Страница 70 из 73
Этот мелкий монголишка вечно отлынивал от тренировок. Норовил облапошить старших, за что его периодически избивали. Тем не менее жил он куда лучше, чем многие бойцы. И всё благодаря наглости и длинному языку. Языку, который мне сейчас очень пригодится. Подходя к хижине контрабандиста, я услышал его похотливый голос.
— Да-а-а. А теперь становись на колени, а я..
Что там он собирался сделать, я увидел собственными глазами. Тунгус стоял совершенно голый держа в руке банку с вареньем. Второй же рукой он схватил себя за причинное место и собирался обмакнуть его в банку. Напротив контрабандиста сидела толстушка с открытым ртом. Увидев такой способ есть варенье я расхохотался.
— Милочка, ты бы заканчивала жрать сладкое, а то тебя вон как разбарабанило.
Пышка перевела на меня взгляд, завизжала пытаясь прикрыть необъятные груди и нырнула под одеяло. Чёрт возьми и как она не раздавила этого доходягу своим весом. У них же разница минимум в две сотни килограммов. Любви покорны не только все возрасты, но и веса?
— Виктор Игоревич? — Спросил Тунгус и от испуга уронил банку с вареньем.
— Рад, что ты помнишь в лицо своего нанимателя. — Ухмыльнулся я. — Пошли прогуляемся.
Не дожидаясь его ответа, я вышел из хижины и потянувшись к мане создал под каждым окном лозу и не прогадал. Мелкий паршивец, почувствовав неладное попытался слинять, но был мгновенно пойман. Лоза ухватила его за ногу и подняла на два метра от земли.
— Тунгус, ну что же ты так? Совсем не хочешь работать? — Спросил я, покачав головой.
— Я в прошлый раз поработал! Вы обещали лёгкую прогулку, а я там чуть не сдох! Больше я на такое не подпишусь! Хотите бейте или выгоняйте, я никуда не пойду! — Верещал он на всю округу. Пришлось создать вторую лозу и лупануть ему промеж лопаток. Так и осанка будет ровнее и сговорчивее станет.
— Тунгус, родной. Пока ты живёшь у меня дома и ешь мою еду, меня твоё мнение мало интересует. Идёшь со мной и это не обсуждается. Тем более что в этот раз ты и правда в безопасности. — Пояснил я и схватив его за шиворот, открыл портал в санаторий.
Как только мы оказались в гостиной я встряхнул контрабандиста и предупредил.
— На улице вороны тройным кольцом охраняют здание. Приказано убивать всех, кто попытается его покинуть. Если не хочешь сдохнуть, стой и жди, когда позову. Нужно чтобы ты рассказал Быкову, как его сын покупал у тебя отраву. — Услышав мои слова у Тунгуса тут же затряслись поджилки.
Не желая смотреть на этого первостатейного труса, я тяжело вздохнул и толкнул его на диван, стоящий рядом с палатой Быкова. Тунгус распластался на диване и с ужасом проводил меня взглядом. Войдя внутрь палаты, я увидел пациента. Он был чернее тучи и смотрел в одну точку.
— Георгий Александрович, вижу вы уже ознакомились с содержимым папки?
— Ознакомился. — Зло выплюнул патриарх. — Всё это бред какой-то. Мой сын не мог этого сделать. Предательства, пытки вымогательства, подставы и подкупы? Если кто это и делал, то точно не Богдан. Я вырастил его человеком чести. Настоящим аристократом.
— Если не верите мне, то для начала давайте послушаем что расскажет сын вашего сослуживца.
— Какого ещё сослуживца? Дубровский. Что бы вы не говорили, я всё равно не поверю в эту чушь. — Устало сказал Быков.
— Ну и славно. Я вас ни в чём не убеждаю. Просто даю доступ к имеющейся информации. Несмотря на то поверите вы мне или нет, через два дня, я вас отпущу здоровым и невредимым. А звонить мы сейчас будем Зуброву Ивану Васильевичу. Насколько я знаю он спас вас во время совместной службы на границе
Нажав кнопку вызова, я позвонил Зуброву. Пара секунд ожидания и в трубке зазвучал громогласный бас.
— Виктор Игоревич. У вас остались какие-то вопросы к моему сыну?
— Иван Васильевич, вы, как всегда, проницательны. Мне нужно чтобы Ярополк взял трубку, и рассказал вашему старому другу о том, как Богдан заставил его присягнуть на верность роду Быковых. Друг, о котором я говорю, это Быков Георгий Александрович. Кстати, вы на громкой связи.
Услышав голос Зуброва, брови Быкова от удивления поползли вверх.
— Иван Васильевич. Если узкоглазый прицелился и бьёт.. — Сказал Быков и затих.
— Значит он промажет, косоглазый идиот. — Закончил фразу Зубров и оба засмеялись. — Проклятье, сколько лет я не слышал твой голос? Гошка, говорят ты там князем стал. — Весело пробасил Иван Васильевич.
— Есть такое. — Горько ухмыльнулся Быков понимая, что мои слова не были пустым трёпом.
Я позволил друзьям потравить байки полчаса, а после прервал разговор, попросив, позвать Ярополка. Ярополк десять минут рассказывал с голосом наполненным чувством вины о том, как его шантажом и угрозами заставили дать присягу. Услышав всё что нужно, я положил трубку.
— Всё это странно.. — Прошептал Быков, было заметно что сомнения поглотили его. — Должно быть это какая-то ошибка. Моего сына могли подставить. Или околдовать..
— Георгий Александрович. Никакой ошибки нет. Всё именно так как я говорю. Заодно посмотрите вот сюда. — Я передал ему лист бумаги.
— И что это? Смета какая-то? — Недовольно спросил Быков.
— Богдан пять лет назад купил яд. В это же время ваше здоровье начало стремительно ухудшаться. Понимаете, куда я веду? Ваш сын травил вас долгих пять лет, подмял под себя дела рода и начал пробиваться на вершину, не гнушаясь ничем на пути к мнимому величию. А эта «смета» как вы сказали, является документом подписанным маной вашего сына, а ещё посмотрите в правый нижний угол. Видите, там красный отпечаток пальца? — Видя как нахмурились брови Быкова я продолжил. — Верно, это кровь, ваш сын оставил её там как гарантию того, что контрабандист продавший яд, останется жив и Богдан не попытается его убить.
— Посмотри на себя Дубровский. Ты омерзителен. — Устало выдохнул Быков, хотя по его голосу чувствовалось что это последняя попытка к сопротивлению. — Пытаешься стравить нас сыном? Да я никогда в жизни не поверю, что мой сын мог меня..
— Георгий Александрович, а я и не прошу вас верить. Вы же маг крови, проверьте отпечаток. Уж вы-то точно сможете понять родная это кровь или нет. К тому же вы разумный человек и понимаете, что вас лечили пять лет и вам становилось только хуже. А как только я утащил вас подальше от ваших «лекарей», вы тут же пошли на поправку. Всего лишь жалкая пара дней и вы полны сил. Пять лет лечения и одной ногой в могиле. Задумайтесь. Совпадение ли это? Впрочем, давайте выслушаем ещё одного человека, и я от вас отстану. — Подойдя к двери, я открыл её и сказал. — Заходи.