Страница 53 из 73
В этой фазе мы используем всё, что у нас есть. Заклинания, огнестрел и, как вишенку на торте, портальных магов. Да, именно так. Врывается на земляной вал толпа демонов, бац! И они телепортированы к двери распространяющей скверну. И так мы можем отбрасывать их назад до тех пор, пока у порталистов не закончится мана.
Гениально? Да, мне тоже нравится. Но и это не всё. Ведь я всю дорогу буду поднимать умерших демонов с помощью некромантии и бросать обратно в бой. Некротики будет валом, и это не станет какой-то проблемой.
Фаза номер пять «Вот теперь точно жо..». Демоны ворвались на земляной вал, идёт жесточайшая рубка, и нет возможности отбросить их назад. Вадим подготовил четыре телепортационные плиты, через которые мы сможем отступить в город в течение пяти минут. Да, с собой мы утащим и часть демонов, но их мы легко добьём. А после останется самое неприятное и сложное. Нам будет необходимо удержать город.
Стены Дубровки укреплены, древесина покрыта каменными плитами и, вроде как, должна выстоять. Продуктов питания валом, магический барьер, который я отнял у Акамацу установлен в центре поселения. По идее, он сможет выдержать пару, но лучше бы сотню ударов.
Ну и фаза номер шесть, до которой, я надеюсь, не дойдёт. Называется она «К чёрту Дубровку, жизнь важнее!». Демоны штурмуют город, форсируя реку. Удержать их натиск невозможно, поэтому вместе со всем населением мы спешно перемещаемся в Иркутск, навсегда запечатывая карманную реальность.
Будет больно, обидно, но зато главный принцип друидов будет соблюдён. Между жизнью и смертью всегда выбирай жизнь! Возникнет куча проблем, как обустроить быт для двух миллионов людей, которые снова всего лишились, а так же как объяснить императору, откуда я притащил этих самых людей.
Но это всё план, который хорош на бумаге. По факту, мы имеем земляной купол высотой в сорок метров. Радиусом он в пятьсот метров, купол закрыт лишь наполовину. Мы сделали так, чтобы дальняя часть купола была закрыта наглухо, тогда демонам ничего не останется, кроме как нестись на нас.
Я сразу же усомнился в прочности купола. Но Львович заверил, что его маги могут спрессовать земляную породу так, что она не будет уступать в прочности алмазу! Насколько я знаю, алмаз — самый прочный камень в этом мире, вот и посмотрим, выдержит ли он натиск демонов. Впрочем, будет достаточно и того чтобы купол продержался хотя бы пару часов. За это время мы перебьём столько рогатых, что мало не покажется.
Я приземлился на земляной вал, на котором расположились боевые крылья и гвардия Львова. Маги Львова сделали вершину вала в виде лестницы. Десять рядков, с которых могли одновременно вести огонь тридцать тысяч магов. А ещё двадцать тысяч осталась бы в резерве, стоя за лестницей. В случае необходимости можно быстро ввести резервы в бой.
Слева от меня в земляном валу образовалось отверстие размером в десять метров, вокруг которого скопились водные маги и стали лить туда воду. Ха-ха. Писающие мальчики. Надеюсь, демонам понравится.
Слева и справа начали появляться точно такие же отверстия и тут мне даже стало завидно. Проклятье, практически все задействованные маги принадлежали роду Львовых, а вот у меня таких дарований были единицы. Ну да ничего страшного. Потенциально мощных магов у меня вагон и маленькая тележка, осталось только обучить их. Ко мне подошел Львович и хлопнул по плечу своей пятернёй.
— Ну, как тебе?
— Выглядит отлично. Только давай гаубицы отведём километров на двадцать назад. Очень не хочется их терять в случае чего.
— Да, я тоже об этом подумал. Стреляют-то они навесом, а значит и на валу им делать нечего, — согласился Львович.
— Виктор Игоревич, боевые крылья проинструктированы и готовы отбивать нападение, — сообщил Антип, возникший рядом. — К слову, у гвардейцев Львовича отличная выучка.
— Ого. А почему так фамильярно? — поинтересовался я и заметил на лице Антипа свежий шрам. — Вы успели подраться? — догадался я.
— Виктор, ну не то, что подраться, так, лёгкий спарринг. К тому же, мои лекари полностью исцелили Антипа, — расплылся в извиняющейся улыбке глава рода Львовых.
— Да иди ты, старый кошак. Тебя и самого пришлось латать, — хмыкнул Антип. — Пару дырок в боку я тебе всё же успел пробить.
— Ха-ха! Кошак? — рассмеялся Львович, явно не привыкший к такому обращению. — Что есть — то есть, было неприятно. — С довольной физиономией он потёр правый бок.
— Идиоты. Ещё одна такая выходка, и ты сдашь полномочия Гантулге, а тебя, Лев Львович, я вышвырну из Дубровки к чёртовой матери. Помощнички, блин, — покачал я головой.
— Да ладно тебе. Никто же не пострадал. Во всяком случае, никто не умер. Да, зятёк? — подмигнул Львович.
— Да ё-моё! Не начинай, — закатил я глаза и направился в сторону танкового батальона.
Нужно расположить машины так, чтобы в случае опасности они могли быстро отступить назад и уйти через порталы в Дубровку.
* * *
Город Китами, округ Охотск.
Префектура Хоккайдо.
Ворота крепости распахнулись перед одиноко стоящим человеком. Со стен на него взирали стражники, не понимая, почему гордый сын клана Гэндзи явился без сопровождения. Возможно, его изгнал отец, после выходки на званом ужине императора, а может, он столь отважен, что путешествует в одиночестве. Из ворот вышел отряд из сорока самураев и окружил Дайго Гэндзи.
— К чему этот цирк? Я один, — заявил Дайго.
Через толпу самураев протиснулся двухметровый тощий, как сама смерть, мужчина и улыбнулся. Это был Хоримия Орочи, глава клана Орочи, владеющего округом Охотск.
— Не стоит прибедняться. Ты один, но твоя техника смертельного взмаха доведена до совершенства. А ещё у тебя вспыльчивый характер. Я, знаешь ли, привык к своей голове и хочу, чтобы она оставалась у меня на плечах.
— Твои слова правдивы, но я не собирался тебя убивать.
— Вот как? Тогда зачем ты здесь, наследник Гэндзи?
— Я слышал, что у тебя есть небесный жемчуг. Хочу его выкупить.
— Жемчуг? — хитро прищурился Хоримия. — Слухи врут. Такой вещи, как небесный жемчуг, не существует в природе. Это лишь миф.
— А я так не думаю, — хищно оскалился Дайго. — Более того, я чувствую его присутствие. Он в твоём замке, где-то на нижних этажах.
От этих слов лицо Хоримии тут же переменилось. Улыбка исчезла, уступив место напряжению. Губы поджались, брови нахмурились, а голос стал жестким, как сама сталь.
— Я с уважением отношусь к твоему отцу, и только поэтому не убью тебя прямо сейчас. Уходи. Не испытывай моё терпение.