Последний рубеж

— Всем отойти с точки старта, уйти с траектории прыжка, остальные стреляйте по ним, по топливным бакам.

Все на мостике засуетились, занялись делом, Лагости провёл ладонью по голове и прикрыл глаза, когда корабли Ауро перешли в варп.

— Связной, отследите траекторию корабля Барнибила Эс.

— Выполняю, — откликнулся тот и сразу растерянно добавил. — Я не понимаю… точка выхода корабля главы Ак-Ауро за вторым поясом, через пятьдесят километров… В этом есть какой-то смысл?

Лагости нахмурился, взглянул из подлобья на смотровое стекло, на выведенную на него сводку, и вздохнул, шумно втягивая воздух — жабры его при этом раскрылись и сложились снова.

— Пусть генерал Алука Ард возьмёт десять наших крейсеров и один от Акари, — приказал он, — пусть делают прыжок вслед за ушедшими кораблями и сделают всё, чтобы захватить их. Главу Ак-Ауро брать живым.

— Десять? — удивился связной, но вдруг осознал, что переходит границы и бросился выполнять приказ. Генерал на той стороне сразу дал согласие, и ещё одиннадцать кораблей покинули зону конфронтации ровно в тот момент, когда ригелианцы выстрелили по оставшимся кораблям Ауро.

Торпеды влетели в топливные баки ближних крейсеров врага, только вспыхнули почему-то слишком ярко — лишь несколько минут спустя стало ясно, что вспышка не принадлежала торпедам. Белый свет промчался волной, что-то гулко стукнуло о щиты, а затем ещё и ещё и ещё… Ауро ответили.

— Началось, — подумал Лагости.

Связной обернулся к нему с широко распахнутыми глазами.

— Глава, вокруг внутренней части астероидных поясов появилась сфера. Мы потеряли связь с нашими кораблями и с исследовательскими кораблями «Новой Земли».

— То есть как? Почему?

— Компьютер не может определить, — ответил офицер у штурвала, — сфера защищает что-то внутри. Материал неизвестен. Сфера блокирует любую связь.

— Мы можем хотя бы наблюдать, что там? — спросил Лагости.

— Нет. Мы ничего не видим. Не слышим. И вероятнее всего не сможем туда попасть.

Лагости облокотился на ручку кресла и приложил ладонь ко лбу, совершенно по-человечески. Он научился этому жесту у Гидеона, и чувствовал, что сейчас этот жест отражает его состояние в полной мере.

— Следите за боем, контролируйте ситуацию, — устало сказал он, — и отправьте несколько кораблей к границе сферы, пусть узнают хоть что-нибудь.

Золотая шпилька приближалась, росла и росла, пока не превратилась в нечто похожее на шило: длинная тонкая игла в несколько сотен метров и широкая длинная ручка с пимпочкой наверху. МАРИ определила у ручки сложный внутренний механизм и обозначила незаметную глазу сферу в районе перехода ручки в иглу. При детальном рассмотрении оказалось, что наверху ручки есть не только пимпочка, но и платформа, от которой по корпусу прямо в сферу уходит лифт. Пимпочкой на деле оказалась выходившая вверх шахта лифта.

— Вы это видите? — спросил Ричард. — Подозрительно по-человечески.

Их с Кристиной изображения мерцали в окошках по обе стороны от медленно вращающегося огромного шила на смотровом стекле «Пегаса».

— Да, странно, — согласилась Нина.

— Мари, что это? — Антон посмотрел на Нину и встретил в её глазах тот же самый страх и то же самое предчувствие, что было и у него.

— Это древнее устройство извлечения Пунру Тан, — ответила МАРИ, — ресурса редкости фиолетового уровня, а так же устройство терраформирования и создания кислородной атмосферы на планетах непригодных для жизни. Устройство в рабочем состоянии, не активировано, в сфере подходящая для людей атмосфера.

— У неё есть панель управления? — уточнил Антон.

— Внутри сферы, — сказала МАРИ. — Сфера прикрывает платформу, состоящую из растительного материала, не опасный подвид мха. Остальная информация недоступна.

Антон растрепал пальцами волосы и вздохнул — «шило» в смотровом стекле неумолимо приближалось, а на сводке кренилось, ложась на бок. Оно, судя по всему, двигалось вокруг собственной оси.

— Так, ладно. Тянуть смысла нет, — Антон встал и склонился к смотровому стеклу, опираясь руками на панель управления по обе стороны от штурвала. — «Пегас» сядет на платформу. Я с ключом спущусь вниз и посмотрю что там, вы…

— Нет!

— Нет! — одновременно сказали Ричард и Нина.

Антон снова вздохнул.

— Ты не можешь пойти со мной, Нин, кто-то должен остаться здесь и следить по связи.

— Я… — начала было она, но МАРИ перебила её.

— Я бы тоже не советовала вам идти, лейтенант, из-за вашего…

— Ладно, ладно! Я не пойду! — прикрикнула на неё Нина, а потом сняла кулон и демонстративно отдала его Антону. — Но ты должен кого-то взять с собой. Пожалуйста…

— Меня, — сказал Ричард, отвлекая Антона от закономерного вопроса МАРИ. Что такое она там не договорила Нине? — Я пойду.

Антон стукнул ладонью по панели управления.

— Нет. Как ты пойдёшь⁈ Во-первых, ты единственный пилот на «Ястребе» и единственный пассажир вообще. Останься. Во-вторых, мало ли что. Поможешь Нине. А ты, Кристина, — он перевёл взгляд на окошко связи с «Гауссом».

Кристина подняла руки раскрытыми ладонями вперёд.

— Я и не собиралась, мне проще тут, понаблюдаю… я уже однажды ходила с вами, майор. Мне не понравилось.

Антон усмехнулся и кивнул.

— Мари, включи автопилот, скорректируй курс и посади нас на площадку, которая находится в верхней части «Извлекателя». Или в нижней… — он склонил голову. «Шило» перевернулось. Теперь ручка была внизу, а игла торчала остриём вверх.

— Выполняю.

«Пегас» ускорился, обогнал «Ястреб» и «Гаусс» и вышел к платформе. Антон сел в кресло пилота, позволил ремням пристегнуться, и почувствовал, как где-то под ними корабль выпустил шасси.

— Мари, присоски на шасси и опоры. Синхронизируй гравитацию корабля с гравитацией «Извлекателя».

— Выполняю.

Нина вцепилась в подлокотники кресла до побелевших костяшек пальцев и прикусила губу. Антон улыбнулся, а потом протянул руку и погладил её по щеке.

— А твоё плечо? Ты ведь ранен… — жалобно проговорила она.

Антон прикрыл глаза. Да, ранен, ну и что? Плечо левое, а рука правая ещё работает. Боль — это то, что в текущей ситуации не помеха, а возможное спасение жизни. Рычаг, за который можно будет цепляться в случае чего.

— Уже давно понятно, что тем, кто спустится туда, должен быть я. Это не обсуждается, — сказал он. — Если что-то случится, кто-нибудь, или ты сама спуститесь за мной. Мари, это ведь не будет проблемой?