Страница 2 из 28
Так и хочется спросить: их что, в одном инкубаторе выращивали? Все либо лысые, либо коротко стриженные. Накачанные так, что футболки их просто облепляют со всех сторон и обещают при малейшем напряжении порваться. В чёрном, татуированные, и рожи… криминальные.
— Здесь вам нужно переживать, чтобы я не кусалась, — раздражённо отвечаю я и отворачиваюсь от них. За спиной слышу свист и недовольное ворчание того, кто говорил, что он не кусается.
Мне нужен туалет. И я взглядом быстро нахожу указатель, который показывает в нужный коридор.
— Сола, ты куда? — слышу голос Даши.
— Скоро вернусь, — отвечаю подруге и начинаю продвигаться сквозь толпу народа в сторону заветной комнаты.
Только стоит мне нырнуть в тёмный коридор, как даже дышать становится легче. Здесь тоже есть люди, точнее потные тела, которые уже в таком угаре, что им без разницы, где сношаться, но я иду целенаправленно в сторону туалета. Мне нужно немного времени переждать, а через минут двадцать или полчаса выйду и скажу, что мне срочно нужно домой. Заберу Дашку и с чистой совестью выслушаю все её претензии.
Мне приходится ещё раз свернуть, чтобы увидеть заветные двери. Быстро ныряю в помещение с несколькими кабинками. Подхожу к умывальнику и, открыв холодную воду, смачиваю сначала руки, а потом уже щёки.
Здесь музыки почти не слышно. Можно ещё раз подумать, зачем я вообще согласилась на уговоры Дашки. Но стоит мне только войти в кабинку, как дверь в туалет открывается с такой силой, что стены вздрагивают.
— Пожалуйста, не надо! Я всё исправлю! Сделаю так, что никто даже не… — Но говоривший, а это точно мужчина, даже не успевает закончить, как раздаётся звук удара и слышно, как ломаются кости.
— А‑а‑а‑а! — Его крик просто парализует.
Сердце начинает грохотать так, что я глохну на какое‑то мгновение. Под дверью видно, как по полу разлетаются брызги крови. Она там что, фонтаном хлещет? Меня начинает подташнивать, и я слишком громко опускаюсь на крышку унитаза.
— Помогите! — начинает вопить во всю глотку мужчина, но звучит ещё один удар, и он резко затихает, зато слышно, как на пол что‑то или кто‑то падает.
Но меня больше пугает резкая тишина, которая воцаряется после крика и ударов. И шаги. Чёткие, мягкие шаги. Перед моей кабинкой появляется пара дорогих туфель. И тут же раздаётся три плавных удара в дверь.
Что я там хотела? Через двадцать минут свалить? Какая-то я неправильная журналистка.
Ах да, совсем забыла: меня зовут Аглая Соловьёва, для близких Сола, и эта моя история о том, как я стала той, кем есть!