Закат 3

Глава 10

Языки пламени от пылающих в очаге поленьев плясали на стенах зала, создавая причудливые тени. Напротив команды Мамонты сидели и лежали вокруг очага на лежанках не меньше полусотни человек. Две трети из них составляли мужчины, но всё в них выглядели какими-то неправильными. Грязные, косматые, вонючие. Понятно, что в этом холодильнике дела с горячей водой обстояли неважно, но всё же. Женщины выглядели немного лучше, но тоже как-то потаскано. Чем они вообще здесь занимаются? Зато глаза этих мужичков плотоядно раздевали женский пол, пришедший с Мамонтом. Нездоровый интерес сочился из глаз всего этого плотоядного сброда. Мамонту совершенно не понравилось, как этот сальный обмылок смотрит на его жену. Арсений нашёлся, крыса противная. Сергей повернулся к Наташе, у той на губах играла загадочная улыбка. Так-так, это что ещё за звери такие, свингеры?

— Серёга, — томно прошептала она ему на ухо заставив шевелиться самое сокровенное. — Свингеры, это те, кто меняется жёнами или подругами.

— Для чего? — так же на ухо прошептал ей Мамонт и не удержавшись лизнул мочку.

— Ты дурак совсем, что ли? Для этого самого, — она хихикнула. — Причём у всех на виду порой. А эти прямо здесь похоже занимаются, возле очага. О групповухе что-нибудь, слышал, деревня! — У Мамонта перехватило дыхание от такого «заманчивого» предложения. Он только на один миг представил как эти недоношенные подбираются к его Наташке…

— Пошёл бы ты на хуй с таким предложением, Арсений, — это Мамонт сказал во всеуслышание. Крысиная морда за сальными патлами недовольно сверкнула глазами. — Мы в ваш клуб не вступаем.

— Чё так грубо? — чья-то красная рожа показалась из-за Арсения, облепленного бабами как блохами. Боров в красной рубашке в крупную чёрную клетку с трудом поднялся с пенька, на котором сидел и угрожающе направился к Мамонту. Судя по информации от Ряхи, эти ребята вообще никуда не вылезали и единственный раз попали под зелёную аномалию. О белой и дополнительных способностях они даже не подозревали.

— У нас других вакансий нет, — похотливо улыбнулась женщина с впечатляющими формами и фингалом под глазом. Наверное, не захотела меняться, подумал Мамонт. Или, наоборот, менялась партнёрами очень часто. Скорее второе.

— Мы не спешим к вам устраиваться. Занимайтесь, чем хотите, только без нас, — заявила Кроха и добавила. — Грязные извращенцы.

— Мы к гномам шли, а не в ваш гадюшник, — добавил Валера и демонстративно сплюнул в очаг. — Развели здесь петушатник, понимаешь!

— Зря вы отказываетесь от нашего предложения. У нас очень дружная семья, — продолжил умиротворённо Арсений. Мамонт сразу просёк что он под синими грибами. Заторможенность в движениях и мыслях, желание только одного, валяться рядом с очагом и ничего не делать.

— Вот и живите себе, вам самих себя мало? — хохотнула Женька.

— И будем. Раз ваши мужики не хотят, то мы их вычёркиваем. Да, братва? — боров в красной рубашке подошёл почти к Мамонту с Наташей. — Пойдём со мной, краля. Такого ты ещё не видела! Я, знаешь, как могу! Ух!

Как именно он может из команды Мамонта никто не узнал. Потому что Сергей, не вставая с места откинул борова своим кинетическим толчком точно в середину очага. Детина никак не ожидал такого поворота и пролетев пять метров от сильнейшего удара в солнечное сплетение влетел задницей в костёр. Задыхаясь от накатившей боли, он мычал и чувствовал, что подгорает. Выбраться сразу из кучи наваленных брёвен боров не смог, и начал орать как ведьма на костре инквизиции. Первой этот жирный свинтус надоел Женьке, и она прихлопнула его вместе с костром. Гравитационный удар, поразивший его с потолка, покончил со страданиями, с ним самим и очагом, превратив всё в лепешку тлеющих углей. Зал тотчас погрузился в сумрак. Наступила гробовая тишина. Угли кое-как освещали сидевших рядом с остатками очага, в частности гнусную рожу Арсения с выпученными глазами.

— Да, такого я ещё не видела. Слышь, педрило лохматое, видал как твой партнёр откинулся? — заржала Наташа. Её громогласный смех отразился от каменных сводов зала и многократно усиленный врезался в уши Арсения. Кроха и Женька не заставили себя ждать и тоже поддержали подругу. Товарищ Иванов, чтобы окончательно поставить точки над «i», запустил свою фирменную шаровую молнию точно над бывшим очагом. Сверкая протуберанцами, она как волчок крутилась на высоте пяти метров освещая зал.

— Всем сидеть полчаса и не двигаться! — строго сказал он. — Кто будет дёргаться, сдохнет!

— Да что вы себе позволяете! — гневно пискнул Арсений и вскочил, разбросав своих дамочек не первой свежести! Одна просто завалилась на бок, и Мамонт увидел у неё вместо белков глаз синие склеры. Вторая просто клюнула носом в очаг и пролежала на углях секунд тридцать пока её нервные окончания не сообщили ей о постигшей девушку неприятности. После чего она завизжала и тоже вскочила следом за Арсением. Молния товарища Иванова сработала сразу. Своего хозяина и его друзей она не трогала, а вот извращенцам прилетело. Два белых протуберанца тотчас выстрелили в недовольных. Девушка получила разряд точно в лоб. Кроха потом клялась, что видела, как из её ушей посыпались искры, а следом повалил дым. Мамонт тоже видел дым, но искр вроде не было. С Арсением вообще всё плохо получилось. Короткий и мощный протуберанец пробил ему не заросший ещё наверняка родничок. Вот у него точно посыпались искры из глаз и сальные волосы встали дыбом. Он как стоял, так и рухнул в очаг и начал тлеть.

— Я предупреждал. Всем сидеть полчаса! — недовольно произнёс агроном.

— Ариведерчи! — Наташа помахала им рукой и грациозно поднялась, помахивая круглой попкой направилась к выходу. — Пойдём, Серёга. Скучно здесь с ними!

Молния нас конечно же не тронула. Все, кто пришёл с Мамонтом вышли из зала, который начал остывать. Да, вышли эффектно, согласился Мамонт. Он не хотел их убивать, но так получилось. Теперь пусть выбирают себе нового Арсения для половых утех. К основной команде Мамонта присоединилось ещё несколько человек спасённых от паука. Коля начал бурно восхищаться, стоило им только выйти в коридор.

— Охренеть чётко! Красавцы. А этот чмошник как в костёр улетел, класс! Просто огонь, Арсений этот, раз, бамс и без башки остался! Дымится такой, стоит, дятел!

— Вообще-то это убийство, — вздохнул Матвей Ильич. — Сто пятая в составе группы с особой жестокостью. Но…, как красиво, чёрт подери! А от вас товарищ Иванов я не ожидал такой изощрённой пытки. Юноша, пардон, обделался же уже в костре.