебе незачем это знать, — сухо произнёс он и покинул супермаркет.
Я ещё хотел узнать о зелёных и оранжевых аномалиях, но понял, что мне никто не собирается это объяснять.
— Ты больше так не спрашивай, — предупредила кассирша. — А то напросишься.
— На что? — удивился я. — Всего лишь поинтересовался.
— На штраф напросишься, — хмуро произнёс мужчина, который подошёл к кассе. — Они придумают, за что тебе его выписать.
— А вы не знаете, чем отличаются зелёные аномалии от оранжевых? — спросил я у него.
— Безопасностью отличаются, — натянуто улыбнулся мужчина.
Ну ладно, узнаю из других источников. В Сети информация точно по ним будет.
Я вышел из супермаркета, всмотрелся туда, где ещё недавно боролись с аномалией. Заливали всё огнём, мда. Но ни подпалин на припаркованных тачках, ни следов на асфальте. Если это и огонь, то какой-то магический.
Вернувшись в квартиру, я застал на лестничной клетке Бориса. И его слегка знобило. Видно ещё не похмелился.
— О, а я тебя как раз жду, — выдавил он. — Ты где шастаешь?
— В магазине был, — холодно сообщил я ему. — Что хотел?
— Дай денег, а? Ты ведь заплатил за неделю, она скоро пройдёт, — заметил арендодатель.
Я подумал, посмотрел на него. Он же не отстанет. Хотя я ведь могу и помочь. А в следующий раз он поможет мне. Куда денется.
Вспомнил я, что у меня оставалась наличка. Пятирублёвая купюра, которую припрятал на чёрный день. Вот, считай, и пригодилась.
— На, держи, — протянул я ему смятую купюру. — И чтоб не шумел, понял?
— О, братец! Да ты меня выручил! Ха-ха! — радостно оскалился Борис, вырывая деньги из моих рук. — Слушай, я вообще не хотел у тебя просить. Но сам понимаешь, трубы горят.
— Потуши свои трубы, но не буянь. Понял? — предупредил я.
— Конечно, обижаешь, — расплылся он в улыбке и побежал вниз по лестнице.
— Спасибо, друг! — услышал я его голос.
Друг. Как же. От таких друзей надо подальше держаться. Я достал ключи, справляясь с замком, перешагнул порог.
Разувшись, закрыл за собой дверь и направился на кухню и принялся готовить соус. Лишь включил музыку на смартфоне, чтобы не так скучно было.
Вроде даже нашёл спокойные треки, где барабаны не долбили в уши, и была хоть какая-то гармония.
Но послушать мне не дали. Смартфон разразился энергичной мелодией входящего вызова. Я дорезал лук, вытер руки о полотенце и взял телефон в руки.
Звонила Зинаида. Поначалу я не хотел принимать звонок. Но затем всё же решил поговорить.
— Лёшик, привет, — начала она извиняющимся тоном.
— Зин, не называй меня так, — не выдержал я. — Хотя бы Лёша. Давай так.
— Лёша, я вчера слишком погорячилась, — вздохнула Артишок. — Ты ведь спас меня, а я вот так себя повела. Прости меня, пожалуйста.
— Я не в обиде. Хорошо посидели, — сказал я, и Зина выдохнула.
— Ну и замечательно, — хмыкнула она. — Ты хоть успел на метро?
— Да, всё нормально, Зин, — ответил я. — Успел, конечно. Ты что-то ещё хотела? А то я тут занят.
— Занят, ну да. Ты вечно чем-то занят, — пробубнила Зинаида. — Кстати, мы можем прогуляться сегодня.
Я закатил глаза. Ну вот как сказать, чтобы не обидеть? Она ведь намёки совсем не понимает.
— У меня полно дел, — сообщил я ей. — Если освобожусь раньше — напишу.
— Ладно, не отвлекаю, — тихо ответила Зина и отключилась.
Картошка уже закипела, и я тут же убавил конфорку. А затем услышал сверху громкие басы. Да твою же мать, Борис! Ты же обещал не шуметь. Но видно он уже всё забыл, пока шёл за своим пойлом.
Затем музыка резко стихла. Я услышал сверху ругательства дяди Бори. А затем почувствовал вновь лёгкое касание.
— Слава Империи! — воскликнул игрушечный мечник из спальни.
На меня он не мог среагировать. Но что же тогда? Кто там?
В груди похолодело, я направился в комнату, сжимая нож в руке.
На уровне глаз что-то мелькнуло, нечто призрачное. А затем я почувствовал, как голову сжало от боли.
— Ну всё, человек! Теперь ты в моей власти! Их-хи-хи! — раздался тонкий голосок.