Страница 37 из 76
Гоблины ворвались в строй магов и началась рубка в ближнем бою. Картаполов испуганно полз назад, стремясь скрыться от происходящего безумия. Слева мелькнула фигура Дубровского, мгновенно приковав к себе внимание Картаполова.
— Держать строй! — Выкрикнул Дубровский и в этот же момент Львов с Оболенским встали, рядом помогая оттеснить гоблинов назад.
Мысли Михаила метались словно бешеная крыса.
Дубровский стоит передо мной. Все отвлечены, лучшего момента не придумать! А что, если я выстрелю и привлеку внимание гоблинов? Они ведь перережут мне глотку. Миша, очнись! Ты и так сдохнешь, если не убьёшь Дубровского. Сейчас или никогда!
Картаполов вытащил пистолет и направил его в спину Дубровского. Дрожащую руку кидало из стороны в сторону, поэтому он перехватил пистолет второй рукой. Слева метнулась истошно визжащая зелёная тень. Гоблин взмыл в воздух замахнулся мечом на Картаполова.
— Ааааа! — Испуганно закричав Михаил выстрелил в зеленомордого снеся ему половину черепа, а через мгновение его придавило телом гоблина.
* * *
В дали зазвучал горн. Три оставшихся гоблина одумались и попытались отступить, но кто же им позволит?
Как только сражение закончилось, Мышкина всхлипывая вцепилась в мою руку. Так испугалась гоблина, который шел её прикончить? В академии она выглядела куда храбрее чем сейчас.
Оглядев поле боя, я, мягко говоря, был шокирован. Один погибший, два преподавателя ранены, вместе с ними тяжелые ранения получили двенадцать студентов старших курсов, и семеро первокурсников.
Рябинин лежал на земле и тяжело дышал, несмотря на то что над ним колдовали два лекаря. Рядом с ним был, и маг, открывавший для нас порталы. Окровавленная голова, смотрит в пустоту, шепчет что-то невнятное.
— Отойдите. — Приказал я стальным тоном двум лекарям, и они без вопросов отступили на шаг назад. — Грув, твой выход.
Из наруча древесного доспеха проросла лоза и потянулась к стреле, торчащей в груди профессора. Мощным рывком выдрала острие с зазубренным наконечником, а после зашила рану.
Спустя пару минут профессор пришел в себя, коротко кивнул мне, как будто говоря «я твой должник», а после поднялся и стал организовывать оборону.
Маги земли возвели над нами земляной купол, а маги огня осветили получившееся убежище.
— Остановимся здесь. Нужно оказать помощь раненым, после пойдём по намеченному маршруту. — Сухо сказал Рябинин.
— В смысле пойдём дальше? У нас вообще-то погиб студент! Надо возвращаться назад! — Взвизгнул Егор Огнёв, держась за раненую руку.
— Представь себе парень, маги тоже умирают. А вы думали, что выход в изнанку, это лёгкая прогулка? Будете тут бабочек ловить и шашлыки жарить? Очнись. Здесь тебя может прикончить любое растение, я уж молчу про живность. Нам не повезло наткнуться на гоблинов, обычно они живут на более глубоких слоях изнанки. Гибель вашего товарища будет хорошим уроком, и вы навсегда запомните, чем заканчивается паника или желание выделиться. — Сказав последние слова он обвёл нас взглядом.
Бодрая речь, в ней есть здравое зерно. НО! Профессору и самому следовало бы задуматься о том, что в его долбанном экспедиционном корпусе не было ни единого разведчика.
Да студентов на разведку не отправишь, ведь с большой вероятностью они могут погибнуть, но и двигаться без разведки чистое самоубийство. На крайняк отправил бы на разведку Огнёвских химер.
Хотя не мне его осуждать. Я ведь мог выпустить Клювика и обнаружить гоблинов раньше, чем они атакуют. Почему я этого не сделал? Не знаю, просто хотел спокойно заниматься сбором информации и не отсвечивать. Но всё, как обычно, пошло не по плану.
Слева от меня лежал парень с рубленной раной на боку. Землю заливала кровь, которую никто не пытался остановить. Лекари поставили на парне крест и побежали спасать тех, кого ещё можно спасти. Увидев эту картину, Мышкина ещё крепче вцепилась в мою руку.
— Вить, помоги ему, ты же можешь? — Дрожащим голосом сказала она и посмотрела на меня с надеждой.
Могу? Увы в моём арсенале нет никаких исцеляющих заклинаний. А растения какие я способен воссоздать, подобное кровотечение не остановят. Парень нежилец. Если только Грув не починит его.
Приказал дендроиду исцелить бедолагу, но, к сожалению, чуда не случилось. Грув израсходовал запас сил и сейчас мог лишь поддерживать форму древесного доспеха.
— Его уже не спасти. — Ответил я Мышкиной, а парень, лежащий на земле, дёрнулся в предсмертной агонии и затих.
Мышкина тихонько зарыдала. В академии она была такой бойкой, умной и смелой, а здесь увидела пару смертей и оказалась к этому не готова. Слабая девочка в жестоком мире. Эх, какого чёрта ты увязалась за нами? Тяжело вздохнув, я осмотрел Льва и Оболенского.
У Гриши неглубокий порез на ноге, а Лев отделался фингалом под глазом. Увидев, что я на него пялюсь, Лев пояснил.
— Да я гоблина теснил назад, а старшекурсник оступился и падая со всего размаха ударил мне в глаз. Я из-за этих искр чуть кинжал в брюхо не схлопотал от зелёного. Но Гриша подстраховал, красавец. Оболенский, я твой должник. — Усмехнулся Лев и протянул руку Грише.
Среди остальных магов выделился Ершов. Кто-то сидел с унылым видом. Кто-то скулил о том, что не стоило записываться в экспедицию. А кто-то пытался выглядеть спокойнее чем был на самом деле. Правда таких храбрецов выдавала дрожь, пробегающая по телу.
А Ершов был сделан из другого теста. Он молча сидел на земле и отчищал от крови свою шпагу. Спокоен, держит эмоции под контролем. Львов, конечно, силён, но именно Ершов заслуживает первого места в рейтинге.
— Ты отлично сражался. — Сказал Огнёв старший, подойдя к нашей компании. — Я видел, как ты со своими друзьями теснил зелёных. Достойно, даже очень. Никогда бы не сказал, что ты первокурсник.
— Твои химеры тоже выглядели занятно. — Я ответил любезностью на любезность и посмотрел за спину собеседнику. Там стоял Егор и с обидой пялился на нас. — Ты уверен, что сейчас не предаёшь своего брата? Судя по его лицу, он крайне недоволен. — Спросил я, кивнув за спину Ильи.
— Он не умеет держать язык за зубами, поэтому часто встревает в разного рода передряги. А я предпочитаю дружить с сильными людьми, а не конфликтовать. — Илья улыбнулся и протянул мне руку. — Предлагаю забыть обиды и начать всё с чистого листа.