Страница 20 из 74
Раз дракон молчит, значит, прямо сейчас нам ничего не угрожало.
Я вновь вернулся к версии о психологическом эффекте. Не исключено, что это так. Рассчитывали на то, что я начну дёргаться, совершать ошибки, параноить перед комиссией. Если это правда, если всё так и есть, не дождутся. Кто меня только не пугал, и всё без толку.
Пока я обдумывал стратегию защиты, на полу разворачивались гонки питомцев.
Живчик, у которого после сытного ужина и прогулки открылось второе дыхание, носился по квартире со скоростью гепарда. Ядро Искорки пришло в норму, сила распределилась по энерго-узлам. Она стала гораздо активнее и теперь старалась не отставать за терьером. Смешно перебирала короткими лапками и пыталась ухватить щенка за хвост. То и дело кроху заносило на поворотах, и в эти моменты она возмущённо пыхала маленькими облачками дыма.
Барон Сверчанский, уныло ковыряюший дольку апельсина, меланхолично наблюдал за этой беготнёй.
— Как дети, ей богу, — скрипнул надкрыльями сверчок. — Носятся, словно контуженная тля! У нас в полку за такую суету мигом на гауптвахту определяли. Какая война, когда пехота задницу на поворотах заносит, а артиллерия в потолок дымит? Срамота, а не выправка!
Я усмехнулся, взглянув на возмущённого сверчка, подтолкнул его пальцем к апельсину.
— Кушай свой паёк, барон, и не жужжи, — миролюбиво посоветовал я. — Пусть бесятся. Они и есть дети. Им ещё расти и расти до настоящих баталий.
Барон буркнул что-то неопределённое. Из всего я различил лишь про смену рациона и напитки покрепче водопроводной воды.
Делая последний глоток чая, я приготовил ванну для нашей мадмуазель, и сходив в душ, растянулся на диване.
Затем вспомнил, что так и не связался с Покровским. Набрал его номер.
— Горай, — бросил я вместо приветствия.
— Слышу, — отозвался в таком же стиле Покровский, и на фоне раздался странный звук, очень похожий на цокот когтей по дереву.
— Не спишь?
— Дежурю.
— Тогда коротко, — произнёс я.
В это время Живчик добрался до Искорки. Залез на стул, попытался сунуть лапу в тазик, на что получил в ответ пару струей дыма в мордашку и упал на пол. Сверчанский не выдержал, захохотал.
Я же закрыл динамик рукой, шикнул, успокаивая по Сопряжению и терьера и саламандру. Ещё не хватало тут мне гладиаторские бои посреди ночи устраивать. Соседи точно не поймут.
— Дело срочное, — продолжил я разговор. — И по телефону не пойдёт. Так что встретиться нужно в ближайшее время.
— Получается, что завтра.
— Днём?
— Днём приём, — сообщил Покровский. — Приезжай вечером, после закрытия. Тогда никого не будет, и я весь твой.
— Вечером так вечером, — я не возражал, прикидывая по времени. Должен успеть до комиссии. — Я буду не один.
— Ты кого-то из знакомых хочешь привести в клинику? — отозвался удивлённо Покровский. — Зачем?
— Одного знакомого сверчка, — улыбнулся я.
— Хорошо, если так, — услышал я задумчивый голос Михаила.
На этом созвон был завершён, и я переключился на чаты.
Перекинулся парой сообщений с Полиной, затем с Серёгой, который сообщил, что надо бы руки поотрывать тем, кто вёл проводку в цоколе. После переписки я завёл будильник, закрывая глаза и моментально провалился в сон.
Утро на базе гильдии выдалось солнечным и довольно суетливым. Эхо вчерашней победы не просто витало в воздухе. Все были воодушевлены и готовы бить рекорды.
Кира, сияя как новенький пятак, торжественно собрала команду в холле. Под одобрительный гул бойцов владелица гильдии перевела миллион рублей на основной расчётный счёт гильдии и тут же, не отходя от кассы, выплатила всем задолженности. Оклады и неплохие премиальные.
Дэнни, едва дождавшись зачисления денег на карту, тут же уткнулся в смартфон.
— Наконец-то я его куплю, — довольно сообщил он.
— И что там? — Лера выгнула шею, заглядывая через его плечо. — Очередная блестяшка?
— Пф-ф-ф, — скривился Ветров. — Ты меня совсем не знаешь. Бронированный чехол, с неоновой подсветкой. Их разбирают только в путь.
— Значит я не ошиблась, — ехидно улыбнулась Соколова. — Лучше бы копить научился, транжира.
— Надо жить здесь и сейчас, — улыбнулся Ветров, отвлекаясь на покупку. — Иди к папочке. Вот так.
Костя Смирнов стоял в сторонке, звонил родителям. Паренёк светился от гордости. Насколько я понял из контекста, он им перевёл половину своей премии и хвастался, как его слайм остановил каменного панголина.
Артём Сергеевич посматривал на экран, бормоча что-то про новый холст и очередную порцию клея.
Я поводил взглядом Киру, заглянул в коридор. Там, на небольшом диванчике скучала Наташа, болтая ногами в воздухе и настороженным взглядом посматривая на Киру. Владелица гильдии замерла, затем удивлённо перевела взгляд на бабу Зину, которая появилась в коридоре. Между ними начался непростой разговор.
Неужели Кира не прочла моё сообщение? Видимо так и есть. Она явно не ожидала увидеть ребёнка на нашей базе и теперь расспрашивала уборщицу, что происходит.
Я подтянул Живчика, который что-то унюхал в углу, услышал шуршание Искорки из переноски. Направился к племяннице Леры. Затем присел рядом с ней.
— Хорошенький. Можно погладить? — Наташа потянулась к севшему у моих ног Живчику, и тот тявкнул.
Девочка отдёрнула руку. А я на всякий случай остепенил терьера через Сопряжение. Он так всегда реагировал на незнакомых людей.
— Не бойся, он не укусит, — улыбнулся я. — Как тебе новая комната?
В стороне Кира повысила голос. Баба Зина отнекивалась, упомянула моё имя.
— Мне понравилось. Лучше чем на прошлой квартире, — лучезарно улыбнулась Наташа, поглаживая Живчика. — Он такой пушистый. Как игрушка.
— И быстрый, — добавил я. — Это вихревой терьер. Его зовут Живчик. Ты знаешь, что вихревые терьеры развивают такую скорость, что могут запросто обогнать автомобиль?
— Вот это да! Нет, я не знала! — в глазах Наташи заплясали весёлые огоньки. — Вот бы посмотреть на это!
— Как-нибудь покажу, — пообещал я, взглянул на время. Девять утра. — Кстати, тебе в школу пора.
— Лидия Александровна заболела, у нас двух уроков не будет, — огорчённо, тщательно скрывая радость, сообщила племянница Леры, затем бросила игривый взгляд на переноску. — А там ящерица?
— Огненная саламандра, — поправил я её. — Искорка.
— Она огнём стреляет? — округлила глаза девочка.