Надменный босс

ГЛАВА 17 Джулиан

Возможно, я слишком сильно настаивал. Но как я мог устоять перед соблазном поддразнить ее после того, что она сказала мне в субботу?

Слышать, как она говорит, что хочет меня, было, пожалуй, самым большим поднятием самооценки в моей жизни. Господь знает, что я хочу ее, хочу заставить ее улыбаться, смеяться и задыхаться в моей постели. Теперь, если бы только я мог заставить ее сказать это трезвой…

Учитывая ее преданность работе, я знал, что будет какая-то ответная реакция. Именно здесь пригодились бы пончики — я попытался бы выманить ее из скорлупы липкой сладостью и дать ей понять, что ей не о чем волноваться. Но это не сработало.

Мысли об Эмили отвлекали меня от того, чем я действительно должен был заниматься, например, управлять компанией или читать лекции брату. По крайней мере, с первым у меня была помощь, но попытаться вразумить моего брата, который достаточно взрослый, чтобы знать лучше? Здесь я был полностью сам по себе.

Райан глубже опустился в одно из кресел в моем кабинете.

— Да ладно, Джулиан. Ты несправедлив.

Я приподнял бровь.

— В чем именно я несправедлив? Потому что требую, чтобы ты чего-то достиг, чтобы получить свой трастовый фонд?

— Слушай, папа не это имел в виду, когда передал тебе бразды правления, и ты это знаешь.

Это было именно то, что имел в виду отец, когда не только поставил меня главным, но и написал письмо с подробным описанием того, как он хочет, чтобы его дела велись. Что он не доверял матери Райана принимать эти решения или делать трудный выбор.

Он был прав в обоих случаях.

— Я понимаю, что ты расстроен, — попытался я. — Я знаю, каково это — быть двадцатилетним и думать, что ты все знаешь. То, что я говорю, не…

Райан съехал на стуле и надвинул кепку ниже.

— Я понял. Мои идеи глупы.

Я вздохнул и взмолился о терпении.

— Нет, они просто иногда немного недостаточно проработаны. Если у тебя есть что-то реальное, что ты хочешь сделать, что-то, что ты продумал, я с радостью выслушаю. Но я не думаю, что открытие школы дайвинга на побережье Коста-Рики станет твоим большим успехом, и это не должно оплачиваться из твоего трастового фонда.

— Это практически решенное дело, Джулиан. Почему ты мне не веришь?

Я скрестил руки.

— Могу представить, что тебе может так казаться. Но ни при каких обстоятельствах я не буду переводить 40 000 долларов твоему другу «Джеку».

Райан встал, враждебность читалась в каждой линии его тела.

— Ладно. Наверное, увидимся.

— Приходи на ужин на этой неделе.

Он засунул руки в карманы.

— Я, наверное, поеду в Мамонт кататься на лыжах с друзьями.

Мое сердце упало.

— Ладно. Напиши мне, когда вернешься.

Он неопределенно кивнул и направился к двери моего кабинета. Его гнев был таким ощутимым, что я почти проверял свою голову на наличие рогов.

— Райан, ты знаешь, что я забочусь о тебе. Поэтому я это делаю.

— Ага, конечно, — дверь закрылась за ним.

Я опустился в кресло и помассировал виски. Все прошло так, как я и ожидал, то есть катастрофически.

Мы с Райаном никогда не были по-настоящему близки, в чем я винил около сотни разных людей, включая себя. Попытки, которые я делал во взрослой жизни, чтобы исправить это, иногда проходили очень хорошо, а иногда… как сейчас.

Он словно хотел, чтобы я был старшим братом, любящим веселье — роль, которую я обычно с радостью играл, но который также потакал ему так, как никогда не делал отец. Я знал, что моя мачеха в основном видела во мне финансовый актив, и мне было больно, что некоторые ее взгляды передались Райану.

Единственным хорошим событием в моем расписании на сегодня было совещание с командой по связям с общественностью и маркетингу. Ежегодное мероприятие технологической индустрии в Лос-Анджелесе должно было состояться на этой неделе, и «Hunt Industries» была назначена для проведения одного из семинаров и представления нескольких новых обновлений.

Но совещание означало, что у меня будет шанс увидеть Эмили впервые с тех пор, как она поцеловала меня на прощание пьяным поцелуем в субботу вечером, садясь в такси с Дениз. Я был на 99 % уверен, что она покраснеет от смущения, когда увидит меня. Черт, я бы поставил на это, если бы мог.

Команда уже собралась, когда я прибыл в конференц-зал. Слабые следы смеха и обсуждения доносились через стеклянную стену, и я остановился вне поля зрения.

Эмили была глубоко погружена в разговор с Рэйчел и Трентом, ее руки двигались, пока она говорила. Ее темные волосы были распущены и падали водопадом на спину, и теперь я знал, насколько они шелковисты на ощупь между моими пальцами. Саша протянула им газетную статью, и вся группа разразилась смехом. Глаза Эмили сверкали от счастья.

Она была красива, правда, целиком. Лицо в форме сердечка, обрамленное длинными темными волосами, глаза, которые менялись от обворожительных до злых и дразнящих быстрее, чем облака во время шторма.

Я хотел ее в своей постели.

Я хотел ее в своей жизни.

Словно она прочитала мои мысли, ее взгляд встретился с моим через стекло, и, как по команде, ее щеки залились прекрасным розовым румянцем.

Не мог сдержаться — я усмехнулся ей.

Рэйчел подняла взгляд, чтобы увидеть, что привлекло внимание Эмили, и, всегда дерзкая, закатила на меня глаза.

— Ты присоединишься к нам или продолжишь стоять снаружи, как придурок?

— Подождите минуту, — сказал я им, подняв руку. Все они смотрели, как я делаю вид, что оцениваю их, прищурившись. — Вы прошли проверку.

Отдел маркетинга и связей с общественностью был одним из моих любимых, после технических специалистов и разработчиков программного обеспечения. Они склонны быстро мыслить, остроумно разговаривать и творчески мыслить. Так же, как Эмили.

В отличие от бухгалтерии или наших внутренних юристов. Хотя, слава богу, они существуют, так как меня передергивает при мысли о необходимости работать в Excel ежедневно.

— Хочешь начать ты? — спросил Трент, но я покачал головой.

— Нет. Продолжайте, проводите свою часть.

Эмили сидела через два стула от меня, слишком далеко, чтобы дотянуться под столом. Я бросил взгляд в ее сторону, но ее внимание было сосредоточено на Тренте.