Страница 45 из 91
Глава 25.1
Нда, возможно, я и погорячилась про пешую прогулку по сельской местности. Когда я решила идти вместе с Виртой, то рассчитывала свои силы по прошлой жизни, а вот в этой реальности Таисия спортом не занималась, потому уже через тридцать минут ощущения в теле мне об этом напомнили.
Но я не привыкла сдаваться, поэтому, сцепив зубы, продолжала идти вперёд. Если уж ребёнок идёт и не жалуется. То мне и подавно не пристало стонать на тяжесть дороги.
Ещё через час я стала реально сомневаться, что дойду. Ноги грозили просто подогнуться подо мной. Был только один существенный плюс такого состояния моего организма — это хоть какое-то жжение в груди. Видимо, все мои силы уходили на продвижение вперёд.
Вирта смотрела на меня с уже откровенным участием, наконец, она не выдержала.
— Таисия, на вас нет лица! Вы вот-вот упадёте! Сядьте в повозку, я вас с земли не смогу поднять! — Грозно сказала она, даже ножкой топнула. — Нельзя так себя изводить.
— Ты же не падаешь, вот и я дойду, — упрямо ответила ей.
— Так я всю жизнь хожу, меня никто никогда не возил. Ноги у меня крепкие, а вы же леди! — Привела она свой аргумент.
Вот тут я и поняла, почему леди — это скорее ругательство, чем комплимент. Они слабенькие, хиленькие, и их нужно беречь, чтобы не упали на дороге.
Пока я размышляла об этом, Вирта подбежала к повозке, что-то там поискала и опять отбежала.
— Садитесь! Я всё придумала.
Сил спорить не было, падать на дорогу не хотелось, поэтому я всё же пошла к повозке. Всё же нужно быть упрямой, а не упёртой. Как мне договариваться о продаже кристаллов, если я от усталости двух слов не скажу, да ещё буду грязная?
С огромным облегчением уселась, а потом и вовсе откинулась на спину, передохнуть немного.
— Вы там как? — Крикнула девочка.
— Лучше всех! — Громко отозвалась я. — Но как же мне стыдно, — уже тихо, только для себя. — Начинаю делать гимнастику по утрам.
Повозка дёрнулась и покатилась вперёд, я как-то не ожидала, что мы поедем, поэтому приподняла голову, чтобы проверить, куда это Снежинка собралась меня завести.
Вот тут и поняла, что смекалка не чужда и местным жителям. Вирта шла впереди, неся разломанное яблоко. Время от времени она подбегала и давала кусочек лошади, это занимало совсем мало времени, так что плохо ей не становилось за эти три секунды и опять отбегала. Зато Снежинка к ней шла за угощением и на расстоянии.
Так как лошадь была старой, большой скорости она развить не могла, вот мы и продвигались потихоньку в сторону города.
Надо купить девочке подарок за такую самоотверженность, честное слово.
К моменту прибытия в город я уже отдохнула настолько, чтобы не выглядеть измождённой.
Первым делом решила приобрести еды, так как устали и проголодались мы знатно.
Лошадь привязали у самой крайней таверны в городе, чтобы мне слишком долго среди людей не толкаться.
— Ты пока тут сиди, а я за едой, — сказала девочке, быстро проходя мимо неё, она только кивнула и забралась на повозку.
Город был небольшим по меркам даже этого мира, как я понимаю. В нашем мире его скорее посёлком городского типа можно было бы назвать.
На центральной улице помещались все важные заведения, и шла она сквозь него.
Сразу бросались в глаза вывески, они были деревянными или коваными. Вот это были и указатели, и реклама в одном флаконе. Надо полагать, что читать здесь умели не все, так что рисунки и фигурки обозначали назначение лавки.
Булочную легко было определить по кренделю, что качался на холодном ветру, а когда подошла ближе, то и по запаху.
В таверну очень бы хотелось зайти, но там надо ждать заказ, боюсь, что это может плохо закончиться, поэтому надо брать готовые изделия.
Решительно толкнула дверь и вошла внутрь.
— Доброго дня, — сказала несколько манерно, но вежливо. — Мне бы несколько ваших самых вкусных булочек и пару кренделей.
Дородная женщина за прилавком расплылась в улыбке.
— Только побыстрее, я тороплюсь! — На этих словах я вышла на улицу и отошла в сторону от двери, изображая интерес к дороге, будто кого-то жду.
Лицо женщины скисло сразу, она явно собиралась поболтать с незнакомкой, а я сразу ей намекнула на занятость.
Через пару минут вернулась и положила монету на стол.
— Готово? — Несколько капризно спросила у неё.
— Да, госпожа!
— Я леди! — Чуть ли не с оскорблённым достоинством возопила в ответ.
— Простите, ради всех богов! Слепа я, не рассмотрела!
— Ладно уж, некогда мне сил нет! — Быстренько подхватила сдачу и вышла на улицу, поспешив в сторону Вирты.
Пока шла, ела булочки, чтобы потом сразу пойти в следующую лавку.
Как раз успела доесть свою половину, когда подошла к лошади.
— Вирта, ешь давай, пока всё тёплое, я к следующему торговцу! — Сообщила ей и пошла обратно.
Надо было видеть это представление. Я такими челночными закупками занималась коло часа. Забегаю в лавку, сообщаю что надо, выбегаю, жду, пока соберут, плачу и несу в повозку под присмотр Вирты.
Таким образом, я приобрела сыр, специи, запас вкусного чая, местные сладости, копчёной колбасы, и даже платье для девочки и новые сапожки, очень надеюсь, что понравятся.
— Вирта мерь сапоги, пока я за следующим иду! Если малы, пойду менять! — Опять протараторила я, но какое было выражение у неё на лице! Неверие. Восторг. Слёзы. Так хотелось обнять ребёнка, но я не могла, так что пришлось думать о делах насущных, а не об эмоциях.
Мне остались, собственно, сами кристаллы. С волнением я зашла в лавку, где были на вывеске именно они.
Навстречу мне шагнул мужчина, что сразу вызвал совсем недобрые чувства. Было в нём что-то «скользкое». Ищущий взгляд, наигранные манеры.
— Добрый день. Чем я могу быть сегодня полезен столь прекрасной леди? — Проговорил он, будто играя в пьесе.
Фальшь сквозила в каждом слове.
— Мне нужны кристаллы, пустые. Сколько у вас есть? — Сухо осведомилась я.
— Мы храним запас, так что около пятнадцати штук есть, наш маг заполняет их крайне медленно, — преувеличенно вздохнул он, но как-то тяжело.
Так, я тут стою, видно, долго.
— Сколько за них хотите? Только побыстрее, я тороплюсь, а у вас ужасно душно! — Уже и я стала наиграно обмахиваться перчаткой, хотя в помещении было не особо жарко, но тут не до правдоподобности.
— Думаю, что это приличная сумма. Двадцать золотых, — оттянул ворот рубашки. Лицо продавца стало краснеть.