Страница 19 из 49
— Исключено! — выражение лица матери напоминало грозовую тучу.
Рид открыл было рот, чтобы возразить, но леди Серена повелительным жестом заставила его умолкнуть:
— Не смей сомневаться во мне! Я веду этот клан с тех пор, когда ты еще даже не родился, малёк! Я лучше знаю, что для нас благо.
Раздавленный такой реакцией на свое великое открытие и на все те возможности, что открывались перед ними, он замолчал и отвернулся. Это явно был не последний разговор на эту тему, но продолжать выслушивать упреки на глазах у всего клана у него не было ни малейшего желания.
Тяжелое разочарование накрыло его с головой, когда он выплыл из пещеры, а голос отца затих где-то позади. Сильный хвост нес его сквозь толщу воды — куда угодно, лишь бы подальше отсюда.
«Дом… — с горечью подумал Рид. — Где я — последний тритон, обязанный продолжить род и обреченный быть отданным в мужья Лумине или Селесте через пару лун. Неужели это действительно все, на что я годен?»
Волны над его головой бушевали с неистовством, словно вторя его тёмному настроению. Небо стремительно темнело, а вместе с ним мрачнел и океан. Он слушал, как разгорается шторм. И когда над водой прогремел оглушительный раскат грома, Рид выплеснул всю свою боль и обиду в открытую воду диким, оглушительным криком.
Это было просто невыносимо — осознавать, что никто в клане не желает его слушать! И пока буря набирала силу, он сам не заметил, как снова оказался у береговой линии Бухты Полумесяц. Неведомая сила повлекла его именно в ту сторону, где вчера вечером исчезла Темпест.
И действительно: едва он приблизился к пляжу чуть дальше от променада, как его взгляд выхватил одинокую фигуру, стоящую прямо в воде. Над головой бушевал шторм, дождь стеной лил с небес, а она все стояла там. Ее босые ноги утопали в песке, удерживая тело против гигантских волн, бивших ее по ногам.
— Ну почему они не могут просто любить меня?! — в отчаянии кричала Темпест морю. — Неужели я правда не заслуживаю любви?!
Его сердце раскололось на части от этого надрывного, отчаянного тона. Осторожно Рид подплыл ближе к берегу — настолько, чтобы прилечь хвостом на песчаное дно и зафиксировать тело против бушующего прибоя. Он плавно поднял голову над водой, ловя возможность разглядеть ее во всем ее грозовом, диком великолепии.
— Никто меня не понимает! — рыдала она, закрыв лицо руками.
Ее темно-бирюзовые волосы промокли насквозь, липнув к лицу и плечам. Нежное платье цвета морского жемчуга тоже пронизала вода, облегая ее статную фигуру так, что у него замирало дыхание. Его взгляд невольно скользнул по изгибам ее бедер, по стекающим струям воды, когда она снова вскрикнула к небу.
Она была несказанно прекрасна — и так же опасна. Словно настоящий ураган, способный снести весь берег одним порывом ветра.
«Да… — подумал Рид. — Темпест — это воплощенный шторм в человеческом облике. Небеса и моря отзываются на ее плач, словно она повелевает ими…»
И в то же мгновение, при виде того, как она стояла там, обняв себя руками и дрожа от рыданий, его охватило совершенно новое, неведомое прежде, чувство. Непреодолимая, жгучая потребность защитить её, обогреть и утешить затопила его душу, и он подался локтями вперед, выбираясь выше на песчаный берег.
— Темпест! — перекрикивая оглушительный шум ливня, окликнул он её. — Тебе нужно уйти в дом! Выйти из этого шторма! Это слишком опасно для тебя!
Её сине-зеленые глаза в диком шоке устремились на него, и она ахнула при виде его полупогруженного тела, выглядевшего, вероятно, не менее буйно. И все же он упрямо полз к ней по песку, желая лично убедиться, что она окажется в безопасности своего маленького деревянного домика.
Она лишь возмущенно фыркнула в ответ, гордо вскинув подбородок:
— Небезопасно?! Рид, да я и есть этот шторм!