Последний рубеж

Мейксанейро долго молчал, потом сказал.

— Мне следовало догадаться.

На некоторое время между ними опустилась тишина — не напряжённая, но и не спокойная. Как братья, как флёрсарин, они чувствовали друг друга и не могли не принять живые эмоции друг друга, не найти друг в друге то общее, чего раньше не видели. Мейксанейро неотрывно смотрел на брата, думал и думал, но Лар не читал его мыслей и не хотел их знать, лишь чувствовал, как эмоции откликаются в них обоих.

— Ты хоть понимаешь, что сделал на Ауро-эс? — неожиданно спросил Мейксанейро, меняя тему.

Лар покачал головой.

— Я правда ничего не помню.

— Искренность за искренность, — Мейксанейро сел напротив него, — ты вобрал в себя мощь умирающей планеты и цветка. Цветка перерождений, пусть и извращённого Ауро. И в этот момент с тобой был человек.

— Ну и что? Мне от этого не легче, — ответил Лар. — Когда мы попрощались с тобой, Ричард Нейтан отвёз нас в систему Исса, где мне сделали стабилизатор, я мог обходиться без тебя, использовать силу. А что теперь? Стабилизатор уничтожен, и сделают ли мне новый, ещё вопрос. И получится ли его сделать вообще.

— Стабилизатор уничтожен, потому что он тебе больше не нужен. Ты ничего не помнишь, но твои воспоминания целы, они лежат глубоко внутри, и я могу их посмотреть.

— Можешь или уже? — Лар состроил скептическую мину. — Ты уже сделал это, как всегда и без разрешения.

Мейсанейро поджал губы.

— Да. Каюсь. Это правда. Но ты действительно должен это видеть, ты должен, Ларсион.

— Мейс… — сказал Лар, но взглянул ему в глаза и передумал. — Ладно, показывай.

На смотровом стекле в двух окнах транслировалось изображение с «Гаусса» и «Ястреба».

— Так, — сказал Антон, останавливая поток объяснений. — Всё по порядку. Гидеон отправил вас сопровождать нас в точку назначения. Почему он? Почему не адмирал?

— Она без сознания, — сказала Крис и тут же, предупреждая его вопросы, добавила. — Она жива, ей ничего не угрожает.

— Ладно, но я всё равно не понял, почему Гидеон отдаёт распоряжения за неё?

Кристина переглянулась с Бобби, Ричард заметно замялся.

— Это очень любопытная история… — произнёс Ричард.

Крис прикрыла рот рукой.

— Пока вы были вне доступа, мы с Бобби поженились.

Нина ахнула.

— Крис! Как ты могла мне не сказать⁈

— Да, потом поздравишь, — отмахнулась та. — Важна, не наша свадьба, а то, что она состоялась одновременно со свадьбой советников Терри и Диамант.

Антон и Нина переглянулись.

— А заодно одновременно со свадьбой Кейт и Гидеона, — сказал Ричард то, на что Кристина так и не решилась.

Антон растрепал пятернёй волосы и усмехнулся.

— Так, пока идёт война, вы веселитесь! Неожиданно, конечно.

— Не то слово… — пробормотала Нина.

— Ну вы-то нам про свои делишки не рассказываете, — Крис соединила кончики двух указательных пальцев и рассмеялась, когда Нина вспыхнула и отвернулась, скрестив руки на груди.

— Замечательно, никто не делится своей личной жизнью, только чужой… оке-е-ей, — ехидно протянул Антон. — Ладно. Опустим детали. Значит, можно считать, что распоряжения Гидеона теперь имеют такую же силу, что и распоряжения Кейт?

— Считать можно, — ответил Ричард, — только в законах это пока не прописано. У нас тут в Совет вступили дети, ситуация на «Авроре» не очень стабильная, на «Новой Земле» ещё хуже, там ремонт, поэтому пока так.

— Тогда какого чёрта ты здесь? — высказался Антон. — Если на «Авроре» шаром покати и дети в Совете?

— Я здесь по приказу Совета, конечно. Ну и там не одни только дети, Тиана, вот, теперь советник, Гидеон, наши молодожёны…

— А, — Антон тихо рассмеялся, — значит, дети, всё-таки там не все… — он качнул головой, — хотя насчёт Тианы я бы поспорил. Да и тебя из-за корабля с обоих сторон прижали. Хотел как лучше, а получилось как всегда?

— Да, — Ричард почесал затылок, — когда принимал корабль, ни о чём другом не думал, да и я, в конце концов, своего добился. Летать мне разрешили.

— Да… — улыбнулся Антон.

— До выхода в неисследованную зоны пятнадцать минут, — произнесла МАРИ, вторя бортовым системам «Гаусса» и «Ястреба».

— Так что мы летим с тобой, — добавил Ричард. — это не обсуждается, что бы там ни было.

— Там скорее всего штука, которую придётся уничтожить, — сказал Антон. — Летите. Так уж и быть. Нам будет нужна защита, тем более если наши не справятся с Ауро, — он вздохнул, — защита или хотя бы время.

— Мы вам его дадим, — заверила Кристина.

— Поддерживаю, — отозвался Ричард.

Антон кивнул.

— Тогда, вперёд. Держим связь и надеемся на лучшее.

— Сияния звёзд и вечного мира, — одновременно произнесли Кристина и Ричард и отключились.

— Что это значит? — Лар сидел, опираясь на стол и приложив ладонь ко лбу. — Мейс объясни мне, что за чушь⁈

Мейксанейро покачал головой.

— Я не знаю, Ларсион, но это не чушь. Я почувствовал рождение звезды, и это всё, что мне об этом известно. Са-О-Ри знала, знала о нас и людях что-то такое, что-то важное. В последний раз она сказала мне, что я ещё не готов это принять, и что мы вступаем в великую новую эру бытия, что скоро всё изменится… Признаюсь, я ревновал её к тебе… ревновал, кажется так говорят люди… и ревновал её к Александре, но в Александре был ключ, и, возможно, мы в шаге от этой истины.

— Война, похожая на эту, сама по себе уже говорит о переменах. Новая эра… — Лар вздохнул. — Я ничего не понимаю, Маргарита человек, как она могла надеть плащ флёрсарин?

— И тем не менее она его надела, и не просто какой-то серый или чёрный… это багровый плащ. Багровый. Впервые за миллионы лет. Никто, кроме прежних наших правительниц не надевал багрового плаща, даже у матери был чёрный.

Лар обхватил ладонью подбородок.

— Нам нужно успокоиться, — сказал Мейксанейро, — и посмотреть, что будет дальше, что за информация явится нам.

— Я тут подумал, — Лар поднял голову, — а что, если информация для хранителя, которую мы ищем, эти пресловутые древние знания находятся не в сосуде? Что если они будут переданы напрямую?

Мейксанейро опустил взгляд.

— Я не знаю. Я, правда, не знаю, брат мой. Только звёзды укажут нам путь.