Страница 5 из 14
Мрачный гном за соседним столиком жадно повел носом, принялся искать взглядом, откуда же запахло мясом… Ой. За три укуса колбаска была доедена, а бирка тщательно завернута в салфетку, чтобы скрыть следы поедания запрещенки.
Ладно. Теперь можно и винегрет. И жидкий супчик с тремя листиками капусты. Капусты им жалко, что ли? Правильные щи и борщ должны быть такие, чтобы ложка стояла. Все равно же капуста, куда уж полезнее?
А стоит поездка в санаторий, между прочим, весьма негуманно. И совсем не здо́рово.
Вот честное слово, неделю есть от пуза в разных ресторанах, морально разлагаться, кутить и веселиться ночи напролет, дешевле, чем та же неделя в санатории с лечебными пытками и диетическим питанием. А у меня так еще и заезд двухнедельный.
А поздним вечером случилось ЧП. У одной пациентки потерялась собачка. Вот уж не знала, что тут можно со своими животными. В столовую она ее не брала. На территории у меня не было возможности погулять, вот я и не встретила ее.
– Моя Му́лечка, – рыдала немолодая, совершенно седая гномка. – Она все время была рядом. Я следила за ней и с поводка не спускала. Но я отвернулась покормить птиц, повернулась, а Мулечки нет… Только расстегнутый ошейник… Ее украли. Мою маленькую беззащитную Мулечку…
– Что за порода? – тихо спросила я стоявшую рядом эльфийку в махровом халате.
Мы все вышли из номеров на крики и рыдания. А эльфийка возвращалась из бассейна, судя по мокрым вещам в руках.
– Гномы предпочитают такс, – тихо ответила мне женщина. – Но я сама не видела Мулечку. Не люблю эту брехливую породу.
Это да. Дивный народ выбирал в питомцы собак таких же роскошных, статных и высоких, как и они сами. И чтобы непременно с длинной ухоженной шерстью и вытянутыми мордами.
Гномка рыдала. Персонал санатория ее утешал и обещал кого-то на поиски отправить.
– Не найдут, – вдруг прозвучал за моей спиной тихий мужской голос.
Я вздрогнула, обернулась и чуть не уткнулась носом в черную майку, обтягивающую широкую мужскую грудь. Под тканью прослеживались хорошо прокачанные грудные мышцы. Ух ты! Я подняла руку. Потыкала пальцем в великолепие перед своим носом, погладила. Подняла взгляд…
– Ой! – Руку я быстро отдернула.
Сама не знаю, что на меня нашло. Это все от голода и страшно здорового образа жизни случилось помутнение рассудка.
Сосед глянул на меня с иронией. Ярослав определенно понял мои грязные поползновения и оценил шаловливые ручонки. Но ему самому хватило воспитания и вежливости, чтобы в ответ не схватить меня за задницу. Мерзавец какой, а?! Скажите же?
Я бы, разумеется, по рукам ему надавала и морально уничтожила. Но сам факт!!!
Эльфийка стрельнула в Ярослава глазами, скосила взгляд на пуговицы его джинсовой рубашки, накинутой поверх облегающей майки, потом на саму эту слишком вызывающую майку… После на меня. Вот! Тетка меня понимает! Была бы первой – тоже пощупала, но после меня ей уже неудобно повторять подобное.
– Так почему, говорите, Мулечку не найдут? – с независимым видом спросила я.
– Сегодня Жи́вина ночь
[1]
[От имени богини весны Жи́вы.]
.
– Что?! – Я аж подскочила. – Как сегодня?
Ну дела! Как это я не проверила календарь и свой ежедневник. То есть сегодня Ве́лесова ночь? Она же Вальпу́ргиева. Она же Бельта́йн. Как ее только не называют: праздник Жи́вин день, Ночь Костров, Ле́тень, ночь Ереме́я Запряга́льника, Вальпургиева ночь, Бельтайн. Ночь, когда открываются границы между мирами.
Каюк собачке, если быстро ее не отыскать. И украли явно ради жертвоприношения.
Магов в санатории немного, насколько я вижу. Эльфийка, само собой, это у них по факту рождения способность. Среди персонала лекари и маги жизни. А вот ведьм ни одной, я первым делом это проверила, когда заселилась. Подруг и потенциальных соперниц по ремеслу нужно знать сразу, чтобы не вляпаться в историю.
Ведьма одна – я. Придется отправиться на поиски бедной псинки. Ярослав прав, никто ее не найдет.
Я резко развернулась и пошла в свой номер. Нужно переодеться для ночных поисков.
И спустя полчаса я максимально незаметно выскользнула из санатория и зашагала к лесу. Уже темно, но разве ведьме темнота помеха?
– И далеко ты собралась одна? – прямо за моей спиной вдруг прозвучал вопрос.
Я от неожиданности взвизгнула и шарахнулась. Чуть не упала, споткнувшись о корень. Незаметно подкравшийся… Ярослав подхватил меня, не дав позорно шмякнуться на землю.
– Ты как?.. Ты откуда?.. Ты зачем?.. – выдохнула я, держась за сердце. – Напугал-то как! Зачем же так подкрадываться?!
– Прости, ты же активировала силу, я думал, услышишь.
– Что?! Но…
– Ведьмовскую силу. У тебя глаза светятся, значит, и слух усилился.
Ой… Что это я? Тьфу, блин! Совсем потеряла разум с этими паровыми котлетами размером с наперсток. Стыдобища какая.
– Задумалась, – буркнула я, освободилась от поддерживающей сильной теплой руки и сделала шаг в сторону.
Ладно уж, раз все равно меня рассекретили, хотя я и не скрывалась, просто не афишировала, то посмотрим, что тут у нас. А у нас тут коллега по ремеслу. Ведьмак, собственной своей могучей фигурой.
– А зачем скрывался? – спросила я немного оскорбленно. Ну а чего он?
– А ты?
– А чтобы не лезли. И я в отпуске.
– И я в отпуске. И чтобы не лезли.
Мы обменялись взглядами. Ну… хорошо, допустим, понимаю. Достали бы с просьбами, как и меня.
– Ладно, твои предложения? – перешла я к делу, приняв как факт, что мы на «ты». – Псину надо искать срочно, еще час, и найдем, в лучшем случае, косточки.
– Не найдем раньше полуночи, – покачал он головой. – Ее уже скрыли от поиска, я бросал нить, взяв у хозяйки образцы шерсти.
Вот же ушлый тип. А я и не подумала. Поиски не моя специализация. Я больше по гаданию и зельям. А если осуществляю поиск, то по картам и хрустальному шару.
– Тогда что будем делать? – передала я ему главенство. Явно он лучше понимает, как действовать.
– Ты держись со мной рядом, Милана. Твоя сила стала видна ярче, не вводи в искушение сама знаешь кого. А то будешь рядом с Мулечкой открывать пути потусторонние.
Я зябко передернула плечами. Ну чего он пугает? И так прилетит мне, что я пропустила шабаш, не явилась на общегородское собрание. Но я как-то настроилась, что буду на море, что совсем забыла про даты. А тут еще и санаторий в другой стране, а у них свои шабаши. Ладно, оправдание есть.