Страница 16 из 126
Им выделили помещение почти такое же, как у Нины и Антона, за исключением того, что они не были заперты тут насовсем и могли покинуть его в любое время. Октавия Асмирату милостиво разрешила им ходить по Иллариону, куда вздумается, только не забывать надевать защитные костюмы — вне этого помещения атмосфера не подходила для особей их вида.
— Крис, — весело обратился к ней Бобби, когда она закрепила косу магнитной резинкой, — если мы выберемся…
— Если? — Крис повернулась к нему и скрестила руки на груди. — Не если, а когда! — притворно надувшись, поправила она.
— Ладно, когда… — он дерзко ухмыльнулся, — когда всё закончится, выйдешь за меня замуж?
Крис на мгновение растерялась, но этого мгновения хватило, чтобы Бобби понял: она восприняла его слова всерьёз.
— Мечтай! — бросила она и ткнула пальцем в сторону его планшета. — Работай давай. Жених! — Крис рассмеялась и снова отвернулась, благодаря космос за то, что на её коже не видно, как она на самом деле покраснела от его слов. Сердце в груди стучало как сумасшедшее.
— Ну, правда, — Бобби встал. — Я на «Гауссе», когда нас выкинуло в космос, когда помогал тебе с рукой, не врал. Я серьёзно.
— Не подходи, — предупредила Крис, встретив его взгляд в зеркале. — Поживём — увидим, ладно? Надо понять, как связать бортовую систему «Гаусса» с чипами «Пегаса». Всё остальное потом.
Бобби снова сел, уткнулся в планшет и загадочно улыбнулся. Откуда-то он уже знал, что их чувства по-настоящему взаимны, и пока ему этого было достаточно.
Проводка искрила, гравитация то и дело выключалась, прерывая идущий на мостике бой.
— Что случилось? — воскликнул До Хань Линь, упавший с потолка после отключенной гравитации. В отличие от остальных, его падения не были чем-то хаотичным, он умело координировал своё тело и как кошка вставал на ноги, как бы его ни перевернуло. Прямо сейчас он приземлился рядом с Гидеоном, помог ему подняться и активировал свой клинок, который не использовал с момента защиты Чехова и команды на «Авроре». Налетевший на них Юмаради напоролся на клинок и упал — одежда в месте удара окрасилась ярко-оранжевым. Рядом той самой тростью, которую советник Линь когда-то давал Чехову, сражался Родденберри в компании с Лагости Аки.
— Прорвали оборону, — ответил Гидеон. — Прикрылись проходящими транспортниками. Корабль, на котором мы прибыли, взорван, в этом где-то пробоина, из охраны в живых уже никого, — он перезарядил бластер и выстрелил в ещё одного, вбежавшего в этот момент на мостик. — Пока нас спасает только то, что они шныряют по кораблю.
— По дороге сюда, мне показалось, что их не так уж и много. Это спланированная прицельная акция небольшим отрядом. Если разрыв в обороне исправили, у нас может получиться, — ответил До Хань Линь, протыкая ещё одного врага.
Многие из тех, кто сражался в этой войне, впервые видели Юмаради так близко. Представления о них разительно отличались от их настоящего облика — это были кочевники, собравшие в своих рядах столько видов и рас, что конфедерация едва ли могла насчитать столько союзных субъектов. Казалось, беспорядочные путешествия по галактикам, периодические набеги и захваты тех или иных ресурсов, мелкое воровство и контрабанда, должны были отразиться на всех участниках: никто точно не ожидал увидеть в Юмаради одетых в единую форму смелых и имеющих свой кодекс «пиратов», а не оборванцев в лохмотьях с сомнительными целями и идеями. Это смешало ряды многих серьёзных отрядов и армий и в первую же фазу войны дало шанс Юмаради выиграть с десяток в теории провальных для них сражений.
— Господа, — Лагости Аки и Родденбери разобрались с противниками со своей стороны и присоединились к Гидеону. — Отступать некуда, за нами управление кораблём, — у Лагости в руках искрила электрическая бита, и он, оценив оружие всех присутствующих, покосился на бластер Гидеона. — Надо бы что-то поцелесообразнее.
— У меня есть, — До Хань Линь завёл руку за пояс, коснулся ремня и, обхватив ладонью что-то в воздухе, извлёк из режима маскировки ещё одну трость с острым наконечником. Она щёлкнула и разложилась на полтора метра, когда До Хань Линь протянул её Гидеону.
— Не слишком? — Гидеон отступил, чтобы видеть оружие полностью.
До Хань Линь дважды сжал рукоять в руке, и трость укоротилась вдвое.
— Так нормально? Справишься?
Гидеон усмехнулся, принимая трость.
— Не быть мне первым Советником, если я этого не смогу. Спасибо.
В коридоре раздавался топот, шум и крики, но никто не сражался, что могло значить только одно — они остались вчетвером. До Хань Линь переглянулся с Лагости Аки, потом глубоко вздохнул и занял боевую позицию.
— Да поможет нам Будда.
— Хватит болтать! — чей-то писклявый голос врезается в голову и раскалывает её надвое. Глухой удар, вскрик, шаги и пиканье каких-то систем.
— Эй! Товар сказали не портить! — высказался другой, каркающий, неприятный и не менее болезненно попадающий в мозг.
— А чё такова? Всё равно цветку всех скормят.
— Как приказано, так и сделаем, — сказал, как отрезал второй.
Лар с трудом открыл глаза — сквозь гул в голове, усилившуюся боль и тошноту проступили ощущения шершавой поверхности под ладонями, бледно-голубой навязчиво мерцающий свет заискрил на ресницах. Он обнаружил себя на четвереньках в клетке, где нельзя было ни выпрямиться, ни лечь в полный рост, система блокировки здесь явно носила характер ограничения на использование способностей любых рас, и Лар впервые ощутил радость и гордость за то, что частично является человеком. Не обладая какими-то особыми способностями, люди всегда находились будто бы вне общей био-технологической системы. Это была их слабость, и это была их сила. Лар попытался коснуться лица и тут же отдёрнул руку — кожу жгло, а нос, казалось, сравнялся с лицом и больше не был похож на нос вообще.