КОМСОМОЛ 5

— Одна перед сосной, вон там, сэр! — лейтенант ткнул пальцем вперёд и влево. — Ещё три — в ряд вот там. И там.

Короткая очередь — и взрывы взметнули вверх мёрзлую землю. Старый капитан был сам себе сапёр. Он прекратил огонь, упав за двойное сросшееся дерево, и пока перезаряжал пулемёт, распорядился:

— В следующий раз прямо по обнаружению показывай!

— Есть, сэр!

И буквально след за этими словами из кустов впереди, метрах в трёхста, встало нечто. Лохматая фигура казалась совершенно квадратной, и капитан даже сморгнул. Если это — тот самый зверь-химера, то почему он вообще ни на что не похож? Ни к одному из известных животных ОʼКоннор, сам известный охотник, то что видел, отнести не мог. Может именно потому, что это химера?

Перечеркнул её очередью крест на крест, ещё порадовался, что сменил ленту.

И ничего. Никакого эффекта!

Непонятное нечто косыми рывками смещалось, обходя их поредевшую группу с правого фланга. Капитан ещё раз дал очередь в химеру. И с тем же нулевым результатом. От странной фигуры летели искры, клочки непонятно чего и… всё?

Что это вообще?

А потом это нечто с громким «чпок!» выплюнуло из себя несколько цилиндров. И уже эти непонятные штуки влетели в бок застрявшего на лесной дороге последнего грузовика.

— Это не химера! — первая внятная сформулированная мысль капитана поразила даже его самого своей банальностью…

Он лежал за пнём, куда его отбросило взрывом.

«Простая операция? — издевательски спросил внутренний голос. — Кажется, ты хотел посложнее»?

Похоже, ему всё-таки удалось насмешить Бога своими планами.

Несколькими минутами ранее

Казаки

— Ты нахрена это сюда припёр? — десятник переполз в соседний окоп и с диким удивлением вытаращился на сложно изогнутый лист металла.

— На прошлом контракте такая железка мне трижды жизнь спасла! — с гордостью ответил казак, — там, понимаешь, повадились минами бить, даже окопы не спасали. А вот такая же… — с любовью погладил он эту самую железку… — Накрыли ей окоп и спокойно все атаки переждали. По ушам, конечно било, но так это и потерпеть можно. Токмо тяжёлая она, ужас.

— Да что это вообще такое? — десятник постучал по железяке пальцем.

— Капот от бронегрузовика, — усмехнулся казак.

— Капот? Ты что, «Алтай» подразобрал⁈ Есаул тебе…

— Не-е-е, ты чего? Я ж с понятием! Это из запаски ремонтной. У броневиков же почти расходная деталь. Их вообще три штуки в ЗИПе лежит. И есаул мне разрешил, вообще-то! Я ему всё рассказал, вот он и дал своё командирское добро. Только потом назад вернуть надо. Но пока — пока! — предлагаю её против этого бешеного автоматчика применить. Ток я один не смогу, потому как шибко тяжёлая железяка, я ж говорил.

— Я вот щас не понял, каким образом нам сейчас капот поможет. Мы типа накроемся ей, как медным тазом?

— Лучше, Евдокимыч! Будем аки модные заморские боевые черепашки!

Над головами звонко взвизгнуло, чиркнув по каске десятника. Пуля ушла в дерево, обсыпав обоих казаком крошками коры. Те автоматически пригнулись ниже и втянули головы в плечи.

— Вот ты болтун! — понизив голос, прошипел Евдокимыч. — И чего предлагаешь?

— А как щит использовать! Нахрен нам сейчас крышка для окопа! Натянуть на её сеть маскировочную — и в обход! Обрулим пулемётчика с фланга! Не сможет же он во все стороны стрелять?

— Так-то идея неожиданная. Тока, говоришь, тяжёлая она? Справишься? — усомнился десятник.

— Не один пойду. Там ещё двое желающих. Еле-еле за щит уместимся. Вы, главное, как он на нас отвлечётся, валите его кучей!

— Ну те тупее тебя-то! И это. На, — десятник стянул с плеч тактический рюкзак, достал из него три синих трубки, — моё личное. Пневматические гранатомёты. Метров на стописят максимум. Зато заряд — египетская сила! Шарахнет будь здоров.

— От спасибо, отец родной! Ладно, мы это, пойдём?

— С Богом!

Некоторое время спустя

Таки уронили они свой бронещит. Тройка казаков лежала наполовину прикрытая им и поваленным деревом. Стальная пластина периодически вздрагивала и гудела от попаданий. Так-то удачно упали, в низинку…

— У-у-у-у, всё, кажись я отвоевался. — Казак приподнял пробитую ногу, сдёрнул с неё дырявую бронепластину и затянул жгут. — Дальше без меня, ребята.

— На, глотни! — ему протянули узкий бутылёк лечилки.

— Не поможет. Кость задело.

— Это Коршуновской бабушки работа. Может, и поможет.

— Да? Тогда давай. Если от самой Евдокии… — и опрокинул в горло.

— Щас главное, чтоб нас гранатами не забросали.

— Это да.

НЕ ВРЕМЯ СЕЙЧАС ТОСКЕ ПРЕДАВАТЬСЯ

Клостервальд, северное направление

Время то же

Казаки

— Вот они бешаные! — Саня сидел рядом с англским трупом, устало опёршись о стену окопа.

Вначале, после того как баронесса провалила грузовики, противник замешкался. А потом рванул вперёд с утроенной скоростью. И самое гадкое, что из ям, куда упали грузовики, начал работать миномёт. Видимо, в кузове и стоял — и теперь он выплёвывал мины, находясь в относительной безопасности.

Часть англов закономерно подорвалась на казачьих минах, но часть, не взирая на потери, прорвались и добежали до самых казачьих укрытий. А вот этот даже в их окоп умудрился запрыгнуть.

— Вован, ты как? — спросил Саня напарника, цепко обшаривая поле взглядом — а ну как кто-нибудь зашевелится?

— Худо мне, брат. Грущу я. В тоске и печали пребываю.

— Чего такое? — Саня повернул голову на Володю. Тот сидел и меланхолично перебирал окровавленными руками обломки своей новой винтовки. Судя по всему, изделию ковровцев пришла полная кабзда.

— Миной?

— Ага.

— А этого? — Маркушкин дёрнул подбородком в сторону холодного англа. — Лопаткой?

— Ага. Совсем ума нет. Кто ж с голой… этсамое… только автоматом ко мне в окоп лезет?

На поле ещё оставались недобитки. Некоторые лежали в воронках, оставшихся от взрывов, а некоторые укрывались телами павших сотоварищей. И, конечно, продолжали досаждать миномёты… Но это всё было уже несущественно. На этом направлении — отбились.

— Щас добьём в поле оставшихся, — тихонько пробормотал сам себе Саня, проверяя на ощупь в подсумках шершавые корпуса гранат, — и заткнём этих надоед миномётных.