Страница 21 из 75
— Нам выставили именно тех противников к которым мы теоретически должны быть подготовлены, но в превосходящем всякие пределы сильные. Это испытание Божье. Не противники. Не дойчи, не венгры и не русские. Это испытание. И мы его с треском провалили!
— Мне нужно связаться с командованием! — привстал ОʼКоннор и упал обратно на стул, остановленный расслабленным и каким-то лениво-снисходительным жестом италийца.
— И что ты им скажешь?
— Что ты имеешь в виду? — уточнил (больше для порядка) у неожиданного союзника Нэйл.
— А ты сам подумай… Вот я. Что мне сообщать? Я — во главе всей восьмой когорты!..
— Вас было всего шестеро!
— Каждый из этих шестерых стоил сотни! — огрызнулся отец Александр. — А Хейнкель — двух! Или даже трёх!!! — Он сгорбился и, тряся шеей, забормотал себе под нос что-то о том, что никто не смог оценить Хейнкель так, как она того стоила.
Капитан с диким трудом воспринимал в этом огрызке человека утончённого и высокомерного представителя высшей церковной знати Италии, снова спрашивая себя — а не галлюцинации ли это? Может, он попал-таки под воздействие менталиста, и теперь тот играет с ним, мороча голову? Может, ОʼКоннор на самом деле никуда не убежал, а лежит где-то в окопе у Клостервальда? От этой мысли стало жутко, но тут отец Александр внезапно заговорил очень отчётливо, всё больше и больше усиливая громкость:
— Я явился в лес Клостервальд и, словно Марий в Тевтобурге… потерял ВСЁ! Теперь ты! — он ткнул в ОʼКоннора пальцем. — Сколько у тебя было? Пятьсот человек? Против… На сколько вы там рассчитывали — двух?.. пятерых?.. шестерых магов⁈ Да вы просто смельчаки! — он издевательски засмеялся. — И где теперь твои люди? Удобряют землю в лесу Клостервальд? Кто ты? Одиночка с чудом не «потерянным» пулемётом?
Капитан понимал, что италиец хотел применить совершенно другой эпитет по отношению к его оружию, и скрипнул зубами. Но отцу Александру было плевать на чувства ОʼКоннора. Он громко отхлебнул из своей посудины, вытер шоколадные «усы» и спросил, ткнув пальцем вверх:
— Что ты будешь сообщать своим командирам? Они хотят и требуют от нас побед. Они мирятся с нашим существованием только потому, что мы можем сделать то, что они сделать не могут. А тут — представляете? — Восьмой отдел и… да-да, даже рота ОʼКоннора не справились!
Италиец пожал плечами. В его исполнении, с шевелением явно великой ему шинели это выглядело… отставить варианты «чудовищно» или «страшно». Пусть будет «просто нелепо». ОʼКоннор молчал.
— Значит что? — резко придвинулся к нему над столом отец Александр.
— Что? — спросил ОʼКоннор, чудовищным усилием воли заставив себя не отшатнуться.
— Обычная армейская операция. В округ Мистельбах введут все войска, которые смогут, и выжгут тут вообще всё. Сплошной огненный ковёр… — Италиец пожал плечами. — А мы так и не узнаем ответа на загадки, что нам задал Клостервальд.
— Неподалёку была лаборатория… — начал Нэйл.
— Ой, Святейший Престол знает всё про ваши богомерзкие опыты. Пока вы ограничиваетесь детскими особями неполноценных народов, это приемлемо. — Отец Александр сложил руки на столе и навалился на них грудью, впериваясь в ОʼКоннора жёлтыми глазами: — Но вы же не ограничивались? Не отрицайте. Не ограничивались. Именно для проверки качества конечного концентрата. И как?
— У меня нет данных, — снова скрипнув зубами, ответил ОʼКоннор.
— А у меня есть! Представляете? Есть! НИКАКОЙ разницы!
— Это не отменяет того, что упомянутая лаборатория была именно тут.
— Это именно то, что я пытаюсь тебе сказать, тупой англ! — прошипел отец Александр. — Лаборатория, недалеко этот Страхотин, потом Вена… Это я ещё не упоминал лесопилку!
— Что за лесопилка? — уточнил Нэйл.
— Потеря почти батальона пехоты! Шагоходы, автомобили, миномёты… До тебя не довели⁈ — вытаращился на англа италиец.
— Нет. Это тоже было тут?
— В пяти километрах! В пяти! Есть разница? Для тебя есть разница?
— Нет. Не надо орать. Но тогда нам обязательно нужно доложить наверх.
— Докладывай. Если найдёшь как! — отсалютовал ему горшком остывшего какао отец Александр.