Закат 3

Глава 24

— Кого же ты видел? — спросила Соня. — Точно не померещилось?

— Нет, точно тебе говорю! Тень или тени. Они настолько быстро мелькали по коридору, что я не успевал их разглядеть. Раз и проскочила! Зуб даю! — перекрестился Петрович.

— К тебе они точно не заглядывали? — уточнила Соня, обведя руками его комнату. — Сюда.

— Один раз мне показалось, что кто-то стоит на пороге, но у меня здесь так грязно… К тому же запах. Нет, никто не заходил, — отрицательно покачал головой Петрович.

— Они не любят пьяных, — заключила Соня. — Тебе повезло, старче.

— Кто? — Петрович окинул комнату взглядом и остановился на трёхлитровой банке. Сиплый сделал два шага вперёд и встал между ним и ей.

— Вампиры, Петрович. Вампиры. А вот твоего непьющего коллегу они с удовольствием выпили. Теперь мне понятно откуда у вас столько пропавших. Никогда не задумывался, куда могут исчезать люди в замкнутом пространстве? — она щёлкнула его по лбу.

— Уезжали, наверное. Куда же ещё, — Петрович облизнул пересохшие губы. — Хотя пропадать они начали после того, как закрыли сообщение по монорельсовой дороге. Нет, не знаю. Сиплый, я выпить хочу! — его водянистые глаза неотрывно смотрели на банку с мутной жидкостью.

— Успеешь, сначала вспомни кого ты видел, — Сиплый не сдвинулся с места.

— Как я могу? Просто чья-то тень пронеслась мимо открытой двери. Запаха я не почувствовал, здесь он такой, что перебьёт все остальные. Двигалась тень с той стороны, — он показал в сторону противоположную лифту. Там у нас очистные сооружения находятся. Огромные баки в пустой пещере, больше ничего нет.

— И всё?

— Ещё есть кольцевой коридор для осмотра этих баков. Обычная металлическая конструкция, идущая вокруг гигантских баков. Они расположены в искусственной полости, выдолбленной в скале. Какой-то из них немного протекает с самого начала и внизу скопился примерно двухметровый слой воды, но он не повышается, значит течь внизу. Насосов нет, чтобы осушить дно, поэтому так и стоит. Высота баков метров семьдесят, а всей полости сто метров.

— И ты ходишь вокруг и смотришь? — догадалась Женька.

— Иногда. С фонарём! Смотрю на предмет целостности баков. Если что, каждый бак имеет скобы, по которым можно спуститься до самого низа. Мало ли придётся заварить трещину.

— Когда ты там был последний раз? — Мамонт не вмешивался, Петрович охотнее отвечал на вопросы Сиплого, чем на его.

— Два месяца назад, затем мне прислали интеллигента, и я отправил его на осмотр, — Петрович беспокойно потёр заросший подбородок и бросил взгляд в сторону вожделенной банки.

— И он оттуда не вернулся, правильно? — пытала Петровича Соня.

— Да. После этого через неделю закрыли монорельс и всё, баста, — развёл руками сантехник. Сиплый отошёл от стола, Петрович бросился к своей банке.

— Мне всё предельно ясно, — произнесла Соня. — Вампиры появляются внизу и распространяются по бункеру. Хорошо, если не по всем бункерам. Поэтому Лора и не видела их на поверхности. Что им там делать? Здесь намного интереснее.

— Стройная версия, — согласился Мамонт. — Но почему ты так уверена? Ты сталкивалась раньше с ними?

— Мой отец, он врач и однажды присутствовал на вскрытие человека, упавшего с большой высоты на оживлённую дорогу, где его ещё вдобавок переехал грузовик. С его слов клиент выглядел отвратительно.

— Надо думать, — фыркнула Женька. — Упасть под колёса с высоты. Счастливчик.

— Когда вскрыли его грудную клетку, то увидели два сердца и соответственно две системы кровообращения. И клыки. Сперва подумали, что его так расплющило и зубы просто выскочили, но клыки оказались на обычном месте. Размеры их отличались от обычных человеческих. Стоило только патологоанатому сообщить об этом главврачу, как через час за трупом приехали твои коллеги, Мамонт. И забрали его, а с врачей взяли расписки о неразглашении, — ответила Соня. — Отец никогда не врал, и то, что он рассказал нам с матерью, было чистой правдой.

—Разгласил всё же, — усмехнулся Мамонт. — Нехорошо, товарищ!

— Допустим. Вампиры, хотя…, — запнулась Наташа.

— Сейчас и кроме них хватает разных чудес, — напомнил ей Кощей. — Они выбрались из очистных сооружений, и после этого начальство перекрыло сообщение. Петрович, а где-то ещё такое происходило?

— С монорельсом? — Петрович занюхал свой рукав приняв четверть стакана своего «напитка». — Нет. Точно нет. Кроме четвёртого бункера, но там первый секретарь обкома партии закрылся спустя месяц после войны. Говорят, работает с документами. До сих пор. Вот здоровье у человека, ажно завидно!

— Поздравляю, замок нашёл достойный бункер. Ничего не скажешь, — расстроился товарищ Иванов.

— Нам бояться нечего, на нас защита, — успокоила его Женька. — Главное её не снимать.

— Ну и дела, — вздохнула Наташа. — Мало того, что начальство злющее. Так ещё и эти. Кстати, Серёга, а что же роботы? Они должны как-то реагировать на появление безбилетников?

— Если вампиры добрались до начальства, то может и нет, — пожал плечами Мамонт. — Я только здесь услышал о роботах. До этого момента я только читал о них в фантастических книгах. Их надо увидеть. Петрович, аллё?

— Бесполезно, — махнула рукой Соня. Сантехник в позе креветки отключился, повернувшись к стенке.

— Помогает политура. Надо взять с собой, — заметил Сиплый. — Отпугивает вампиров, а Петрович себе ещё нагонит.

— Петрович! — раздался громкий женский голос из коридора. — Я тебе блинчиков принесла! Петрович!

— Тсс! — прижал палец к губам Мамонт. Шаги приближались, кто-то шлёпал по гулкому металлическому коридору. Через несколько секунд в дверь заглянула женщина в чёрной спецовке. На левом нагрудном кармане была пришита белая материя с надписью от руки - Надя Иванова.

— Ой, а вы кто? — испуганно взглянул на собравшихся в комнате людей. — Что вы с ним сделали?

— Ничего не делали, он сам над собой эксперименты ставит, — засмеялась Наташа. — Заходи, мы не кусаемся.

— Я вас раньше не видела и одеты странно, — она непроизвольно пощупала свою чёрную спецовку.

— Опять что ли объяснять? — с ужасом взглянула Наташа на Мамонта. — Я так облысею. Так, женщина, ты кем здесь трудишься?

— Уборщица я. Не видно, что ли? — Кроха и Кощей стояли к ней ближе всех.

— Надя Иванова…, Надя хочешь большой и чистой любви? — брякнул Кощей. — Щучу, хочешь жить на поверхности в большом красивом замке?

— Кто же не хочет. Мы как крысы здесь. А вы, значит сверху будете? — она окинула Кощея взглядом.