Страница 38 из 92
Всё это заставляло Камидзё чувствовать неловкость при мысли о том, чтобы беззаботно лечь спать в одиночестве, однако Стайл сказал, что бездельники, слоняющиеся вокруг, доставят куда больше хлопот.
Надеюсь, никто не вызовет полицию из-за того, что столько людей устроили ночлег в заброшенном здании? Или они применили какую-нибудь магию, чтобы отвадить любопытных и избежать подобного? — подумал Камидзё, забираясь в палатку и укутываясь одеялом.
Стайл уже лежал рядом с ним, а Индекс, судя по всему, разместили в соседней палатке. Колдун хотел устроиться с ней в одной палатке, чтобы защищать ее, но это предложение, похоже, не встретило понимания. Вот если бы здесь была Канзаки… Она ведь девушка… — пробормотал он, скрипя зубами и обклеивая руническими картами палатку, в которой разместили Индекс. Камидзё посмотрел на карты. Похоже, мощность Инносентиуса зависела от количества карт, использованных Стайлом, и тот сетовал, что в такой маленькой палатке его возможности сильно ограничены.
Камидзё некоторое время лежал в палатке, но заснуть никак не удавалось. Дело было не в том, что он не устал или испытывал предбоевое волнение. Ему просто было неловко отдыхать в одиночестве, когда столько людей снаружи продолжали работать. А стоило представить их мысленно, как он невольно вспоминал Орсолу в таком же монашеском одеянии.
— …Пойду помогу чем-нибудь. Повертевшись, он выбрался из-под одеяла.
Стайл, похоже, был недоволен. — Не стану тебя останавливать, но постарайся не ломать их духовное оружие этой своей странной правой рукой… А если всё-таки сломаешь, разбирайся сам. Английская пуританская церковь тут ни при чем.
Получив это крайне неприятное напутствие, Камидзё покинул палатку.
Ночь стояла душная. На улице тоже было жарко и влажно. Он увидел девушку с охапкой серебряных свечей, сестру, несшую несколько старинных Библий, женщину, волокшую огромное деревянное колесо, похожее на колесо конной повозки. Все они сновали туда-сюда в толпе, занятые делом, словно пчелы. Камидзё понятия не имел, как пользоваться всем этим снаряжением.
Так, посмотрим. Может, найдется что-нибудь, чем я могу помочь… Погодите, а?
Он заметил кое-что и остановился. Вход в палатку Индекс, стоявшую прямо рядом с его палаткой и обклеенную картами, был открыт: молния расстегнута. Похоже, внутри никого не было.
Куда же она подевалась?.. Постойте, чего?!
Пока он смотрел в ту сторону и шел вперед, внезапно почувствовал, что ступни перестали ощущать землю. Оказалось, он незаметно для себя наступил в равностороннее треугольное отверстие, которое амакуса проделали в грунте.
Ой, я падаю!!
В самый последний миг, прежде чем его тело бесшумно провалилось бы в канализацию, когда он беспомощно барахтался в воздухе, сестра в черном поспешно схватила его за руку. Она вытащила его, а затем принялась сердито отчитывать на каком-то иностранном языке. Камидзё почти ничего не понял из ее слов.
Ну вот, я сейчас, что ли, всем ужасно мешаю?
Над удрученным Камидзё, разглядывавшим треугольную дыру, в которую едва не свалился, словно клубилась тяжелая черная аура.
Амакуса использовали канализацию как маршрут для внезапных атак на поверхность из-под земли. До сих пор Камидзё считал это место относительно безопасным для прогулок, ведь по сути здесь находилась база Римской православной церкви. Но, возможно, граница безопасности была куда тоньше, чем ему казалось. Ведь здесь располагался командный пункт тех, кто преследовал амакуса. Он понял, что они, вероятно, опасались: бегущие амакуса могут проникнуть на эту базу и разгромить ее, тем самым облегчив себе побег.
Вряд ли сложная внезапная атака на такого дилетанта, как я, принесет им много пользы. Но если где-нибудь здесь есть важный объект вроде штаба, он вполне может оказаться под угрозой.
Правда, он не умел отличать палатки, имевшие большое значение, от обычных. Пока он просто заметил одну, которая была крупнее остальных, и решил, что нападающие, скорее всего, выберут что-нибудь подобное. Но тут…
Внезапно из большой палатки раздался громкий бум.
Следом раздался девичий крик.
— …?! У Камидзё пересохло во рту. В голове снова всплыло смутное предположение, которое возникло у него несколько секунд назад.
Амакуса могли напрямую атаковать поверхность из-под земли.
И, скорее всего, они станут нападать на палатки, важные для Агнес и остальных.
Но это же значит… Неужели? Вы серьёзно…?
— Черт!
К счастью, палатка находилась совсем рядом. Камидзё сжал правый кулак так крепко, словно тот превратился в валун, и бросился туда. Поблизости было много сестер, но от неожиданности они растерялись и застыли на месте. Камидзё пронесся мимо них к входу в большую палатку и одним движением расстегнул молнию.
— Амакуса!!
Одновременно с его криком из открытого входа вылетело нечто тяжелое — и бах! Оно врезалось Камидзё прямо в живот. Предмет был тяжелым и теплым; ему даже показалось, что он чувствует на себе влагу.
Ух…?!
От этого странного ощущения Камидзё покрылся мурашками. Он уже собирался опустить кулак, но тут…
…понял, что обхватившая его за живот женщина — совершенно голая Агнес Санктис.
— ………………………………………………………………………………………Чего?
Камидзё услышал в голове гул огромного колокола, и разум его полностью опустел.
Волосы совершенно обнаженной Агнес намокли, как и кожа. Ее мягкая кожа слегка порозовела, а от тела поднимался белый пар. Но девушка, обнимавшая его, вся дрожала, крепко зажмурилась и уткнулась лицом ему в живот, бормоча что-то на другом языке. Всё это говорило о том, что произошло нечто неладное.
Камидзё не понимал, что говорит Агнес, но, прижимаясь к нему, она указала на что-то. Он посмотрел туда.
В углу большой палатки прилип маленький слизень.
Указывая на него, Агнес что-то произнесла на иностранном языке.
— П-подожди, Агнес. Сначала отойди от меня и оденься. И я понимаю только японский! — крикнул Камидзё, покраснев до самых ушей. Дрожь Агнес тут же прекратилась.
С большой опаской она подняла голову.
Ее глаза встретились с глазами Томы Камидзё.
В следующее мгновение…
Агнес потеряла сознание и рухнула навзничь.
Угэх?!
Земля была покрыта грубым асфальтом. Камидзё поспешно подхватил Агнес, прежде чем она ударилась о него. Странное тепло ощущалось даже сквозь его рубашку, заставляя все нервы Камидзё прийти в неистовое движение. В целом Агнес была стройнее Индекс, поэтому на ощупь казалась более упругой, но именно это, в свою очередь, еще сильнее подчеркивало мягкость отдельных частей ее тела.
Э-э…?!
Затем Камидзё поднял взгляд прямо вверх, чтобы отвести глаза от Агнес, которая теперь лежала у него на руках, — и снова содрогнулся, увидев кое-что еще.
Посреди палатки стоял большой металлический таз. Прямо над ним к потолку палатки подвесили металлическое ведро. Внизу ведра находился носик, похожий на носик лейки, к которому был приделан кран. Судя по всему, это был простейший душ: в ведро наливали горячую воду, а затем открывали кран, чтобы вода вытекала наружу. И сейчас вода действительно текла.