Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 58 из 75

— Атакуйте Виктор Игоревич! Отсидеться не получится! — Ликующе выкрикнул Львов в момент, когда со всех сторон на него набросились сотни лоз.

Они окутывали его, сгорая в бушующем пламени, но лозам не было конца. Коричневые жгуты полностью опутали огненный шар постоянно сгорая и обновляясь. Так продолжалось около минуты, а после лозы перестали гореть. Львов конечно же не задохнулся. Он просто отозвал ауру и вместо этого взмахнул пламенным клинком прорубив себе путь на свободу.

— А вот это уже интересно! — Выкрикнул Львов, а через мгновение воскликнул. — Какого?

Вьюнок повилика опутал его ноги и стал жадно отжирать ману. Львов яростно зарычал и снова активировал ауру испепелив хищный сорняк. Вот только сорняк был лишь для отвлечения внимания. Позади Львова из стены проросли сотни лоз сплетаясь в один могучий жгут толщиной в два метра. Размахнувшись по широкой дуге, жгут рванул в атаку.

Разрезав зелёное облако многотонный удар врезался в спину главы рода. Пламенный барьер оказался бесполезен. Львова смял удар страшной силы и отправил в полёт к противоположному краю арены. Но старый лев оказался не так прост и всё же показал зубы.

Вращаясь в воздухе, он изменил положение тела и врезался в стену не лицом, а ногами. Ловко отпружинив вперёд, он в полёте сплёл заклинание огненной волны. Пламенная стена растянулась от одного края арены до другого и стремительно двинулась ко мне.

Подобные задачки я уже решал и всё что мне было нужно сделать, так это укрыться под костяным щитом, попутно окутав себя лозами. Так я и сделал. Я почувствовал, как волна пламени лизнула укрепление и прошла дальше, но, к сожалению, она была не одна. Следом за ней двигался разъярённый хозяин замка.

Огненный меч прорубил моё укрепление, как раз в момент, когда я развеял заднюю стенку и резко выпрыгнул в образовавшийся проход. Львов, не давая мне времени придумать новый план рванул следом. Правда это только он думал, что у меня нет плана.

Стены снова взорвались зелёным дымом скрыв меня из виду. Я обвил свой корпус лозой и швырнул себя в противоположный край арены.

А-ха-ха! А он настоящий зверь! Я не успел приземлиться на ноги, а Львов уже создал новую волну пламени, вот только он ошибся и запустил её в ту сторону, где меня уже не было.

Огонь выжег споры, и стало очевидно, что я скрываюсь на другой стороне арены. Отец Льва запустил ещё одну волну пламени, думая, что я снова повторю свой трюк с костяным барьером и коконом лоз. Вот только у меня был новый фокус.

В прошлый раз я заметил, что Львов экономит силы и раскидывает барьер максимально широко, но в высоту он не превышает пяти метров. Поэтому я просто притянул себя лозами к потолку и тут же атаковал. На этот раз Львова оплёл терновник, смешанный с деревом Хура. Сгорая в пламени, он выделял густые клубы дыма, которые не могли отравить главу рода, но создавали отличную дымовую завесу в замен сгоревшим спорам.

Снова опутав его с головы до ног, я дождался пока потухнет пламенная аура, а клинок разрубит лозы. Аура пламени Львова была слишком плотной и лозы сгорали, касаясь его, не имея даже возможности дотянуться до хозяина замка.

Львов понимал, что если продолжит тратить силы на барьер, то я выиграю, так как попросту не выпущу его. Поэтому ему приходилось развеивать барьер и пользоваться клинком, который мгновенно испепелял всё чего касался. Но как только он развеивал ауру, его снова оплетал вьюнок повилика.

Львов резко отпрыгнул в сторону и отточенным взмахом срезал сорняк, не дав мне выпить маны. Но в этом и заключался мой план. Со всех сторон на него набросились десятки вьюнков окутав с ног до головы. Пламенная аура зажглась, испепелив сорняки, но я так щедро зачерпнул маны, что господин Львов даже покачнулся.

— Забавно! Очень забавно! Покажи всё на что способен! — Заорал Львов, после чего по его каналам заструился какой-то невообразимый поток маны.

В воздухе появились тысячи рунных символов, образовав один огромный круг за спиной главы рода.

— Это печать заключает в себе магию всех стихий. Если ты сможешь выжить даже после этого, то считай, что я проиг.. — Договорить он не успел, так как позади появился корень и со всего размаха приложил его по черепу.

У обычного человека от такого удара сломались бы все кости, а Львов просто согнулся от удара и оскалился, стерев кровь, хлынувшую по лицу.

— Ты сам напросился!

Воздух загудел от сотен заклинаний, летящих в случайную сторону. Львов по-прежнему не видел, где я нахожусь, впрочем, я нигде и не задерживался дольше чем на долю секунды.

Лоза обвивает мой корпус и швыряет к потолку, там другая лоза перехватывает меня и отправляет к лево стене, оттуда к правой и так до бесконечности.

Я поражался запасу маны Львова, любой нормальный маг уже давно бы свалился без сил. А это чудовище продолжает атаковать так, как будто бой только начался. Следующие пять минут я сосредоточился исключительно на уклонении и подержании споровой завесы.

— Прекрати убегать! Дубровский! — Прорычал глава рода отдавая всего себя бою.

Время шло, а его заклинания вылетали всё медленнее, и их количество уменьшалось с каждой секундой. Перебросив себя на противоположную часть арены, я подгадал момент для того, чтобы досрочно закончить бой.

Четыре огромных корня рванули в атаку с разницей в долю секунды. Но всё пошло не по плану. Львов выпрыгнул вверх и заметив меня размахнулся чтобы швырнуть меч пламени.

Первый корень влетел ему точно по ногам, закрутив в воздухе. Извернувшись Львов послал в меня свой клинок за секунду до того, как сверху его припечатали ещё три корня. С грохотом рухнув на землю, он не увидел, что его клинок вспорол мне бок и пролетев дальше врезался в стену. Хорошо, что сегодня Грувдар был покладист, и ещё в форме брони он уже начал штопать рану.

Но несмотря на то, что дендроид меня лечил, крови я потерял не мало. Если бы я не изменил траекторию полёта, то меч перерубил бы мне позвоночник. Отличный учебный бой. Ничего не скажешь. Обмотав себя лозами, я собирался зашвырнуть себя к дальней части арены, когда Лев прокричал:

— Время!

Я развеял заклинание и споры осыпались прахом открыв моему взору Льва Львовича. Он сидел на песке и смеялся.