Страница 7 из 72
Смерть мужа незаживающим шрамом отпечаталась на сердце Маргариты Львовны. Впрочем, сейчас это было неважно. Она смотрела сквозь сына и улыбалась.
— Мама, ты сегодня выглядишь куда счастливее обычного, — подметил барон, отпив вина. — Случилось что-то хорошее?
— Возможно, — уклончиво ответила Маргарита Львовна и улыбнулась ещё шире.
— Ну, так просвети нас.
— Да, Маргарита Львовна. Нам тоже интересно, что же заставило вас улыбнуться, — ядовито сказала Зинаида Парфирьевна, и тут же осеклась, наткнувшись на суровый взгляд мужа.
Мать Архарова сделала вид, что не услышала подколку со стороны невестки. Маргарита Львовна презирала жен своего сына и верила всей душой, что никто из этих пиявок не заслуживает даже мизинца Константина Игоревича, не то что брака с ним.
— Да так, просто вспомнила лицо твоего очередного отпрыска. — Маргарита Львовна качнула бокалом с вином, и выразительно посмотрела сквозь стекло на невесток.
Красноватые отблески благородного напитка плясали по их лицам, что позволило представить, как они истекают кровью. От такого зрелища в душе у Маргариты Львовны разлилось приятное тепло. А вот невестки, услышав про нового отпрыска, напряглись, ведь понимали, что их позиции в роду шатки. В любой момент они могут отправиться в приграничные районы, а там их жизнь резко изменится в худшую сторону.
Барон знал всех сильных одарённых в лицо, точнее, он читал их личные дела. Вот только за последние три года рождались лишь слабаки. Это чертовски печалило Константина Игоревича и заставляло искать всё новых и новых жен.
— И что с ним? — безразлично спросил Архаров, не отводя взгляда от аппетитного стейка, из которого ручьём лился ароматный сок.
— Ничего особенного. У мальчика нет дара. Вот только у этого мальчишки был такой взгляд.. — Маргарита Львовна задумалась на секунду и продолжила. — Похожий на твой. Неимоверная воля к жизни. Жесткий, непоколебимый. Я выпустила свою ауру, а он протянул ко мне ручки. Представляешь? А ведь даже Александр забился в угол кроватки и боялся на меня посмотреть, — усмехнулась она.
— Маргарита Львовна, не стоит наговаривать на моего сына. Он всё же сильнейший в роду. — Екатерина Павловна встала на защиту сына с превосходством в голосе, от чего её соседки скривились, как будто лимон укусили.
— Кто же спорит? Сашенька и правда сильный, но достаточно ли этого, чтобы стать лучшим? — парировала Маргарита Львовна.
— Мама, ты же знаешь, что одной воли недостаточно. Важен талант, — вклинился в разговор двух дам Архаров, пытаясь остановить зарождающуюся склоку.
— Ха-ха-ха! — Нарочито громко и наигранно рассмеялась Маргарита Львовна. — Костик, ты забыл о том, что сам — не гений? — Она приподняла бровь и поняла, что перегнула палку. — Посмотри на себя. Ты смог в три раза увеличить земли рода. Сильно ли тебе в этом помог дар?
— Я прекрасно представляю предел своих возможностей. Именно поэтому и говорю что одного желания недостаточно. Если бы у меня был сильный дар, то весь Урал уже лежал бы у моих ног, — раздраженно фыркнул Архаров и, отодвинув тарелку, встал из-за стола. — Аппетит пропал. Пойду поработаю.
— Ну, спасибо, Маргарита Львовна, — процедила сквозь зубы вторая жена, Ульяна Ивановна, и поспешила вслед за мужем.
— Всегда пожалуйста, голубушка. Должен же в этом доме хоть кто-то говорить правду. — Мать Архарова отсалютовала невестке бокалом и, улыбаясь, откинулась на спинку стула.
* * *
На этот раз терять сознание было куда приятнее. В последний момент я смог погрузиться в чертоги разума и собственными глазами увидел зарождение новой доминанты. Центральная часть плиты ярко засветилась и погасла, оставив в крайней правой ячейке крошечную песчинку металлического оттенка.
— Это то, о чём я думаю? — расплылся я в улыбке, видя, как песчинка начинает разрастаться, образуя новые грани и увеличиваясь в размерах.
В синем ряду сформировался новый кристалл. Он поблёскивал стальным отсветом в лучах вечно горящих факелов. Я подошел ближе и услышал женский голос «Геном вместилище маны интегрирован.».
— Ну вот! Это совсем другое дело! — обрадовался я и окинул тело внутренним взором.
Ядро, отвечающее за накопление маны, сформировалось. Правда было размером с горошину. Да, ядро чертовски маленькое, считай, что его и нет совсем. Но это поправимо. Я знаю, как увеличить его пропускную способность. А ещё по моим каналам прямо сейчас заструился ручеёк прохладной маны, поглощаемой извне.
Даже для простейшего заклинания мне придётся копить силы несколько дней, а возможно и недель. Но теперь нас с мамой никто не вышвырнет из особняка. А значит.. От ликования меня отвлёк истеричный вопль мамы.
— Какой тест⁈ О чём вы вообще говорите⁈ Мишенька в коме! — сквозь рыдания выпалила она.
— Елизавета Максимовна, таков порядок. Несмотря на то, что ваш сын не приходит в сознание, мы должны понять, заслуживает он внимания барона или нет. Если нет, то.. — примиряюще заговорил мужчина, но его оборвали.
— То вы вышвырните нас, как мусор⁈ — с ненавистью выкрикнула мама и сорвалась на скорбный вой. — Кудряшки моего мальчика выпали! Он умира-а-ае-е-ет!
— Елизавета Максимовна, даже если так, то я всё равно должен выполнить свою работу, — настоял мужчина и заметил, что я открыл глаза. — Смотрите, похоже вашему сыну лучше, — вроде и мягко, но в тоже время равнодушно подметил он.
— Миша! Мишенька! Ты живой⁈ Мама так переживала. Мой ты хороший, — срывающимся голосом тараторила мать, заливая меня слезами.
За её волосами, упавшими мне на лицо, я всё никак не мог рассмотреть мужчину, стоящего передо мной. Наконец она прекратила меня целовать и обратилась к нему.
— Дайте нам пару дней. Пусть сын наберётся сил и тогда..
Её волосы качнулись в сторону, и я рассмотрел нашего гостя. На вид сорок лет, аккуратно подстриженная борода, морда солдафонская, жесткая, безэмоциональная. А ещё шрам на щеке. Смотрел он на меня, как на пустое место. Я даже поёжился от его колючего взгляда.
— Елизавета Максимовна, у вас нет нескольких дней. Вне зависимости от ваших желаний, тестирование я проведу сегодня. Если вы откажетесь, то я буду вынужден.. — Боец замолчал, увидев, что я наблюдаю за ним.
— Давай, козлина! Давай своё дело! — выкрикнул я, но окружающие услышали только возмущённое «Уа! Уа!»
— Ого! Какой суровый взгляд. Похоже, Михаил готов пройти тест, — улыбнулся солдафон и протянул ко мне руки.
Мать попыталась прикрыть меня, но я вцепился в палец амбала и не отпускал его. В итоге Елизавета Максимовна сдалась и передала меня дяденьке.