Суперы

— Секрет, ты можешь не беспокоиться обо мне, — мягко произнес Тень. — Я в порядке. У меня случались раны и серьезнее. Главное, воровка обезврежена. И… сама отдохни тоже.

Не дожидаясь моего ответа, он поднялся и нырнул в тени, исчезая.

Вит вздохнул:

— Но таких ран у него давно не случалось.

— Он точно поправится? — спросила я — не беспокоиться не получалось.

А еще я хотела узнать, можно ли выкрасть Дашу из полицейского участка. Но Тень ушел слишком быстро, и я не успела его спросить. А браться за это дело в одиночку было боязно.

— Уже. Но после лечения ему нужен отдых, — откликнулся Вит.

Как ни странно, его слова меня успокоили. Тень вполне мог обмануть, чтобы я зря не волновалась, но его целитель не стал бы лгать. Мы не в тех отношениях, чтобы он пытался меня беречь от плохих новостей.

А значит, можно сосредоточиться на других проблемах.

— А ты случайно не знаешь, куда увозят обезвреженных суперов? — поинтересовалась я у него.

— Тебе зачем? — удивился Вит.

— Эта суперка, воровка — я знаю ее гражданскую личность. И хочу ей помочь.

— Помочь? — опешил он.

Я поняла, как это прозвучало, и смущенно пояснила:

— Она хороший человек. И никому не причинила… ой. В смысле, это было ее первое появление, и она не нанесла значительный ущерб, а теперь свободна от виласаба. Я просто подумала, что ее заставят уехать из города, а она этого не заслужила…

— Секрет, — перебил меня Вит, коротко вздохнув. — Отъезд в первую очередь нужен ей.

— Что?

— Виласаб — это очень сильный удар по психике. Ей потребуется смена обстановки, чтобы прийти в себя. Ее не осудят, поскольку она действительно не нанесла непоправимого вреда. Тень едва ли подаст на нее в суд за травмы. Но отъезд позволит ей не зацикливаться на произошедшем, не корить себя за сделанное. Ты в курсе, что из обезвреженных суперов никого не посадили в тюрьму?

— Разве? — я удивилась.

Мне казалось, наше правосудие не настолько гуманно, чтобы сделать скидку на постороннее воздействие, из-за которого суперы совершают преступления.

— Да. Они все находятся в психиатрической лечебнице. Практически каждый из них совершал попытку суицида. И у всех — психические нарушения.

— Виласаб сводит людей с ума? — пораженно спросила я.

— Не вполне так. Но, чем дольше его воздействие, тем сложнее людям, находившимся под ним, принять реальность, в которой они без малейших угрызений совести совершали злодеяния. Представь, что однажды ты проснулась и вдруг поняла, что накануне убила несколько человек — просто так. Потому что захотелось. И сейчас ты не понимаешь, почему это сделала, зачем, и как теперь жить дальше. Вот что сводит с ума.

— Но ведь они должны понимать, что это не их вина, — я поежилась, даже не пытаясь представить озвученное.

Никогда не хотела бы испытать на себе такое.

— Чувство вины иррационально. И без помощи специалиста справиться с ним сложно. Поэтому им оказывают профессиональную помощь.

— Их вылечат?

— Шанс есть.

— А моя знакомая? Она ведь никого не… убила, — мне не верилось, что Даше могут грозить такие проблемы.

— Она могла. И она знает это. Я понимаю, ты хочешь ей помочь, но, если ты вмешаешься, ты не только испортишь отношения с полицией — как свои, так и Тени, но и можешь оказать своей знакомой медвежью услугу. Возможно, ей действительно нужна помощь, а не возвращение к прежней жизни.

Мне очень хотелось возразить. Но я не сталкивалась с людьми, освобожденными от воздействия виласаба, а потому не могла судить, насколько сильно воздействие на них препарата. И как он подействовал на Дашу, я тоже не знаю. Мне хотелось помочь ей, но Вит прав — я могла навредить. К тому же я должна думать не только о своей репутации, но и о Тени, который не должен пострадать из-за меня.

Я и так подставила его, вызвав на бой к заведомо более сильному противнику, чтобы спастись самой. А он ни в чем меня не обвинил. Даже не упрекнул.

— Ты прав, — я вздохнула. — Спасибо, Вит. Но это так несправедливо!

— Верно, — в его голосе послышалось сочувствие. — Ты нас понимаешь.

На миг я удивленно взглянула на него, а затем сообразила. Да, они с Тенью постоянно сталкивались с этим, с невозможностью исправить то, что происходит в городе. Они пытались бороться с последствиями, но причину уничтожить Тени не под силу.

— Отдохни, Секрет. Завтра станет легче, — мягко посоветовал Вит.

— Спасибо, — повторила я и отправилась домой.

Мне едва хватило сил переодеться, прежде чем я свалилась на свою кровать, даже не проверив ее на наличие гостей. Плевать. Не съедят же меня.

Да и в последнее время Константиновы твари в моей комнате не появлялись.

Стоило голове коснуться подушки, как я мгновенно уснула.

О том, что Даша перевелась в другую школу в связи с отъездом, нам сообщили через пару дней. Причины отъезда не называли, поэтому по классу гуляли самые разные слухи. В основном говорили о здоровье, которое ей якобы надо поправить в более теплых краях, а вот версий о том, что она была суперкой, ни у кого не возникло. Правду знала только я, но я молчала. И не только потому, что ни с кем больше не общалась, но и потому, что считала — Даша имеет право на то, чтобы я сохранила ее тайну.

Иначе официальную версию бы озвучили сами учителя. Но, похоже, и они не были в курсе.

Я долго колебалась, звонить ли ей, но мои сомнения разрешились, когда Даша позвонила мне сама.

— Привет, — улыбнулась она, когда я приняла видеозвонок.

— Привет! — я искренне обрадовалась при виде подруги. — Как ты?

Как ни странно, Даша выглядела хорошо. Ни следа болезни — если болезнь вообще была; ни признаков душевного смятения. Мне подумалось, что Вит ошибался, и мне стоило бы вытащить ее из полиции.

— Я в порядке. Кажется. Теперь, — ответ прозвучал как-то неуверенно.

— Так… что с тобой случилось? Ты выздоровела?

— Можно и так сказать, — Даша невесело усмехнулась. — Но ты и сама знаешь, что со мной было.

— Я?

Растерявшись, я лихорадочно пыталась сообразить, что она имеет в виду. Теоретически, как Карина, я могла знать только о ее болезни, и то без подробностей, ведь говорить со мной о своем самочувствии Даша, под воздействием виласаба, отказывалась. Как Секрет, я знала, что с ней произошло, но Даша никак не могла знать, что я и Секрет — один человек.

Или могла?

— Карина, прости. Но я знаю, кто ты, — виновато призналась она.

— Чт… о чем ты? — пробормотала я, понятия не имея, как на это реагировать.