Страница 95 из 1535
Тогда как смуглый воин потемнел лицом ещё больше. Только в крайнем случае ему разрешалось без отдельного разрешения охраняемой особы называть своё звание и пользоваться своими наивысшими боевыми прерогативами. Подобным "крайним случаем" и не пахло. Ситуация простейшая, бытовая, командир отделения видит перед собой вооружённого воина из свиты телохранителей и конечно же не обязан знать ни звание, ни имя этого воина. По уставу ему и в самом деле достаточно приказа наследника престола распоряжаться в данном выезде и дальнейшем проходе. А то, что он обязан догадаться что перед ним капитан, или пусть даже майор, никого в принципе не волнует. Догадается, и не будет вступать в пререкания — избежит скорей всего крупных неприятностей в дальнейшей службе. Не догадается, его личное горе. Но…, и на такую «ошибку» он имеет полное моральное право. Всё зависит от его выбора, настроения и ситуации.
Так, по крайней мере, размышлял боец Дивизиона с каменевшим смуглым лицом. Хорошо размышлял, усиленно. Костяшки пальцев побелели на прикладе игломёта. Но не мог он знать, что настроение у Парадорского самое прескверное, и вызвано оно в первую очередь пренебрежительным обращением к его любимой девушке: "Девочка, остынь!"
"Тоже мне кусок льда отыскался! — кипел парень, ожидая любого неуставного слова в свой адрес и намереваясь сразу ответить нужным экстрактом из общевойскового устава. — Ну! Чего замолчал? Рявкни! Крикни! Поругайся! А уж тогда я тебе натыкаю правильных выражений о субординации и занимаемой должности!"
Кажется, последние мысли у него явственно прочитались на лице, Потому что смуглокожий, не стал накалять обстановку. Мало того, он ещё и улыбнуться сумел, показывая глубокий опыт и намекая на скорые разборки в несколько иной атмосфере. Зато вслух он сказал, не особо скрывая издёвку и ёрничество:
— Извините, командир. Погорячился. Мне и в самом деле не стоило вмешиваться.
Все расслабились. Наследный принц разочарованно выдохнул. А потом вновь уставился на проплывающий за прозрачным бортом пейзаж. Словно по заказу из низкой заросли выскочило сразу две образины и скачками понеслись на транспорт. Короткая очередь недремлющего Романа Бровера и две туши так и рухнули с копыт, не сделав последнего прыжка. Но зато высокий гость планеты так и заёрзал на месте, провожая взглядом дёргающиеся в конвульсиях туши. И совершенно неожиданно спросил:
— Курсант Ланьо, вы хорошо разбираетесь в местной живности?
— Отлично, ваше высочество!
— Тогда пересаживайтесь рядом со мной и будете мне о каждом монстре рассказывать. — Когда девушка ловко пересела, продолжил: — Кого это ваш меткий Бровер только что подстрелил?
Даже у Парадорского чуток начала опускаться челюсть от удивления: да принц запомнил всех в отделении поголовно! Вот только неизвестно, плохо это или здорово.
— Оба монстра относятся к виду кенгозверей, — тем временем стала рассказывать Клеопатра. — Так называемые кенгоплюи. На поверхности появляются очень редко, в основном обитают на глубинах более трёх километров. Но очень опасны своим жидким ядом. Рекомендуется уничтожать на дальней дистанции.
— Как интересно…, - протянул принц и обратился к командиру отделения. — Когда начнём спускаться в подземелья, пусть Клеопатра будет возле меня и поработает немножко гидом.
— Как скажете, ваше высочество! — отчеканил тот. Ему подобная ситуация только играла на руку: в кольце телохранителей меньше будет переживать за любимую.
Зато та самая любимая стала хмурить брови и набирать воздуха для возражения. Сама ведь только недавно ругалась с Тантоитаном и предупреждала, чтобы он её не прятал в тылы и за спины товарищей. Из середины такого внушительного отряда опять даже пострелять, скорее всего, не получится. Но наткнувшись на злорадный взгляд смуглого воина Дивизиона, вспомнила о недавнем инциденте и подавила готовое вырваться раздражение. Тем более, если уже разбираться до конца, то это не Парадорский её приставил к принцу, а тот сам потребовал для себя персонального гида.
Но не использовать создавшуюся ситуацию в выгодном для себя свете, Клеопатра не преминула. Внутренне усмехнувшись, она сделала вид, что усаживается удобнее и придвинулась к Янушу Реммингу вплотную, добавила в свой голос нежные обертоны, которые позволяла лишь в минуты интимной близости с Тантоитаном и приступила к выполнению возложенных на неё обязанностей. Про флору и фауну Хаитана она рассказывала с таким увлечением и старанием, что все поневоле заслушались. Даже Роман Бровер, гораздо больший знаток по теории местных реалий одобрительно кивал головой.
Пожалуй только Танти старался не смотреть в сторону экскурсовода, но взгляд сам непроизвольно возвращался к ней постоянно. А один раз так и замер: его девушка увидела в стороне один из одиночных, но весьма интересных экземпляров кенгозверя и ухватила принца за руку:
— Вон там, кенгорой! Мы ещё и сами этого крота живьём не видели.
Возникшее в душе Парадорского недовольство стало резким до невозможности. И только после продолжительного размышления, он понял что дико и непроизвольно ревнует. Особенно это стало ясно, когда присмотрелся к выражению лица Лидии Шелди. Его подчинённая смотрела на принца с раболепным восторгом, а на Клеопатру Ланьо со страшной, совершенно нескрываемой завистью. Пришло понимание, что большинство женщин отдали бы всё на свете, чтобы в данный момент оказаться рядом с наследником престола великой Оилтонской Империи. Да ещё и касаться его вот так, словно невзначай, руками.