Закат

Глава 12

— Старик, мы нашли их следы. Замело конечно по беспределу, но примерное направление знаем, — мужчина задумчиво смотрел в окно на бескрайнюю снежную равнину, оживающую под сильными ветрами. То и дело возникали маленькие вихри, смерчи, бураны из пепельно-серого снега и причудливо гонялись по полю. Также из окна была хороша видна вышка, на которой ещё неделю назад стоял часовой, сейчас же сидели два идиота-наблюдателя и резались в карты. Им всё было нипочём, ни мороз, ни пронизывающий ветер. Всяко лучше, чем в бараке, где из них сразу сделают отбивную. На горизонте виднелся выжженный дотла посёлок с высоко торчащими печными трубами. Углубляться в вопрос почему они сгорели, а колония нет, он не пожелал. Значит так надо.

Мужчина любил, когда его называли Стариком, ему прибавляло солидности в собственных глазах. Он рано поседел неизвестно от чего, и теперь выглядел внушительно, особенно кустистые седые брови делали из него былинного богатыря, особенно в профиль. Густые усы, свисавшие по подбородку, прибавляли мудрости и вообще он был весьма собой доволен при своих неполных шестидесяти годах. Две трети которых он провёл за решёткой. Первая ходка далась ему нелегко, но он быстро освоился, и вечно достающий его мелкий карманник внезапно умер. После этого старшие приметили многообещающего юношу, и Старик пошёл вверх.

К уголовнику, устроившемуся в покоях бывшего кума колонии строгого режима, подошёл его «близкий». Высокий худой средних лет мужчина с вечно простуженным голосом и поэтому он замотал своё горло шейным платком думая, что это поможет. Его глазки постоянно бегали не в силах остановиться отчего создавалось впечатление о его вороватости. Кликуха у него была в масть, Сиплый.

— Далеко ушли? — Старик любил роскошь, хотя по своим собственным законам воры не должны так открыто предаваться гедонизму. Коллеги по цеху нашли ему богато расшитый золотыми нитями синий парчовый халат. Раньше он находился в костюмерной театра, а теперь в нём щеголял Старик. Воровской уклад ушёл в прошлое, теперь он сам придумывал правила. Главное правило гласило, Старик всегда прав. Если не прав, то смотри пункт номер раз. Если раньше преступное сообщество СССР формировалось исходя из реалий одной шестой части суши планеты, то сейчас Старик был сам себе глава и ни на кого не оглядывался.

— Порядочно, без проводника не найдём, — просипел Сиплый. — Мы уже семнадцать человек потеряли в аномалиях. Они зону облепили как блохи собаку.

— Зови нашего пёсика, надо перетереть за его дружбанов, — вальяжно повёл кистью Старик.

— А он здесь уже, ждёт. Позвать? — Сиплый изогнулся вопросом, ловя каждое слово пахана. Сиплый не был дураком и сел сам. Бывает и такое. Ранее планировав многочисленные налёты и ограбления, он всегда выходил сухим из воды. Под его началом находилась довольно результативная группировка в народе, называемая бандой. Сиплый лично планировал налёты получая информацию из множества мест. В общак отчислял, со всеми вёл себя ровно. Но старшие товарищи посоветовали ему разок посетить зону, без этого криминальное образование не считалось оконченным. Сиплый прекрасно знал всех и по воле, поэтому слыл в авторитете. Его то как раз и необходимо было закрепить ходкой. «Попавшись» на мелочи, он получил три года и его по просьбе Старика отправили к нему. На днях Старик с группой лиц обличённых авторитетом собирался пожаловать высоким воровским званием Сиплого вручив ему корону, но случилась война. Сиплый так и остался со Стариком прекрасно понимая, что сила у него. Старик же был рад, что рядом с ним такие люди. Сиплый и правда был умён и подсиживать Старика не собирался. Таким образом у них сложился взаимовыгодный симбиоз.

— Зови и побудь сам. Послушай, как ты умеешь. Доверия у меня к нему нет, мало ли пейсы нам крутить собрался.

— Будет сделано, — Сиплый зловещей тенью на стене от пылающей буржуйки метнулся на выход и спустя мгновение вернулся, подтолкнув вперёд себя молодого парня. Того самого Дмитрия, солдата-срочника.

— Здрасьте, — тот встал в пяти шагах от восседающего на троне (также из реквизита театра) Старика.

— Забор покрасьте, сядь, — он указал ему на стул. — Так это ты, служил вместе с тем лейтенантом?

— Да, Старик, — Дмитрий не знал куда деть свои руки. — Я.

— Почему думаешь, что это он завалил моих ребят? — Старик внимательно следил за мальчиком. Сломать ему его было проще простого, но Сиплый сказал, что он обладает какой-то очень важной способностью. Видит вроде аномалии и пока ни разу в них не вляпался, короче его пока нельзя трогать.

— Сам видел. Я спрятался в пустом доме, когда ваши подломили магазин. Девок там трахнули, остальных порезали, — Дмитрий поджал нижнюю губу, его крысиное лицо стреляло глубоко посаженными глазками по сторонам отмечая роскошь. На столе перед Стариком стояла даже ваза с фруктами!

— Мне неинтересно что они там с девками делали. Их дела, — на самом деле ему было очень интересно, но с годами это у него получалось всё хуже и хуже. Конкретно за тот случай ему уже в красках живописал Сиплый.

— Да? А как же изнасилование, я слышал, что за это на зоне…, — Дмитрий не успел договорить и получил леща.

— Засохни, дятел! — Сиплый поднял руку и раскрытой ладонью нанёс удар по башке Дмитрия. — Ты кто такой, сявка, чтобы пацанов фаршмачить? Кому надо, те разберутся. Говори, что видел и живым выйдешь отсюда. Выводы без тебя сделают, — угрожающе прошипел Сиплый держа в руках заточку. Когда надо он мог мигом скинуть личину интеллигента и запугать клиента. Что касается изнасилования, то бывали случаи, когда севшего по этой интересной статье ещё умудрялись и короновать.

— Да я чего, ничего. Хотят, их дело. Короче одного из них завалил лейтёха из автомата. Второго похоже тоже он, но я уже не видел. И потом он растяжек развесил внутри, ваши люди напоролись на них. Значит ещё минус два. А чего считать, все на его совести, — уверенно кивнул солдатик.

— Дальше, — Старик закурил «Беломор».

— Дальше они в окно сиганули, а ваши за ним. Девка у него есть из местных. Она такая же, как и я. Мы видим аномалии, так она завела ваших в красную аномалию, и они сгорели. Как погибли остальные не видел, но, наверное, Мамонт опять приложил руку.

— Понятно, мне уже передавали твой рассказ. Что за способность такая у тебя и у неё?

— Мы видим определённые области, что образуются на снегу или земле от облаков. Какие безопасные, а каких надо обходить десятой дорогой, — заметно нервничая признался Дмитрий.