Страница 19 из 153
— Добро пожаловать на Аврору, господин барон, — проговорил священник, осеняя меня благословляющим знамением. — И спасибо, что так скоро нашли время принять. Меня зовут отец Тихон, я глава епархии Авроры. Заметил у вас Кодекс Веры, — он указал на положенную на видное место священную книгу с изображением анкха на обложке. — Отрадно видеть, что вы преданный адепт Эклектической Церкви. К великому сожалению, в наше время не все разделяют учение.
Кожа священника была слегка подсвечена изнутри. Эффект достигался за счёт множества крошечных имплантатов, вживлённых в мышцы. Одни усиливали Дар целительства, другие могли проецировать сутры во время богослужений, третьи хранили информацию, а что делали прочие, знала лишь Церковь. Как говорится, технологии — руки Бога, позволяющие нам творить себя. В соответствии с великим замыслом Создателя, разумеется.
— Я не из их числа, ваше высокопреосвященство, — ответил я. — Вера — один из главных столпов Империи. Куда ж без неё? Кто пойдёт за тем, кто не защищает веру, не является её заступником? Как можно доверять такому человеку? Я бы ни за что не стал, например.
— Вы совершенно правы, — кивнул архиерей. Глаза его были скрыты тёмными очками с крошечными зелёными стёклами. По бокам на дужках имелись шторы как на очках для занятия скалолазанием: такие защищают от отражённого снегом солнечного света. Возможно, священник недавно перенёс операцию на глазах. Хотя вряд ли: церковник на такой высокой должности точно является целителем, а значит, регенерация у него должна проходить очень быстро. Не прямо же с больничной койки он ко мне заявился. — Мудрые слова, барон. Без веры начнётся мракобесие. И так уже копошатся по окраинам еретики, словно зараза, с которой всё труднее бороться.
— Ни убавить — ни прибавить, ваше высокопреосвященство. Белогор Казимирович. Сердечно рад знакомству и просто счастлив, что вы здесь. Ждал вас с нетерпением. У меня к вам разговор.
Мои слова застали священника врасплох. Он даже брови приподнял над своими странными очками.
— Какой, господин барон?
— Давайте пройдёмся. Что-то я сегодня уже насиделся, охота поразмяться.
— Конечно, барон. Ведите.
Выйдя из гостиной, мы отправились в сторону галереи, одна из стен которой была застеклена, так что из неё открывался вид на строящееся из временных модулей поселение и кипящий зелёным рифт сразу за ним. Уже были видны первые фортификации и сторожевые башни, артиллерийские батареи и ракетно-зенитные комплексы.
— Так о чём вы хотели поговорить, господин барон? — спросил отец Тихон, когда мы двинулись вдоль стеклянной стены. — Вас гложут сомнения? Хотите исповедаться? Причаститься?
— Нет, ваше высокопреосвященство. Хочу сообщить, что в хранилище находятся железы кайдзю первого уровня.
Священник бросил на меня быстрый взгляд.
— Вот как, — проговорил он. — Хорошо. Я организую вывоз сегодня же. Цена стандартная?
— Разумеется. Как же иначе? И у меня к вам просьба. Временный храм уже строится, но нужны капеллан, дьякон и служки. Нет ли у вас подходящих кандидатур?
— Конечно, господин барон. Я пришлю их вам… скажем, завтра. Думаю, храм к тому времени уже будет готов.
— Не сомневаюсь в этом. И последнее — насчёт десятины.
— А что с ней? — насторожился отец Тихон.
— Она будет выплачена в конце отчётного периода, как полагается, но я бы хотел, чтобы стоимость желез кайдзю была учтена в качестве её части.
— Только этого кайдзю? — уточнил архиерей.
— И последующих тоже. Пока я не попрошу вас об ином.
— Хорошо, барон. Меня это вполне устраивает. Меньше трансферов.
Прежде всего, людям нужно дать то, чего они хотят. Жертвуя пешкой, впоследствии берёшь короля. Только в кино и книжках крутые до неимоверности герои строят из себя перед каждым встречным мачо и доминатора, а те сразу осознают, что противник им не по зубам и сдаются, превращаясь в жалких ничтожеств. В жизни всё иначе. Тебе приходится сталкиваться с тупыми и упрямыми психопатами, которые скорее умрут, чем поступят логично. И каждый такой случай означает твоё поражение. Умный человек добивается своего умом и хитростью. Это как в дзюдо, где вес противника используется против него самого, а иногда приходится упасть, чтобы через мгновение оказаться сверху и одержать победу. Те, кто считает это слабостью, никогда не добираются до вершин. Чаще всего их просто убивают в нелепой потасовке, которой можно было бы избежать. Ибо каждому политику известно: сила применяется только если исчерпана дипломатия. Даже когда ты точно знаешь, что победишь.
— Благодарю, ваше высокопреосвященство. Собственно, это всё, что я хотел сказать. Теперь ваша очередь.
Священник озадаченно погладил аккуратно постриженную бороду. Пожалуй, лишь она и выдавала его истинный возраст, ибо была совершенно седая. На сорокалетнем лице она выглядела неуместно, но большинство церковников имели такой вид. По крайней мере, те, кто успел достичь высоких постов, а значит — пожить.
— Даже не знаю, что сказать, барон, — усмехнулся он в усы. Выглядел мой собеседник малость обескураженно. Видимо, не был готов, что я сразу возьму инициативу разговора в свои руки. — Пожалуй, вы сами всё сказали за меня. Ах, да! Кое-что всё-таки осталось. Пираты. Епархию беспокоит, успеете ли вы установить оборонные системы, достаточные, чтобы обеспечить безопасность паствы и служителей храма.
— Очень постараюсь, ваше высокопреосвященство. Это ведь и в моих интересах. Прежде всего.
— Да-да, разумеется. Значит… можно надеяться?
— Куда ж без надежды?
— Это верно, — священник снова провёл ладонью по бороде, словно собираясь с мыслями. — Что ж, в таком случае, кажется, мы всё обсудили. Вы деловой человек, господин барон. Не растекаетесь.
— Не могу себе позволить.
— Понимаю. И не стану отнимать у вас лишнее время.
— Позвольте я вас провожу, ваше высокопреосвященство. Может, по пути вспомните ещё что-нибудь.
Что ж, отец Тихон отбыл из замка в полном удовлетворении. Если не считать беспокойства из-за пиратов. Не безосновательных, к сожалению. Космос слишком велик, и контролировать его целиком невозможно. Так что на окраинах скапливались отступники, еретики и беззаконники. Обычно они сбивались во флотилии под командованием какого-нибудь самопровозглашённого «капитана» — как правило, того, кто обладал самым большим боевым кораблём — и блуждали между системами, выискивая слабые стороны в обороне, чтобы напасть, ограбить и поскорее скрыться.