Страница 26 из 28
Глава 14
Мы с Максом всё так же сидим у кровати Демида: я держу его за руку, сын положил голову мне на плечо, что‑то листает в мобильном. Тиканье часов на стене кажется оглушительно громким. Я отсчитываю каждый удар, будто он приближает Демида к пробуждению.
Дверь открывается, и в палату входит Грек. В руках у него бумажный пакет с какими‑то фруктами, а на лице — привычная ироничная ухмылка, но глаза серьёзные.
— Ну что, голубки, — говорит он, ставя пакет на тумбочку. — Новости есть. Хорошие и не очень. С какой начнём?
Макс тут же выпрямляется, смотрит на Грека во все глаза. Я чувствую, как напрягается каждая мышца в теле. Боюсь услышать что‑то плохое, но, кажется, плохое уже было.
— Начну с плохого, — продолжает Грек, присаживаясь на свободный стул. — Тот программист, Сергей, с которым ты работала, Сола, — и он выразительно смотрит на меня с упрёком, — он оказался крысой. Рыжов вычислил его и, заплатив бабки, быстро переманил на свою сторону. Именно Сергей слил Рыжову, где ты находилась.
Я закрываю глаза. Всё это время я доверяла Сергею, делилась с ним информацией, полагалась на его профессионализм. А он вот таким способом решил свою задницу уберечь.
— Но есть и хорошие новости, — добавляет Грек, заметив мою реакцию. — Рыжова не выпустят. И весь материал, что ты собрала, Сола, — это просто бомба. Она уже разорвалась в верхушке этого города. Скандал такой, что головы полетят на всех уровнях. И это такой увлекательный аттракцион — наблюдать за этими уродами, которые только сильнее топят друг друга.
Макс сжимает мою руку, а я киваю Греку, пытаясь осознать услышанное.
— Правда, я немного почистил твою чудо‑флешечку, — Грек подмигивает, — всё, что касалось Демида, меня, ну и компании. Нехорошо впутывать нашего героя в эту кашу, верно? — он шутливо грозит мне пальцем. — Эх, Сола, Сола, ну и ведьма же ты!
Я слабо улыбаюсь. В другой ситуации я бы возмутилась, но сейчас просто благодарна. Хотя нужно ещё в одном месте порыться и всё почистить. Не нужно больше никаких файлов.
И в этот момент происходит то, чего мы так ждали. Демид тихо хрипит, приоткрывает глаза и снова закрывает. Медленно вертит головой и даже пытается поднять руку.
— Демид? — шепчу я, дёргаясь к нему.
Он медленно открывает глаза. Взгляд сначала рассеянный, потом фокусируется на мне, затем на Максе, потом на Греке.
— Что, уже поминки? — хрипло, с привычной иронией произносит он. — И кто тут самый скорбящий?
Я не выдерживаю, слёзы сами катятся по щекам. Макс вскакивает, хватается за край кровати.
— Папа! — голос сына дрожит. — Ты очнулся!
В палате становится оглушительно тихо. Только взгляд Демида мечется по лицу сына. Он будто заново его изучает.
— Ну, Демон, ты как всегда вовремя! Только собрался произнести надгробную речь, а ты тут оживаешь, — захохотал Грек, а я только сейчас поняла, что не дышала всё это время, смотря на двоих своих мужчин.
— Заткнись, Грек, — Демид пытается улыбнуться, морщится от боли. — Лучше скажи, что там с Рыжовым?
— Уже сидит, — коротко отвечает Грек, становясь серьёзным. — Надолго. Благодаря твоей Соле и её материалам.
Демид довольно хмыкает и снова кривится от боли. Переводит взгляд на меня, сам нащупывает мою руку и сжимает в своей. Я киваю, не в силах говорить. Страх, который сковывал меня всё это время, наконец отпускает. Облегчение накрывает такой сильной волной, что колени подкашиваются.
И тут Макс снова делает то, чего я меньше всего ждала от него. Он аккуратно наклоняется и обнимает Демида за плечи, тихо шепча:
— Спасибо за маму.
Демид кладёт руку на затылок сына, притягивает к себе, так же тихо произносит:
— Спасибо, что вы рядом.
— Ну что ж, раз тут всё налаживается, я, пожалуй, пойду, — громко говорит Грек и поднимается со стула. — У меня ещё дел куча. Но вечером загляну. Полюбуюсь вашей тошнотворной идиллией, — ржёт он и подмигивает нам.
— Вали уже, — отвечает Демид и отпускает Макса.
Грек подмигивает мне, кивает Максу и выходит, тихо прикрыв за собой дверь.
— Так, — говорит теперь Демид. — Теперь рассказывайте всё по порядку. Что я пропустил, пока валялся тут без сознания?
Макс начинает оживлённо рассказывать, а я слушаю, смотрю на них обоих и понимаю: всё действительно будет хорошо. Впервые за долгие годы я верю в это безоговорочно. Мне не нужно бежать. Не нужно пытаться казаться сильнее, чем есть на самом деле. Просто нужно поверить в то, что случайная встреча тогда, двенадцать лет назад, оказалась судьбоносной.
Глава 15
Вечер настал слишком быстро. И если Макс безмерно рад тому, что Демида сегодня выписали и мы уже дома, то я… Впервые за много лет я не могу найти себе места.
Всегда уверенная в каждом своём действии, решении, сейчас стою на кухне в доме Градова, мою посуду и пытаюсь придумать, как бы улизнуть отсюда.
Эйфория от его ранения, страх за жизнь Макса, осознание предательства Сергея — всё уложилось на полках моей жизни, и, как итог, пришла паника.
Почему‑то правильные мысли, которые так вовремя всплыли в моей голове, когда Демид пришёл в себя, что теперь я готова принять всё, что больше не нужно ни от кого бежать, сейчас кажутся глупыми и совсем недальновидными.
Тарелка в руках начинает скрипеть от чистоты, а я всё тру её. И тут я чуть не взвизгиваю, когда мою руку под тёплой струёй воды накрывает большая ладонь Демида. Тело напрягается, как струна. Я даже перестаю дышать, не то что думать. Его тело будто окутывает моё. Он прижимается ко мне, и я слышу спиной, как грохочет его сердце. Как он шумно вдыхает аромат волос и нежно проводит носом по ним.
— Когда мне в этот раз ждать побега, Сола? — хриплым, низким голосом спрашивает Демид, запуская по коже волну мурашек. Я дёргаюсь от его слов, но он в одно движение накрывает обе мои руки и, заставив отпустить тарелку и губку, укладывает их на край раковины.
— Тихо. Не нужно делать резких движений. Доктор же сказал, что мне нужно быть осторожным…
— Демид… — начинаю говорить я, и мне стыдно становится за собственную дрожь в голосе.