Страница 63 из 74
— Только посмотрите на этот моветон, — продолжал бубнить сверчок. — Цедят зелёную жижу, да ещё через соломинку, словно комары болотные! А где кураж, я вас спрашиваю? Где размах? Где цыгане с медведями? В наше время гусары гуляли так, что небеса содрогались…
Я молча свернул в продуктовый магазинчик у дома, игнорируя причитания барона.
— А наша диспозиция? — не унимался Сверчанский. — Скудость провианта просто оскорбительна. Я, элитный кавалерист, перебиваюсь огрызками цитруса, словно вегетарианская тля в засуху. Это же позор для мундира. Душа требует праздника. Свернуться хочет и развернуться…
Чтобы гусар, наконец, успокоился, я прошёл к полкам с алкоголем, взял банку портера. Следом заглянул в круглосуточный ларёк на углу и прихватил для барона мини-шаверму, попросив добавить туда побольше соуса и зелени.
Дома, переодевшись в удобные тренировочные штаны и футболку, я приступил к раздаче пайков.
Живчик тут же затащил кость в угол, самозабвенно и громко начал её грызть, изредка глухо рыча от удовольствия. Искорка устроилась прямо на кухонном столе. Кроха с громким хрустом перемалывала челюстями элитные пряные снеки. Периодически из её ноздрей тянулся лёгкий дымок, подтверждая, что ей нравится еда.
А в центре стола развернулся настоящий офицерский банкет.
Я отрезал от шавермы треть, положил её на блюдце. Рядом поставил пробку от пластиковой бутылки до краёв наполненную тёмным пивом.
Барон Сверчанский был в экстазе.
Гусар вкушал шаверму, запивал хмельным напитком и блаженно жмурил свои фасетки. Затем прикончил свою порцию, допил порцию пива, потребовал ещё.
Вторая пробка, затем третья, четвёртая.
Наконец-то сверчок удовлетворённо крякнул, утирая усы.
— Вот оно! — патетично изрёк барон. — Что ещё для гусарского счастья надо? Ей-богу, командир. За такой провиант я готов идти с вами хоть на медведя, хоть на самого чёрта лысого!
Он снова приложился к пробке с портером, уже пятой по счёту. Всем своим видом демонстрируя, что жизнь удалась, пританцовывая на столе вприсядку.
Я ухмыльнулся, наблюдая за его танцами и пламенными речами. За это время приготовил себе яичницу, поел, затем попробовал шаверму. В целом неплохо, но чебуреки Нины Сергеевны гораздо лучше. Допил пиво, и как-то начало морить меня в сон.
Сходив в душ, я не забыл приготовить горячую ванну для Искорку, переложив довольную кроху. А потом устроился на диване, засыпая в момент.
Следующее утро на базе началось с проверки домашнего задания. Я построил тандемы в тренировочном зале.
— Итак, Львы, — начал я, заложив руки за спину. — Вчера вы получили задачу: найти у своих питомцев главный раздражитель. Тот самый триггер, который сильно выводит их из равновесия и блокирует рост Ядра. Кто готов доложить результаты?
Первым, как я и ожидал, выскочил Дэнни. Мажор выглядел на удивление бодрым и собранным. Идеальная укладка, блестящий спонсорский костюм от «Спайка» и выражение абсолютной уверенности на лице.
— Я нашёл, тренер! — радостно отрапортовал Ветров, подтягивая к себе Неона и поглаживая по его спине. Барс лениво потянулся, сверкнув хрустальной шерстью. — Задержался в вольерной, затем полночи анализировал записи наших боёв. И понял. Неон просто ненавидит визг механизмов! Металлический скрежет, скрип выбивают его из колеи!
Я скептически приподнял бровь.
— Уверен? Давай проверим.
Я кивнул Белову, который замер у пульта. Помощник, который сегодня добровольно вызвался ассистировать уже заняв Василия расчисткой от хлама одного из зданий на территории, щёлкнул тумблером.
Механизмы задребезжали под потолком, затем взвизгнули и дёрнули мешки-мишени.
Мы все уставились на Неона.
Барс недовольно поморщился, слегка прижал уши к голове, фыркнул. Но паники или потери контроля не последовало. Он оставался спокойным как танк, лишь брезгливо отошёл от стартовой черты, словно аристократ от смердящей помойки.
Дэнни растерянно захлопал глазами.
— Ну вот… вот же оно, — произнёс он.
— Это не оно, Ветров, — я покачал головой.
— Но… как же так⁈ Он же… Я думал…
— Ты почти угадал. Твоя аналитика похвальна, но ты копнул недостаточно глубоко. Дело даже не в самих механизмах. И не в лязге металла. Есть для барсов один жуткий звук. Я заметил это ещё на «Бетонке». Артём Сергеич. Организуйте нам «блуждающие цели», пятый скоростной режим. По моей команде.
Дэнни растерянно застыл в стороне, Неон замер у его ног, опасливо посматривая на меня.
— Ветров, не стой столбом, — подчеркнул я. — Выводи Неона на позицию. И как только мешки сдвинуться, сделай прогон. Всё как и прежде, команды на уклонение и прочее.
Дэнни, всё ещё хмурясь, замер с барсом у красной линии.
— Неон, готов, — произнёс мажор.
Я махнул рукой, Белов врубил пятый режим. Двигатели под потолком взвыли. Тяжёлые кожаные мешки тронулись с места быстрее прежнего, крутясь в воздухе с бешеной скоростью.
Я услышал этот звук. Старые подшипники начали издавать специфический, высокий, монотонный свист. Тот самый звук, на границе ультразвука.
А услышал я, услышал и Неон. Его реакция была мгновенной.
Хрустальный барс, секунду назад являющийся примером грации, вдруг сжался в комок. Его шерсть потускнела. Уши прижались, глаза расширились от паники. Неон прошёл вперёд, попытался уклониться от летящего мешка. Но двигался он дёргано. С рассинхроном. Команды Дэнни воспринимал слишком поздно.
Вот он встал как вкопанный перед мешком, вжался животом в пол, затем подскочил и… промазал. Лапа скользнула в десятке сантиметров от мешка.
Тот его разумеется задел, вскользь. Но этого хватило. Неон упал набок, даже не поставив барьер.
— Стоп! — крикнул Дэнни, бросаясь к питомцу.