Экзобарон. Дилогия

Глава 2

Первым делом я уселся в позу лотоса и провёл тщательную медитацию. Не потому что стал свидетелем существования иной цивилизации – хотя это и не то, что ты встречаешь в жизни каждый день, как вы понимаете, – а потому что использование генома кайдзю требовало возврата к прежнему состоянию и упаковки паттернов обратно в ДНК‑катушки. Волю давать чужим сущностям нельзя. Я уже объяснял, почему.

Медитация заняла почти час. Закончив и убедившись, что геном кайдзю надёжно помещён в запас и полностью подконтролен, я вызвал Садко.

Аватар появился передо мной. Прямо Сивка‑Бурка.

– Чем могу с‑служить, барон? – с поклоном осведомился ИскИн.

– В замке есть лаборатория?

– Конечно, мой барон. И она ос‑снащена по пос‑следнему с‑слову техники. Вы желаете поручить мне провес‑сти какой‑то анализ?

– Подойди сюда и взгляни, – я прошёл к столу, на котором лежал набитый красными кристаллами подсумок. Открыв его, вытащил свою добычу и разложил в три ряда. – Насколько я понимаю, это носители информации, содержащие инструкции неких разработок. Высоких технологий. Сможешь в них разобраться?

– С‑смогу с‑сказать пос‑сле того, как попробую, мой барон, – склонившись над кристаллами, ответил аватар. – Мне прис‑слать бота, чтобы дос‑ставил это в лабораторию?

– Нет. Я сам отнесу. Покажи дорогу.

– Как прикажете, барон. Прошу, с‑следуйте за мной.

Через несколько минут мы вошли в просторное помещение, заставленное множеством приборов. Похоже, в замке, и впрямь, было собрано всё необходимое для анализов оборудование.

Пока шли, к нам присоединился маленький бот с тонкими суставчатыми манипуляторами. Садко объяснил, что он понадобится ему, чтобы управляться с кристаллами и некоторыми приборами, требующими физического контакта.

– Он с‑станет моими руками, барон, – добавил он.

Когда дверь за нами закрылась, я выложил кристаллы на один из металлических столов.

Бот немедленно подкатил к нему и взял один из накопителей. Повертел в манипуляторах.

– Могу я узнать, где вы это взяли, барон? – спросил Садко. – В рифте?

– Да. Всё, что касается этих исследований, должно быть максимально засекречено. Доступ только у меня и тебя.

– Принято, мой барон. Позвольте я проведу ис‑следования и с‑сообщу вам результаты, как только они появятс‑ся. Полагаю, анализ займёт время.

– Никуда не выноси кристаллы отсюда. И обеспечь лаборатории надёжную охрану.

– Будет с‑сделано, барон. Не извольте бес‑спокоиться.

Маленький бот покатил к одному из сканеров, держа металлическими лапками накопитель.

Оставив Садко заниматься моими находками, я отправился в тренировочный зал. Теперь, когда ко мне вернулся Дар Коршуновых, нужно было регулярно упражняться в фехтовании.

Переодевшись в свободный спортивный костюм и сменив ботинки на кроссовки, я взял со стойки один из клинков, прямой с лезвием фукура‑карэру, взвесил его в руке, проверяя баланс. Он оказался идеальным. Что ж, подойдёт.

Выйдя на середину зала, я вызвал Садко. Благо, ИскИну не обязательно находиться в одном месте и выполнять лишь одну задачу. На самом деле, он перманентно занимался целой кучей вещей.

– Да, мой барон, – проговорил аватар, возникнув в углу справа. – Вам угодно потренироватьс‑ся?

– Именно так. Высокая степень сложности.

За то время, что я жил на Зевсе, успел привыкнуть к интенсивным тренировкам, и снижать уровень не собирался. Напротив – нужно было его повысить.

– Как вам угодно, – отозвался Садко, и в то же мгновение в потолке открылись два десятка маленьких круглых люков, из которых вылетели пластиковые шары, переливающиеся разными огоньками.

Они окружили меня и зависли в полутора метрах над полом.

Симбионт живо откликнулся на сигнал опасности и снабдил меня силовым полем. Я крутанул клинок, разогревая запястье и мышцы предплечья. Принял боевую стойку.

– Три, – обронил Садко. – Два. Один.

Шары тут же пришли в хаотичное движение. Они то приближались, то отдалялись, меняя высоту.

Я взмахнул мечом, метя в один из них. С клинка сорвался маленький синий полумесяц и рассёк мишень. Две половинки со стуком упали на пол.

Разумеется, маг способен контролировать силу атаки. Иначе я уже разнёс бы стену тренировочного зала и кто знает, что ещё за ней.

Полумесяц растворился в полутора метрах за тем местом, где секунду назад находился шар.

Я атаковал следующий. И промахнулся: в последний миг цель сдвинулась вправо и полетела вокруг меня. Чёрт! Нужно быть внимательней. Далеко не всегда крупные враги самые смертоносные. Охотник обязан уметь поражать объекты любого размера. И по мелким попадать куда сложнее.

Взмахнув клинком ещё раз, я уничтожил вторую мишень.

– Я могу с‑снизить с‑скорос‑сть шаров, – предложил наблюдавший за мной из угла аватар.

– Не смей.

Далее последовали два промаха подряд, но затем я рассёк летевший на меня шар и немедленно перешёл в следующую атаку, уничтожив другой.

Потом снова ошибся.

Тренировка продолжалась, пока я не уничтожил все мишени.

Результат оказался так себе. Значит, нужно практиковаться каждый день. Добиться, чтобы цели поражались с первого раза.

Вернув меч на стойку, я отправился в душ. Выбрал ионный режим, переоделся в обычный костюм и отправился в столовую.

– Не угодно ли вам отужинать в компании? – осведомился вдруг плывший рядом ИскИн. – Вы проводите много времени в одиночес‑стве. Это может дурно с‑сказатьс‑ся на вашем нас‑строении.

– С настроением у меня полный порядок, – ответил я, слегка удивившись. – С кем ты предлагаешь мне разделить трапезу?

– С‑с одной из наложниц, разумеетс‑ся. Вы ведь ещё не с‑со вс‑семи познакомилис‑сь.

Я усмехнулся.

– Последнее знакомство закончилось не слишком романтично. Но ты прав: это не повод вести жизнь затворника. Пригласи одну из девушек к столу.

– Катерину или Цао Фэн?

– На твой вкус.

– Боюс‑сь, у меня его нет.

– Тогда любую. С этим ты справишься?

– Да, барон. Девушка с‑скоро явитс‑ся в с‑столовую.

Дожидаться наложницу я не стал. В конце концов, это не совсем свидание. Так что начал с лёгкого салата. Почти успел его прикончить, когда дверь отворилась, и в комнату вошла изящная азиатка в платье из благородного зелёного шёлка с переливающимся узором – словно лунная дорожка дрожала на поверхности ночного пруда, потревоженного лёгким дуновением ветерка.