Страница 94 из 161
Глава 5
Гибель тигра немного выбила меня из колеи. Нож в бок это жестоко, учитывая, что я еще не привязал свою тушку к данной локации, а значит нужно искать способ не отправиться на локацию возрождения.
‑ Слушай, давай не будем пороть горячку, ‑ предложил я бандиту, ‑Произошло недоразумение, моя спутница не торгует собой, а я не сутенер, ‑ сказал я, прямо смотря в глаза бандиту.
‑ Ага, тогда я ‑ столичная балерина. Где ты видел бабу в таком наряде?
Бандит кивнул в сторону нимфы, а затем в сторону женщин‑НПС, которые прошли в паре метров от нас.
‑ Вот и я думаю, что приличные бабы так не шастают, а значит, ты вешаешь лапшу мне на уши.
Нож еще сильнее уперся в мой бок, а я запаниковал.
Нимфа стояла у стены и не делала попыток меня спасти, похоже, обиделась за кошку. Выделил бандита как цель и отдал мысленную команду нимфе. Нет результата. Что‑то явно идет не по плану. Мысленно себя проклиная, активировал свой игровой кошелек и в очередной раз перевел наличные в игровую валюту. Сраные НПС, доят меня как корову. Достал золото и протянул его человеку с ножом. Алчный блеск и гаденькая улыбка.
‑ А говорил, что не торгуешь девками.
Нож ослабил давление на мое брюхо. Раздался свист и неожиданно руку с ножом обвили гибкие плети. Бандит как‑то испуганно ойкнул и скукожился.
Его рот закрывал толстый корень, да и сам парень выглядел как птичье гнездо.
Я убрал деньги и посмотрел на нимфу, которая, не обращая внимания на мои гневные взгляды, подошла к бандиту и произнесла:
‑ Значит, ты назвал господина сутенером, я верно расслышала?
Бандит отрицательно затряс головой, показывая, что он ошибся. Раздалось умоляющее мычание. Нимфа принялась обходить незадачливого разбойника по кругу, рассматривая его словно какое‑то экзотическое растение.
‑ Знаешь, как называется путы, которые удерживают тебя?
Мужчина затряс головой, а я решил не мешать нимфе, чтобы увидеть, чем все это закончится.
‑ Ты назвал меня продажной девкой и требовал у господина деньги, угрожая ему ножом?
Парень уже едва не плакал, а я заметил, что гибкие корни обвили даже его ноги, и забрались под штаны.
‑ Эти путы называют по‑разному, чаще всего ‑ кровавые корни. Их питает сама земля, ‑ усмехнулась нимфа, глядя в лицо разбойника, ‑ Вот только сейчас тебе это название ничего не скажет, а другое, менее поэтичное ‑ орел на гнезде. Стоит мне пожелать, и все твое мужское достоинство корни превратят в кровавую кашу.
Нимфа поднесла к глазам мычащего пленника ладонь и немного сжала ее.
Пленник тут же болезненно замычал и задергался. Я осмотрел улицу и удивился еще больше, ни одной живой души, видимо, разборки на улицах приучили НПС прятаться при малейшем подозрении на неприятности.
‑ Назови мне хоть одну причину не превращать тебя в евнуха, ‑ спросила нимфа, и корень, закрывавший разбойнику рот, убрался в сторону.
‑ Могу рассказать про старуху, за которой вы следили, ‑ предложил детина.
‑ И что мне от этого толку? ‑ спросил я, прерывая разбойника.
‑ Скажите, чего вам надо? Все расскажу, только не увечьте меня, ‑ поскуливая от боли, запричитал разбойник.
‑ Ну, тогда рассказывай сначала про старуху, а потом про свою гильдию.
‑ Про гильдию не могу, ‑ прошипел разбойник, дергаясь в объятьях корней.
‑ Тогда оторви ему яйца, ‑ сказал я, разворачиваясь к разбойнику спиной.
‑ Стой! ‑ заверещал разбойник, едва нимфа слегка сжала руку в кулак.
‑ Я смотрю, ты передумал?
Разбойник кивнул.
‑ Старушка живет в лачуге у крепостной стены, в квартале кожевенников, над дверью у нее висит коровий череп. Знахарка она или лекарка ‑ точно не знаю. Ну, а в гильдии в городе десятков пять человек, чтобыв нее вступить, нужно навыки воровские иметь или дело какое‑то провернуть, чтобы показать, что достоин. Мне вот вас велели прижать, ‑ сказал прыгающий в древесных путах пленник, ‑ Это все, что я знаю.
‑ Пошли, найдем какую‑нибудь лавку, нужно купить карту города, а потом разыщем нашего тигра, сдается мне, его не просто так прихлопнули.
Нимфа кивнула, соглашаясь с моим предложением.
Любопытный прогресс НПС, резкий скачок в развитии поражал и пугал до жути.
‑ Что с ним делать, господин? ‑ спросила нимфа, указывая на разбойника.
Поразмышляв пару секунд и решив, что убийство может привести меня в тюрьму, решил, что стоит отпустить незадачливого вымогателя.
‑ Отпусти его, когда отойдем на безопасное расстояние, ‑ сказал я девушке, ‑Для начала освободи ему руки, пусть сам себя выпутывает из этого скопления корней, ‑ сказал я ей, когда мы отошли на десяток метров.
Раздался влажный хруст, как будто кто‑то раздавил перезрелое яблоко. Обернулся, нимфа лишь развела руками.
‑ Господин, все сделала, как вы хотели, но едва его руки освободились, как он решил метнуть вам в спину нож.
Я посмотрел на грабителя, на штанах которого расплывалось кровавое пятно, легкий ветерок донес еще запах человеческих испражнений.
‑ Еще и обделался вдобавок, ‑ сказал я, поспешно шагая от лежащего в беспамятстве тела.
‑ Конечно, мои корни не только сделали из него лучшего певчего для церковного хора, но и провернули с ним то же самое, что он делал с девушками в этих подворотнях.
‑ Фу, гадость, могла бы не рассказывать такие подробности, ‑ сказал я, шагая в сторону замеченной яркой вывески с изображением бумажного свитка и перьев.
‑ Господин, но он же насильник, я должна была воздать ему по заслугам. Он так пялился на меня, что меня это выбесило.
‑ Надеюсь, если я стану так на тебя смотреть, ты не сделаешь со мной то же самое, что сделала с ним, это же не по‑человечески жестоко.
‑ Так я и не человек, ‑ резонно заметила нимфа, ‑ Мне можно себя так вести.
‑ Пообещай, что не станешь мне так вредить.
Нимфа лишь кивнула.
‑ Хух, сразу полегчало, надеюсь, что у тебя больше нет таких жутких талантов.
‑ Что вы, господин, я еще много чего умею, ‑ обиделась нимфа.
‑ Ладно, разберемся с твоими умениями позже, а пока охраняй меня и старайся мягко нейтрализовать противника, а не рвать ему задницу с помощью корней растений.
‑ Хорошо, господин, буду делать это руками.
‑ О боги, где я согрешил, что эта непись неожиданно стала такой жестокой? ‑ сказал я, открывая дверь лавки.
‑ Заходите, дорогие гости, я смотрю, вы недавно в нашем городе, а уже завели себе кучу друзей, ‑ заулыбался сухенький старик, сидевший за невысоким прилавком.