Закат 3

Подойдя почти вплотную люди увидели молоточек на цепи возле калитки. Обессиленный от такого перехода Сиплый с трудом взял молоток и несколько стукнул по звонкой пластине. У самых ворот ветра почти не было, благодаря каменному карнизу и двум высоким стенам вырубленными в горе. Звук от ударов разнёсся далеко. Сиплый повторил процедуру и только когда он замахнулся в третий раз, дверка приоткрылась. Он чуть было не попал молоточком гному в глаз. Люди видели гномов впервые. Никто кроме Сиплого в нападении на убежище не участвовал, а сам уголовник сразу понял, чем там закончится и вовремя сделал ноги. Гномов разглядеть не успел. Невысокое создание на две головы ниже Сони и на три его самого вылезло из проёма калитки. Несло от него как от борова, пролежавшего в грязи неделю. Косматый, с заплетёнными намертво косичками, которые можно было только срезать. На его голове покоилось нечто среднее между ведром и шлемом крестоносца. Из-под металлического края шлема сверкали злые глаза.

— Чего надо? — Зорг предупреждал их, что гномы говорят на одном с людьми языке. Сейчас все общаются на одном, постепенно забывая свой родной.

— Мы замерзаем, можно у вас спрятаться от ветра? — как можно жалобнее произнёс заготовленную фразу Сиплый.

— На кой вы нам сдались, — последовал ответ. Такое тоже предусмотрели и в руки гному перекочевал золотой слиток. Золото по-прежнему ценилось, хоть в этом Зорг не ошибся.

— Да ну? — гном схватил слиток и сунул его себя в пасть хорошенько прикусив. Впрочем, такой хлеборезкой только так и испытывать согласился Сиплый. Вытащив слиток, он уставился на глубокие вмятины на металле. — Настоящее. Проходи.

Гном не стал кобениться, хотя у каждого был свой килограммовый слиток на всякий случай. Люди чуть ли не на животе пролезли в крошечную дырку и оказались в большом гулком зале. Понятно, что гномы не открывали большие створки в ночное время, а то так можно хорошо нарваться. Сиплый оглянулся и увидел трёх мирно спящих гномов и четвёртого, что их пустил. Слиток он уже припрятал, не желая ни с кем делиться. Правильно, подумал Сиплый. Только так и надо. Они прямо сейчас могли запустить сюда Зорга с товарищами, но решили осмотреться. Сами гигантские ворота запирались тремя не менее титаническими засовами перекрывающие створки ворот на разной высоте. Самый верхний засов покоился на высоте десяти метров. Наверняка существует механизм, не сами же они туда запихнули бревно в два обхвата, подумал Сиплый.

— Круто! — огляделась Соня. — Это вы сами такие силачи? — Она кивнула на запоры. Гном, дурачок, пойманный на тщеславии тут же, раскололся и показал на рычаг, который приводил в действие хитроумный механизм. Всё, больше им ничего знать не надо.

— Мы бежали от демонов…, — начал своё повествование Сиплый. Но гном махнул на него рукой, мол, совершенно неинтересно кто от кого бежит и зачем.

— Жрать хотите? — золотой килограммовый слиток разжалобил стального сердце гнома и видя кислые физиономии пришедших повёл и на нижний этаж в «столовку». — У нас там кормят круглосуточно. Но если вы захотите остаться у нас, вам придётся работать! Ваши живут на третьем этаже, после еды поднимайтесь по этой лестнице вверх. Там написано на стенах «люди» и дальше уже разберётесь сами.

— Спасибо, товарищ! — вцепился в руку гнома Леший и начал трясти её. — Чтобы мы без вас делали! Вы такой добрый и смелый! — Леший заговаривал гнома всю дорогу, покуда Штриху не удалось спереть всё из сумки гнома и сунуть ему туда булыжник для веса, найденный тут же под ногами. Вряд ли гном начнёт возбухать, но на этот случай рядом с ним «гулял» Калёный с уже приготовленными клинками, спрятанными в широких рукавах.

Накормили их от пуза вкусным борщом. Беглецы воздали похвалы поварам, но рассиживаться не стали и помня, что гном может в любую минуту поднять тревогу, полезли на третий этаж.

— Вот на хрена он вам сдался? — отчитывала Штриха Соня. — Вдруг спалимся? Я тебя тогда, Штрих, досуха высосу!

— Не надо тётенька, — жалобно заныл Штрих, но в глазах его плясали черти. — Я же должен поддерживать своё умение.

— Оно у тебя другое, ты руками жжёшь.

— Нет, к ним всё прилипает. Да чего у него там было, говно всякое. Камень какой-то, — Штрих показал голубой почти прозрачный камень.

— Дай-ка сюда, — скомандовал Сиплый и взял в руки артефакт. Это был именно он. — Артефакт, балда! Гномам, наверное, для охраны выдают. Это щит!

— Как ты понял? — спросил Леший.

— Я тебе сто раз объяснял, дядя. Я сталкер! Вижу такие вещи. Это щит, смотри! — Сиплый вытянул руку и в ней возник прямоугольный, немного вогнутый с полукруглыми краями голубоватый щит.

— Круто, пахан! — Калёный слегка ударил клинком по щиту. Возникли искры и Калёного откинуло на метр. — Цвет правда зашкварный. Голубой, тьфу ты. Чёрный бы по масти был.

— Ну, знаете ли, не в магазине, — засмеялась Соня. — Во, надписи! Первая конечно же «здесь был Вася». Никто и не сомневался.

— А это что? Свингеры? — прочёл Леший.

— О! Как бы тебе это объяснить, старичок, — засмеялась Соня. — Короче, терпилы здесь бабами меняются. Ну и этими…, прости господи. Неформалами.

— Я туда не пойду! — застыл на месте Калёный. — Что я потом братве скажу? С петухами спал в одной хате?

— Во-первых спать с ними никто не собирается. Нам нужна информация. Хочу о Мамонте узнать. Второе, главное не трогай их посуду. Ну и на шконку их не ложись, — приказал ему Сиплый. — Для дела надо!

— Сиплый, ты хоть и в законе, но за меня маляву потом пацанам зашлёшь. Мол, Калёный ничего не трогал и даже не разговаривал с ними! — Калёный был готов на всё. Почти на всё, кроме такого времяпрепровождения.

— Хорош тупить, главное не совокупляйся ни с кем, а то намотаешь болезнь какую, останется тебя только пристрелить. Или вот Штрих отрежет быстро, — Соня издевалась над бедным Калёном идущим следом на негнущихся ногах. Леший с хитрой рожей что-то шептал ему на ухо, отчего Калёному становилось только хуже. Штрих боялся поднимать глаза.

— А вот и петушатня, — заржала в полный голос Соня, увидев собравшихся у большого костра свингеров. Несколько человек не спало и попытались сфокусироваться своими синими глазами на говорящую девушку. От последнего слова они вздрогнули и с ужасом взглянули на вновь прибывших.

— Вечер в хату, — следом за ней заржал Сиплый, уже не беспокоясь о своём инкогнито. — Чем же вы, детишки здесь занимаетесь?

— Мы бросаем! — призналась девушка очень похожая на хиппи.

— Что? — подсела к костру Соня. — И куда?